Дрю Карпишин - Открытие

— Так вот, я разведен. Моя жена и я расторгли наш союз. С сегодняшнего дня его не существует.

— Сочувствую вашей потере, — прохрипел Маавда. — Но я удивлен. Вы столько раз приходили в этот бар и ни разу не упомянули о своем партнере.

Вот в этом-то и заключалась проблема. Синтия оставалась на Земле, а Андерсон — нет. Он либо жил на Цитадели, либо выходил на патрулирование Скайллианского Края. В первую очередь он был солдатом, а потом уже мужем… А Синтия заслуживала лучшего.

Андерсон одним глотком допил свою порцию и со стуком поставил стакан на стойку.

— Налей мне еще, Маавда.

Бармен выполнил его заказ.

— Возможно, эта ситуация временная, не так ли? — спросил он, наполняя стакан Андерсона. — Может, со временем вы возобновите свое партнерство?

Андерсон покачал головой:

— Не стоит на это надеяться. Все кончено. Пора двигаться дальше.

— Легко сказать, но нелегко выполнить, — понимающе заметил бармен.

Андерсон принял стакан, но отпил совсем немного. Не стоит увлекаться новым напитком: кто знает, каковы могут быть последствия. Он уже почувствовал возникновение необычного ощущения. Из желудка по всему телу разливалось поразительное тепло, от которого зудели ноги и покалывало кончики пальцев. Нельзя сказать, чтобы ощущение было неприятным, но и знакомым оно не было.

— Насколько крепок этот напиток? — спросил он бармена.

Маавда пожал плечами:

— Зависит от того, сколько выпить. Если хотите выползти отсюда на четвереньках, могу оставить вам бутылку.

Предложение прозвучало чертовски заманчиво. Ничего другого Андерсону сейчас не хотелось так сильно, как напиться до потери сознания, чтобы ушла тупая мучительная боль развода, чтобы исчезли видения мертвых тел на Сидоне и ослабло неопределенное, но гнетущее напряжение, сопутствующее первым дням после возвращения из патруля. Но утром ему предстояла встреча с послом человечества в Цитадели, и было бы непрофессионально показываться в ее кабинете в состоянии похмелья.

— Извини, Маавда. Лучше я пойду. — Он допил содержимое стакана, поднялся со стула и с радостью убедился, что комната вокруг него не кружится. — Запиши на мой счет.

Он еще немного полюбовался танцовщицей, а потом повернулся и направился к выходу. Двое туриан все так же смотрели на него, пока Андерсон проходил мимо их столика, и один из них что-то едва слышно пробормотал. Андерсону не потребовалось разбирать слова, чтобы понять, что его оскорбили.

Невольно сжав кулаки, он в нерешительности замедлил шаг. Но лишь на секунду. Никуда не годится — прийти на завтрашнюю встречу с похмелья, но еще хуже, если придется объяснять, почему его арестовала служба безопасности Цитадели после того, как он выбил дух из двух туриан, вся вина которых заключалась в неумении держать язык за зубами.

Вот почему так трудно было быть офицером Альянса. Он являлся представителем своей расы, его поступки характеризовали поведение всего человечества. Даже в самом дурном настроении и под воздействием винных паров он не мог позволить себе роскошь набить им морды. Андерсон сделал глубокий вдох и вышел, проглотив обиду и игнорируя донесшийся сзади резкий издевательский смешок. Так велел долг.

Во всех обстоятельствах он в первую очередь оставался солдатом.

Андерсон проснулся в 7.00. После вчерашнего вечера в «Берлоге Коры» голова немного побаливала. Но трехмильная пробежка на тренажере, установленном в углу спальни, и обжигающе горячий душ выгнали из организма все остатки эласы.

К тому времени, когда он снова надел форму — выстиранную и выглаженную накануне вечером, — лейтенант уже чувствовал себя как обычно. Все мысли о Синтии и разводе он загнал в самый дальний уголок сознания; пора снова заняться делами. Этим утром его интересовало только одно — происшествие на Сидоне, и Андерсон надеялся получить кое-какие ответы.

По утренним улицам он дошел до остановки общественного транспорта. Предъявив удостоверение офицера, вошел в скоростной лифт, предназначенный для доставки пассажиров с нижних уровней районов Цитадели на верхнюю ступень, где располагался Президиум.

Андерсон всегда с удовольствием посещал это место. Если жилые районы располагались на длинных лучах, простиравшихся от середины Цитадели, то Президиум занимал центральное кольцо станции. И поскольку все его пространство было отдано правительственным учреждениям и посольствам различных рас, он составлял резкий контраст с жилыми районами.

Весь комплекс Президиума был выполнен в виде обширной парковой экосистемы. В центре уровня доминировали большие озера с проточной водой, берега покрывали лужайки с пышной зеленой травой. Легкий ветерок из искусно спрятанных труб, мягкий, как весенний бриз, морщил поверхность воды и разносил ароматы тысяч цветущих деревьев и трав по всем уголкам Президиума. Искусственное солнце светило с мнимого голубого неба с плывущими по нему белыми облаками. Иллюзия получалась настолько правдоподобной, что многие люди, включая Андерсона, не могли найти отличий от естественных явлений.

Правительственные здания Президиума тоже были построены согласно классическим канонам красоты. Все сооружения, кроме плавной арки, отмечавшей край центрального кольца станции, ненавязчиво скрывались на заднем фоне. Широкие открытые переходы тянулись от одного здания к другому, не нарушая ландшафта тщательно поставленной пасторальной сцены в сердце Президиума, демонстрируя удивительную комбинацию формы и функциональности.

Андерсон покинул лифт, вышел на уровень и тотчас вспомнил, что в этом месте не только красота здешнего пейзажа вызывала его восхищение. Вход во внутренний круг Цитадели был строго ограничен; сюда допускались лишь высокопоставленные чиновники правительства и армии и представители посольств, а потому только в Президиуме, в отличие от остальной Цитадели, Андерсон не чувствовал себя в окружении сумасшедшей и торопливой толпы.

Конечно, и это место не производило впечатления пустынного. Аппарат галактической бюрократии, включая посольства, обслуживали тысячи служащих из самых разных рас. Но их численность была несравнимо меньше, чем миллионы обитателей жилых кварталов.

Путь к посольству человечества пролегал по берегу озера, и Андерсон, неторопливо шагая к назначенному месту встречи, наслаждался спокойствием и тишиной. Вдали виднелась Башня Цитадели, где Совет проводил встречи с послами рас, чтобы решить проблемы межзвездной политики и законности. Шпиль Башни, едва видимый над краем кольца, создававшим мнимый горизонт, в гордом одиночестве возвышался над всеми остальными зданиями.