Валентин Егоров - Падение Трои.

— Спасибо, лейтенант, теперь-то обстановка проясняется, — проговорил майор Вальтер. — Становится понятным, почему вражеский десант не выдвинулся к Младене и не атаковал наше поселение. Активные действия взвода лейтенанта Панина остановили противника и вынудили его изменить свои первоначальные планы.

Он прошел к большой карте младеневского округа и долго ее рассматривал, затем повернулся лицом к собравшимся офицерам и произнес:

— Теперь многое мне становится понятным! Встретив сильное и упорное сопротивление при десантировании своих войск, опасаясь и в дальнейшем вести боевые действия на незнакомой территории в ночное время, командование противника решило временно отвести свои войска от нашего поселения. Рептилии обязательно снова атакуют наше поселение завтра…, нет уже сегодня утром. В этой связи приказываю, к рассвету все подразделения батальона должны быть готовы к отражению вражеских атак. Взвод лейтенанта Панина будет находиться в моем личном резерве. Лейтенант, можете продолжить отдых, но так, чтобы вы и ваши бойцы всегда находились бы под моей рукой.

В этот момент Апровель незаметно подобралась к Никите, взяла его за руку и потащила в свой рабочий кабинет. Едва только они перешагнули порог, то принялись бешено целоваться, как в кабинете вдруг вспыхнул свет настольной лампы. За рабочим столом дочери сидела благочинная Зиятт и усталым взглядом смотрела на целующихся молодых людей, а затем раздраженно поинтересовалась у дочери:

— Зачем тебе все это нужно? У вас обоих нет будущего, так как у вас никогда не будет детей!

Апровель гневно топнула ногой, обутой в большой солдатский ботинок, и сердито ответила матери:

— Тебя это совершенно не касается! Я люблю Никиту и он мне очень дорог!

— Хорошо, хорошо…, - замахала руками благочинная Зиятт, — Никита — хороший мальчик и достоин любви дочери повелительницы коррелян. Но сейчас я пришла за тобой, Апровель. Народ коррелян уже покинули этот мир и сейчас обустраиваются в одном из параллельных мире, в котором жизнь для нас будет не хуже, чем была в этом мире. Только я и ты, моя дочь Апровель, пока еще остаемся в этой действительности. Но вьеды, так агрессор называет себя самого, уже высадили первую волну своего десанта, через полтора месяца они огнем и мечом, а также потоками человеческой крови они подавят сопротивление наших земных соседей. Вся земная колония до единого человека погибнет, извини Никита, что такие слова я произношу в твоем присутствии, но в ближайшее время вьеды станут полными властителями этой планеты. Мы, корреляне, совершенно не виноваты в том, что судьбы землян складываются таким образом. Мы вас заблаговременно предупреждали о возможности подобного исхода, но вы так и ничего не предприняли, чтобы избежать этой катастрофы!

— Извини, ма, но я не пойду с тобой! Я буду оставаться в этом мире и не брошу своего Никиту до тех пор, пока земляне будут продолжать сражаться с вьедским агрессором. Пока не погибнет последний землянин, пока не погибнет Никита.

— Каждый коррелянин или коррелянка имеет право выбора своего будущего. Даже, не смотря на то, что ты, Апровель, моя кровинушка и родная дочь, я не могу и не хочу силой заставлять тебя следовать по моим следам. Но сегодня я оставляю этот мир и больше никогда в него не вернусь. Теперь ты по-настоящему становишься самостоятельной женщиной, коррелянкой, будешь сама определять свою судьбу и свое будущее. Прощай, Апровель, до свидания, Никита!

Благочинная Зиятт легко поднялась с кресла и, проходя мимо дочери к выходу из ее кабинета, тихо произнесла:

— Я думаю, что ты не будешь против того, чтобы я, по-коррелянски, попрощался бы с твоим мальчиком, Никитой!

Зиятт подошла к лейтенанту Панину, приподнялась на цыпочки, взяла его голову в обе свои ладони и крепко поцеловала его в губы. Затем повернула лицо в сторону дочери и сказала:

— Апровель, очень похоже на то, что ты все-таки пошла в меня! С Никитой ты уже давно продела то, что я только собралась сделать. Теперь, я начинаю верить в то, что у вас со временем будут дети, уникальные дети, следует при этом заметить!

С этими словами повелительница коррелян, благочинная Зиятт, горделиво ступая, покинула кабинет начальника штаба добровольческого батальона. В коридорах штаба батальона эту коррелянку уже никто не видел, ни один штабной офицер с ней так и нее столкнулся. Лейтенант Панин продолжал находиться в кабинете своей Апровель, он хорошо помнил детали разговора матери и дочери, но одновременно в его голове творился страшный и непонятный бедлам. Голова сильно кружилась, лейтенанту очень хотелось прикрыть глаза и немного поспать. К Никите подошла Апровель и, взяв лейтенанта за руку, отвела его к узкому кожаному дивану в углу своего кабинета, на который и уложила. Через секунду Никита Панин спал крепким и безмятежным сном сильно усталого молодого человека.

Рано утром его разбудил завывание сирен боевой тревоги и первые разрывы вражеских снарядов. В этот момент Апровель в кабинете уже не было, парень пятерней причесал волосы, провел ладонью по щекам, надо бы было побриться, но для этого у него уже не было времени и, подтянув комбинезон, он трусцой покинул кабинет начштаба батальона. В этот момент по громкий связи в помещениях здания штаба прозвучал голос дежурного офицера:

— Лейтенанту Панину срочно прибыть в распоряжение командира батальона на КНП.

На контрольно-наблюдательном пункте, устроенном на крыше одного из высоких зданий Младене, творилась деловая атмосфера. Несколько офицеров сидели за приборами наблюдения за противником. Майор Вальтер стоял у перископа-дальномера и что-то в него внимательно высматривал. Апровель сидела в дальнем углу КНП, она работала на переносном терминале. Увидев лейтенанта Панина, коррелянка кивнула ему головой, приветствуя Никиту. В этот момент глаза девчонки лукаво смотрели на застеснявшегося при виде ее парня, но сохранила деловой вид. В этот момент на ее терминал пришла какая-то важная информация, Апровель внимательно ее перечитала, а затем обратилась к майору Вальтеру:

— Командир, поступила срочная информация из поселения Диланже, противник прорвал периметр их обороны и сейчас продвигается к центру города, В этой связи защитники Диланже не успевают эвакуировать своих стариков, женщин и детей.

— Как далеко от нас находится этот Диланже?

— Двести пятнадцать километров, два-три часа пути по хорошей дороге!

— Привет, лейтенант, ну, и здоров же ты, спать! Ребята уже с утра отбивают атаки рептилий, а ты все спишь, да спишь! — С серьезным лицом пошутил майор Вальтер. — Сможешь ли ты со своим взводом слетать в Диланже, чтобы помочь нашим соседям? Уж очень там много женщин и детей! Надо бы им помочь эвакуировать гражданское население поселения, дать время и возможность самим защитникам эвакуироваться в горы.