Роберт Сальваторе - Эпизод II: Атака клонов

Оби-Ван покачал головой и повел покалеченную машину на перехват.

В дыру просунулась рука. Зам с проклятием подняла пистолет, но прежде, чем она успела выстрелить, неведомая сила вырвала у нее оружие, чуть не переломав пальцы. Пистолет словно по волшебству ожил и перепрыгнул в подставленную ладонь.

Охотница выкрикнула еще одно проклятие и, бросив управление, обеими руками схватила пистолет-беглец. Они боролись с джедаем за оружие, а флаер между тем переваливался с боку на бок, явно не решив, на какую сторону ему больше хочется опрокинуться. А потом пистолет вдруг выстрелил. Оба противника остались целы, чего нельзя было с той же уверенностью утверждать о машине. В ее днище красовалась аккуратная круглая дыра, и из нее валил едкий дым.

Флаер завалился в «штопор», Зам, плюнув на пистолет и на джедая, пыталась выровнять падающую машину, но тщетно. А цепляющийся, но неуклонно соскальзывающий Анакин размышлял на тему: зачем он вообще это сделал? Что именно это, он пока не знал.

Буквально в последнее мгновение флаер опять стал послушным, ненадолго, но достаточно, чтобы превратить головокружительное падение в не слишком мягкую посадку. Одна из стабилизирующих плоскостей выбила искры из развороченного дюракритового покрытия и обломилась.

Флаер подпрыгнул, вновь грянулся о землю и снова подпрыгнул. Анакин все же сорвался и покатился кубарем, обдирая колени и локти. Когда ему удалось сесть, мотая головой, и сфокусироваться, водитель уже выскочил из разбитой машины и стремглав помчался по улице. Скайвокер, шатаясь, поднялся на ноги. Бежать было тяжело, он едва передвигал налитые тяжестью ноги…

Он наступил в лужу Громкий всплеск вернул его в настоящее — словно повернули выключатель. Анакин перешел на шаг — все равно убийца скрылся из глаз — и с любопытством огляделся. Вонючие грязные улицы, из-под потрескавшегося дюракрита выбивается жухлая упрямая растительность. Здешние обитатели, далеко не все из которых принадлежали к человеческой расе и даже не были гуманоидами, не заинтересовались свалившимися прямо им на головы персонажами. Анакин наморщил нос.

Одолеть собственное любопытство оказалось сложнее, чем уцелеть после падения. Анакин опять побежал; ноги были точно ватные, все время казалось, что сейчас они подогнутся и он рухнет ничком на землю. В поле зрения снова мелькнул пурпурный шлем. Пришлось поработать еще и локтями, пробираясь сквозь заслон потных тел.

Он вновь увидел убийцу перед тем, как тот проскользнул в какую-то дверь.

Анакин сумел пробиться сквозь толпу, хотя для этого пришлось отпустить не один и не два тумака и получить в ответ свою порцию оплеух и проклятий. Над дверью, которая закрылась за убийцей, висела вывеска, возвещающая, что здесь отдают предпочтение азартным играм. Неустрашимый Скайвокер шагнул было вперед, остановился, опять сделал шаг и все-таки услышал сквозь уличный гам голос наставника.

Рядом опустился желтый флаер с открытым верхом и поцарапанными бортами.

— Анакин!

Кеноби выпрыгнул на мостовую и зашагал к замершему на месте Скайвокеру; в руке джедай держал утерянный падаваном световой меч.

Кажется, учитель был не в восторге от жизни

— Она пошла вон туда!

Даже если Кеноби и удивился уверенности ученика в том, что их враг — женщина, то ничем этого не показал. Только поднял ладонь:

— Терпение. Воспользуйся Силой, Анакин. И подумай.

— Прошу прощения, учитель, — заученно повторил Скайвокер.

— Он пошел туда прятаться, а не бежать.

— Да, учитель

— И в следующий раз не теряй оружия, — Кеноби протянул подопечному световой меч.

— Да, учитель Прошу прошения, учитель.

Пытаясь игнорировать суровый взгляд наставника, Анакин потянулся за оружием.

— Меч рыцарей Ордена, — продолжал нравоучения Оби-Ван, отодвигая руку, — самое драгоценное, что у нас есть.

— Да, учитель.

Он опять хотел забрать меч, и опять ему помешали.

— Джедай должен всегда держать меч при себе.

И не ронять в воду, добавил про себя Анакин, с величайшим трудом давя улыбку. Давнее маленькое приключение Кеноби было ему известно.

— Я знаю, учитель.

— Оружие — это твоя жизнь.

— Я все это уже слышал, — еще немного, и его тон можно будет назвать раздраженным.

Оби-Ван вновь убрал руку, но на этот раз Анакин успел цапнуть меч и повесить его на пояс.

— Но ничему не научился.

— А вот учитель говорит…

— Кто?

Анакин прикусил язык.

— Я же стараюсь…

Он слишком взрослый, напомнил себе Оби-Ван. Ему было девять, нет, почти десять, когда Куай-Гон взял его в ученики. Без разрешения, против правил, никого не спросив. Даже без благословения Совета Ордена. И учитель Йода опасался… Кеноби разглядывал трещину в мостовой, заполненную жухлой зеленью. Никто не мог сравняться со Скайвокером в Силе. Но Совет посчитал, что безопаснее будет отказать. Обычно в Храм брали гораздо с меньшего возраста. Великая сила — слишком могучий инструмент… Нет! Оби-Ван тряхнул головой. Вот в этом и кроется проблема. Неумный человек посчитает Силу инструментом для достижения цели. Не посредником и попутчиком, не дорогой к гармонии и пониманию. Только средством.

Потребовалась гибель Куай-Гона, чтобы Совет пересмотрел решение, а Оби-Ван смог выполнить обещание, данное умирающему учителю. И теперь он обучал Анакина и старался не слышать голосов за спиной. Голосов, которые нашептывали об Избранном и равновесии.

Оби-Ван не знал наверняка, что все это должно обозначать. Он боялся. И боялся бояться. И боролся со страхом, помня, куда тот его приведет, но ничего не мог с собой поделать. Куай-Гон Джинн ушел слишком рано, не научив своего падавана обходиться без учителя.

Оби-Ван поднял голову. Анакин терпеливо ждал, когда кончится приступ воспоминаний. Мальчик был явно подавлен. Кеноби спрятал улыбку, чтобы Анакин не сообразил, что прощен. Он и так чересчур быстро думал. Смешок превратился в приглушенный кашель. В конце концов, кто из них двоих сиганул в окно, расположенное на сотню этажей выше поверхности планеты?

Первым в заведение вошел джедай, ученик почтительно держался сзади. Прокуренный воздух выдержал бы не только гаддерфай, там можно было развесить все плотницкие, колющие и рубящие инструменты. Люди и инородцы во всю силу легких трудились, чтобы еще больше сгустить чад, выдувая из экзотичных трубок дым экзотических растений. Многие балахоны не скрывали, что их хозяева вооружены. В грязных стаканах плескались напитки всех возможных цветов.

— Почему я все время думаю, что когда-нибудь ты станешь причиной моей смерти? — пробормотал Кеноби, озираясь по сторонам.