Александр Лыхвар - Обратная сторона

Когда он выходил на улицу, заря уже разгорелась во всю. Оранжевое светило системы Картак показалось из-за самых высоких построек соседнего района. Дэн остановился у ворот и оглянулся назад. В ласковом свете тихого утра, его дом, вернее, его бывший дом, смотрелся превосходно, после всего случившегося даже не верилось, что такое может быть на самом деле.

К действительности его вернуло басовитое гудение ползущей от соседнего перекрестка мусорной машины. За ней, по обе стороны улицы, шли двое парней, одетых в темные комбинезоны, подбирая на ходу выставленные мешки с мусором и бросая их в открытый зев мусороприемника.

Уступив место неспешной процессии, он направился прочь из «кварталов мечты».

До вступления приговора в силу оставались сутки и четыре с половиной часа.

Через несколько часов Дэн стоял в одном из холлов космопорта. На нем был туристический костюм любителя дикой природы, сшитый из крепкой, синтетической ткани, коричневого цвета, а за плечем болталась увесистая сумка. С виду он походил на путешественника-туриста, одного из тех, которому, по непонятной причине, не сидится дома, и который с готовностью откликается на любой, еле уловимый зов неведомого. После заботливых рук парикмахера и проявленного внимания к его деньгам со стороны продавцов небольшого, но довольно дорогого магазина одежды, ювелир, которому Дэн вернул купленную недавно вещь, даже не заподозрил происшедшие изменения его статуса. Расстроено почмокав, он выплатил полную сумму, правда для этого Дэну пришлось наврать о привередливости своей жены и сделать еще один, более дорогой заказ, но это не имело уже никакого значения. В застегнутом нагрудном кармане куртки ощущалась приятная тяжесть кредитного пластика. После утренних расходов, у него оставалось еще немногим более восьми тысяч кредитов – вполне достаточно чтобы убраться с Картака и больше даже не вспоминать о существовании этого места, но была одна проблема. Как только Дэн предъявлял свое удостоверение личности, как сидящие за стойками клерки, все как один, отрицательно качали головами и требовали специальное постановление судебных властей, разрешающее покинуть территорию конфедерации. Он даже попробовал обращаться к агентам маленьких, частных фрахтовых компаний, но те тоже только смущенно пожимали плечами и несли что-то о своих лицензиях и возможных для себя последствиях.

Он вышел на воздух и бесцельно побрел по посадочному полю, в слабой надежде встретить понимание кого-то из команд многочисленных кораблей. Как ни странно, его беспрепятственно выпустили. Охранникам даже в голову не пришло проверить документы у прилично одетого господина, с дорогой дорожной сумкой за плечем. На взлетке, после второй же, произнесенной им фразы, никто не хотел с ним разговаривать. Складывалось впечатление, что в космосе ходят только исключительно законопослушные люди, а рассказы и слухи о контрабандистах и пиратах, лихих бродягах и отчаянных торговцах, для которых закон был ничего не значащим собранием пустых слов, являются всего лишь легендами – слабым отражением извечного человеческого стремления к свободе.

– Тебе здесь никто не поможет, можешь даже не надеяться, – сплюнув сказал водитель огромного грузовика, в контейнеры которого с грохотом загружалась руда, подаваемая по гибкому, метровому в диаметре, рукаву транспортера из стоящего рядом исполинского рудовоза.

Дэн остановился и оценивающе посмотрел на говорившего. С виду обыкновенный работяга – один из тех, кто приводит в движение огромные маховики заводов и фабрик, умелыми руками которых поддерживается жизнь в странных порождениях конструкторской фантазии, непослушных и трудно предсказуемых, как повороты судьбы. Перепачканный маслом рабочий костюм, тяжелые, никогда не чищенные ботинки строителя-монтажника и трехдневная, густая щетина на темном от загара, худощавом лице. Все было точно так, как и представлял себе Дэн такой тип людей, все, кроме одной детали, которая в миг перекрыла и обратила в ничто все его представления. Это были глаза, глаза человека видевшего многое и сохранившего, тем не менее, терпимое отношение ко всему увиденному. Последнее впечатление оказалось решающим и Дэн не раздумывая полез по узкой, грязной лестнице к кабине грузовика. Оказавшись на смотровой площадке, на поручне которой и восседал заговоривший с ним человек, он не раздумывая полез в карман и достал свое удостоверение личности.

– Что ты про это думаешь? – спросил он протягивая незнакомцу кусочек белого пластика с закругленными краями.

Тот взял протянутый документ и внимательно осмотрел.

– Да, не повезло тебе, – сказал он через минуту, возвращая удостоверение. – Судя по всему, – он скользнул взглядом по костюму Дэна, – до этого у тебя было все в порядке. Но видишь, разное случается…

– Мне нужно как можно скорее убраться отсюда.

– У тебя здесь никого нет?

– Нет, на Картаке я один. Уже один…

– Было бы неплохо отсидеться у кого-то, а потом, после окончания срока приговора начинать все с начала, но раз ты говоришь, что один, тогда тебе действительно нужно убираться.

– Слушай, – до заговорщицкого понизил тон Дэн, – ты наверняка знаешь кого-то из экипажа этой развалюхи, – он показал на возвышающуюся глыбу рудовоза. – Может замолвишь за меня словечко, чтобы они взяли меня на борт. Я заплачу.

– Нет, в этом порту тебя никто не возьмет, – качнул головой водитель. – Сюда приходят только самые «чистенькие». Они очень бояться за свои лицензии и свои места. Тебе нужно в другое место.

– Но в этом мегаполисе больше нет портов, – сказал Дэн недоверчиво глядя на своего собеседника.

Неожиданно из кабины грузовика послышался настойчивый зуммер. Водитель метнулся туда и передвинул несколько рычажков. Грузовик содрогнулся, в его потрохах что-то лязгнуло и транспортер, подведенный к одному из его контейнеров замолк, затем пришел в движение, с щелчком разблокировав зажим, и поддерживающая его мачта качнулась к открытой горловине следующего контейнера. Переместившись на десяток метров, раструб транспортера рудовоза замер над еще одним бункером грузовика. Прицеливаясь, оператор помедлил несколько секунд, а затем опустил с громким щелчком сомкнувшееся захватное устройство на воронкообразный, приемный люк.

– Тебе нужно в Сотар, – сказал водитель, когда в рукаве транспортера опять загрохотало и он затрясся мелкой дрожью.

– А где это? – спросил Дэн впервые услышав незнакомое название.

– Это триста пятьдесят километров на юго-восток от мегаполиса. Меня зовут Крамчик, – протянул он крепкую, загорелую руку.