Владимир Воронов - Никто, кроме нас
Среди ополченцев царили бурное веселье, слышался неестественно громкий смех и бессмысленные разговоры. Выжившие приходили в себя после боя. Кто-то блевал, как я несколькими минутами ранее. Кто-то не дожидаясь команды двигался к разбитой колонне с целью грабежа и мародерства. Многоэтажной тирадой я отправил две тройки на холмы в дозор. Не хватало только пропустить вторую волну пиратов, которая нас возьмет тепленькими. Пулеметчики заняли позиции, позволяющие прикрыть добровольных разведчиков и отправленные вслед им дополнительно два десятка. Над дорогой взметнулся столб синего дыма из сигнального пакета, ориентируя "заблудившихся".
Прочесавшие разбитую колонну бойцы пригнали полдюжины пиратов, оказавшихся достаточно везучими, чтобы выжить под огнем и достаточно умными, чтобы не бежать в пустыню за мучительной смертью от жары и жажды. Тела обоих пилотов тоже были подобраны и более-менее аккуратно упакованы в маскирующие чехлы. Отдельно лежали погибшие ополченцы. Собирать то, что осталось от убитых охранников, не было ни сил, ни желания. С их позиций притащили только поврежденные крупнокалиберные. Хотя - патронов практически не было. Что не расстреляли в бою, повредило осколками.
Вместе с подъехавшими грузовиками прибыло начальство. Ну да, у победы масса отцов... Достопочтенное Начальство одобрительными кивками одобрило мои действия, укорило за чрезмерные потери, сказало какие-то ничего не значащие слова подвернувшимся под его взор ополченцам и проследовало наблюдать, как большегрузный автокран пытается погрузить на грузовую платформу контейнеровоза поврежденного "Воина". Я допил остатки воды из фляги, убедился, что мотопатрули охраны сменили дозоры моих подчиненных и подошел к неровной шеренге.
- Бойцы! Мои боевые товарищи! Сегодня мы с честью выдержали неравный бой, защитив от страшной участи себя и своих близких! Я горжусь, что под моим командованием сражались такие герои, как ВЫ! Сейчас мы возвращаемся, чтобы собраться с силами и вымести пиратскую мразь из нашего дома. Вечером состоится праздник, на котором самые прекрасные девушки рода будут счастливы дать таким доблестным бойцам... в общем будут счастливы дать! - строй загоготал. Кто-то заорал:
- Качать командира! - пришлось немного полетать. Хорошо, качали меня недолго, подбрасывали невысоко и не уронили.
- По машинам! - мы возвращались домой. Живыми. С победой.
Какое же все-таки счастье, поесть нормальную еду и лечь в нормальную кровать. Впрочем, поспать мне не дали. Сначала пришлось проконтролировать, чтобы все вычистили свое оружие и продемонстрировали наличный боекомплект. Потом уточнить с Хисо список работяг, имеющих специальность "техник холодильных систем и установок" и получить заверения, что троим указанным мною ополченцам будут инсталлированы базы данных "техник-инженер термоядерных устройств холодного синтеза". Это были самые близкие профессии из имеющихся, что оказались пригодны для ремонта поврежденного меха. Причем троице новые профессии будут не просто инсталлированы, а уже завтра утром новоявленные "инженеры" смогут участвовать в ремонте. Починить мех путем перестановки уцелевших секций охлаждения и бронелистов с одной машины на другую толком не удастся, да и пилота у нас нет9. Но - даже просто стоящее на заднем плане бронированное чудовище будет поднимать боевой дух моих людей.
Потом для тех, кто умудрился расстрелять все (ну, или почти все) патроны, нужно было получить новый боекомплект, либо другое оружие с боеприпасами. Без моего присутствия выдать это оказалось невозможно. Потом нужно было проследить за компактным размещением ополченцев и их семей и убедиться, что подготовка к праздничному вечеру идет полным ходом. Когда я, распихав текучку на подчиненных, с чувством глубокого удовлетворения направился к себе, составить план ну оч-чень ускоренного курса обучения азам военного дела, меня перенаправили в трибунал.
Нет, меня судить и казнить никто не собирался. Во всяком случае, сейчас. Просто доблестные охранники центуриона Рого закончили свой забег на длинные дистанции аж в поселении Фу-Оша. Где их уже с нетерпением ждала награда за бегство с поля боя. Сиречь - дезертирство. Ну а я был нужен, как представитель командования.
Центуриона осудить было затруднительно. Он сейчас давал показания на небесах. Или у их антиподов. Точно так же стал неподсуден и фланговый дозор. Благодаря действиям (или бездействиям) этих орлов, от 90 охранников осталась только треть, которые сейчас стояли толпой без оружия, знаков различия и ремней. Зато с битыми мордами, в кандалах и под охраной. Адвоката им не полагалось. За прокурора (он же и судья) выступал мрачный тип, больше всего напоминавший хорошо откормленного борова. Достопочтенный Лимо. Официально считавшийся наследником Патриарха. Обвинительную речь я просто пропустил мимо ушей. Что-то подобное мне уже доводилось слышать, когда я сам угодил на скамью подсудимых. В данный момент меня интересовали совсем другие вопросы.
Вопрос первый: выигранное сражение вовсе не означает выигранную кампанию. Сейчас мы просто грамотно разыграли свои козыри, воспользовавшись потерей бдительности у противника. Когда наша колонна въезжала в поселение, я заметил проводившиеся на окружающих род Фу-Оша холмах усиленное шевеление. На мои вопросы мне объяснили, что все трудоспособное население рода роет оборонительные рубежи и позиции под минно-взрывные заграждения. Противник это видит с орбиты и к нам в поселение вряд ли сунется. Вот только одной обороной войну не выиграть. А в наступлении скрытность (наше единственное преимущество перед мехами) не работает. Что-то мне подсказывает, что уже вечером пойдут требования атаковать космопорт и вышвырнуть пиратов в космос без помощи генераторов Гмыка-Радора. Намеки на это от появившегося с колонной трофейщиков Полномочного Представителя Патриарха прозвучали прямо на поле боя. Головокружению от успехов подвержены все. Причем, в случае успеха - это произошло БЛАГОДАРЯ их мудрым указаниям, которые я старательно выполнял в силу своего разумения. Ну а в случае неудачи - я действовал ВОПРЕКИ их приказам. Вот такие перспективы...
Вопрос второй: моя судьба, если доживу до победы. Я становлюсь личностью популярной. Можно сказать - герой планетарного уровня. А герои, они хорошо смотрятся в виде монумента, портрета, на крайний случай - могильного памятника. Плохо обычным людям, когда рядом с ними герой. Вот и стараются обыватели от общества героя избавиться всеми силами. Еще неизвестно, чего больше жаждет патриарх: изгнать пиратов, или избавиться от меня. Хотя... одно другому не мешает. Нет-нет, Патриарх Магуно вовсе не злопамятный. Простой злой. Но память имеет хорошую. Он вполне способен устроить показательный репортаж, насколько плохо живется на Пекле разумному, не имеющему поражения в правах по экономическим причинам. То есть - свободному от долговых обязательств. На моем примере, естественно.