Александр Воробьев - Нашествие
– Вы хорошо говорите по русски, Отто, где вы его так хорошо выучили?
Немец оживился.
– О, мой дед, он был плен в война, в тот война. Он говорить мне, Отто, учи русский язык, знать язык, понять враг. Не обижайтесь, ми уже не враги, враги те, кто – Отто замялся, подыскивая нужное слово, – город бум.
Он широко развел руки, изображая большой взрыв. Игорь подсказал.
– Кто разрушил город.
– Да, спасьибо, разрушил город. Американцы в та война разрушил Дрезден, теперь эти разрушил весь мир. Мне нужно оружие, я эээ… стрелять!
– Как только мы вернемся в лагерь, вы встретитесь с командиром, он решит. О, а вот и еще народ!
Но те, кто стал выходить на площадку, в большинстве своем для работы грузчиками не подходили. Пяток стариков и старух, двое совсем молоденьких девчонок, в запыленных платьях, один инвалид, невесть как добравшийся на своем кресле по заваленным обломками улицам и всего двое пригодных для перехода мужчин. Игорь хмуро разглядывал вышедшее на клич воинство. Сзади неслышно подошел Сергей и устало плюхнулся на пенек срубленного дерева.
– Негусто, а? С девками пятеро набирается. Что делать будем?
Игорь задумался. Такими темпами нужного количества людей они не наберут. А если?
– Серега у меня идея!
Он поднялся и держа на виду пулемет обратился к кучкующимся людям.
– Граждане, мне поручено отыскать как можно большее число людей. Поэтому, если хотите покинуть город, то вы должны нам помочь. Пройдите по окрестностям, отыщите тех кто не смог уйти. Выбирайте только тех, кто находиться в хорошей физической форме, за остальными мы вернемся через сутки. Через полтора часа возвращайтесь на это место, мы будем вас ждать. Остерегайтесь воздушных патрулей, вопросы есть?
Один из стариков поднял руку.
– Сынок, да где же мы их найдем то? Ходить то тяжело, старые мы.
Второй старик также вышел вперед.
– Да, молодой человек, а где же транспорт, нам пешком за окраину не выйти.
После этого всех как прорвало, вопросы посыпались со всех сторон.
Игорь хмуро дождался, пока утихнет накал страстей, потом слегка смущенно прокашлялся. Горло его пересохло.
– Транспорту сюда не пройти, дороги завалены, ситуация крайне тяжелая! Машины ждут нас в шести километрах севернее и чем быстрее вы найдете других людей, тем быстрее мы покинем этот район. Все свободны! Отто, вы останьтесь.
Он повернулся к людям спиной, давая понять, что дальше выслушивать их не собирается. Сидящий на пеньке Сергей одобрительно поднял вверх большой палец.
– Отлично сказано, вождь. Ты всегда умел перекладывать работу на чужие плечи.
– Это комплимент?
– Да нет, скорее осуждение.
Сергей хохотнул и прикрыл глаза. Игорь плюхнулся рядом и крикнул Нахалову.
– Леха, полчасика часовым поработай, мы потом тебя сменим. Тока разбудить не забудь и за обстановкой смотри!
– Не учи ученого!
– Вот и ладненько.
Он блаженно растянулся на травке, нежно обняв пулемет.
– Серега, ты в курсе, что в морской пехоте США своему оружию дают женские имена?
Тот лениво огрызнулся.
– Вот ты свою пукалку Дунькой и обзови. Кулаковой.
– А… Не романтичный ты человек.
– Зато живой.
Дальше пререкаться не хотелось и Игорь провалился в короткий, чуткий сон.
– Эй, они возвращаются!
Игорь спросонья не понял, о чем речь и дернулся было вскочить, но вовремя опомнился и поднялся на ноги вполне пристойно. Гражданские возвращались, теперь их было существенно больше, но процентное соотношение пригодных и непригодных осталось прежним. Мужчин набралось человек десять, женщин и девушек немного больше, но остальную часть составляли старики. Что ж, как всегда, самые сильные и удачливые выживают, а слабые и беспомощные… И в каменно веке, когда племя спасалось от хищников, стариков частенько бросали, что бы, пока тех пожирают, остальные успели спастись. Проклятье! Он ненавидел себя за эти мысли, но поделать ничего не мог, против законов жизни не пойдешь, они сильнее воли одного единственного человека.
Игорь взглянул на часы, до контрольного срока оставалось сорок минут. едва-едва хватит, чтобы успеть дойти до складов. А еще оставалась проблема сортировки. И проблему эту требовалось решать на месте. Им были нужны носильщики, а не нахлебники, приказ был недвусмысленным.
– Очень хорошо! Теперь пусть вперед выйдут те, кто сможет пройти с грузом шесть километров!
Вперед вышли все, даже инвалид выкатил свою коляску. Игорь поморщился, неужели придется говорить им правду и отгонять стариков выстрелами? что-то ломалось в нем, откуда взялась эта жестокость? Или правду говорят, что война делает людей зверями? Нельзя ставить перед человеком такой выбор, выбор решать кому жить, а кому умирать. А тем хуже заставлять делать это своими руками. А, была не была!
– В первой партии нам нужны сильные, выносливые люди, они будут помогать нашему подразделению в погрузке амуниции. Для этого придется делать несколько ходок до места, где мы оставили транспорт. За остальными мы вернемся завтра! Я буду выбирать сам, организуйте строй.
Он повернулся к спутникам и понизил голос.
– Если что, стреляйте в воздух. – И громче, обращаясь к остальным. – Мужчины моложе пятидесяти лет, отойдите к горке, остальные постройтесь!
Люди переминались с ноги на ногу, не спеша выполнять команду. Игорь почувствовал, как вскипает внутри глухое раздражение.
– Сколько мне еще повторять?! Мужчины отойдите к горке, остальные, не кучкуйтесь, как стадо баранов! Если сейчас прилетит «зубило», операцию по вашему спасению придется сворачивать!
Это подействовало. Игорь подошел с тем, кто остался на месте и удивленно приподнял брови, увидев в толпе женщин и стариков молодого парня, вряд ли намного старше, чем он сам.
– Я кажется сказал мужчинам отойти к горке?!
Парень сделал шаг вперед и с вызовом посмотрел Игорю прямо в глаза.
– Я не брошу своего деда, ты понял?!
Игорь поджал губу, молниеносно перебирая и отбрасывая варианты дальнейшего разговора. Любой ценой требовалось убедить этого нахала, что, предложенный им, Игорем вариант, наилучший.
– Послушай, твой дед выдержит путь в шесть километров по этим завалам?
– Если не выдержит, то я понесу его на руках, понял?
– Нам нужны люди для переноски тяжестей, и твои руки там лишними не будут! Сейчас война и ты можешь считать себя призванным!
– Да плевал я на…
В разговор вмешался первый старик, тот, кто назвал Игоря сынком. Только теперь Игорь разглядел на его груди изрядный иконостас орденских планок. Старик, прихрамывая, подошел к парню и крепко ухватил его за рукав.
– Витя, иди с ними внучек.