Тимоти Зан - Рука Трауна-1: Призрак прошлого
— Популярное местечко, — реплика адресовалась нанимателю Шады, который сидел рядом с телохранительницей за одним столом.
Рядом — в смысле, почти впритирку.
— Сегодня их очередь. Турнир Боги Миноука, забыла? — пояснил Маззик, лениво поглаживая девушку по руке. — Ты не поверишь, как они тут все свихнулись на этой игре. Настоящий сумасшедший дом.
— То есть зря мы сюда заявились, так? — уточнила Шада, не убирая руки. — Толпа.
— Не волнуйся, Кромф его приведет в лучшем виде, — успокоил Маззик. — Помаши деньгами перед носом, и он становится удивительно сговорчив. Особенно если вторая половина оплаты только после доставки.
Шада обвела взглядом толкучку.
— Меня больше беспокоит, как мы без шума выведем его наружу. Вокруг столько глаз.
— С этим не торопись. Учитывая, сколько нам пришлось пережить по дороге сюда, мы по меньшей мере обязаны выслушать, какие же страшные и кошмарные тайны нам намерены поведать. А потом уж решим, будем его скручивать при свидетелях или нет.
Шада покосилась на работодателя.
— Каррде не обрадуется, — предупредила она. — Он особо упирал на то, чтобы Лак Йит ни с кем не говорил.
— Каррде нам не указ, — ехидно напомнил Маззик. — В конце концов, имеем право. Если этот маленький секрет имеет рыночную ценность, почему бы не пристроиться к пирогу?
Шада отвернулась. Настроение изначально было мрачное, а сейчас стало совсем беспросветным. В мире контрабанды ей было душно: нажива, нажива и еще раз нажива плюс заботы, как надуть соседа и не получить нож в спину от другого соседа. Такие концепции, как верность и честь…
— Ой, Шада. Опять ты за свое! — поддразнил ее Маззик, опять поглаживая по руке. — Завязывай ты с неожиданными припадками личной вины. Таковы правила игры, тебе они известны.
— Точно, — пробормотала телохранительница.
Да, ей было известно. Последние двенадцать лет она добровольно следовала этим правилам, поэтому и испытывала боль. Добровольно и очень охотно. Порой поздней ночью она спрашивала себя, что происходит с Галактикой. Или что происходит с ней самой?
На границе толпы появился молодой гаруш, осторожно пронес нагруженный кружками поднос между бешено жестикулирующими ишори. Он даже ухитрился не пролить при этом ни капли. И втиснуться на сиденье напротив Маззика. Потом восторженно присвистнул, выбрал одну из четырех кружек; окрашенные в пурпур жаберные крышки колыхались в такт дыханию.
— Фиу! Не думаль, что это я сделаль.
— Да, ты неплохо потрудился, Кромф, — заверил малька Маззик, выбирая две кружки и протягивая одну из них соседке. — Наша добыча уже здесь?
— Йиго не видель, — гаруш осторожно попробовал содержимое своей кружки на вкус и стал нервно озираться по сторонам; одно ушное отверстие раскрылось, когда рядом громогласно и пронзительно расхохотались, затем вновь закрылось. — Не нравилься мне, Мазьк. Много смотрель со сторона.
— Не волнуйся, — повторил контрабандист. — Просто приведи его за наш стол. Остальное — наша забота.
Одна из покрытых узорчатой глазурью иголок, вплетенных в волосы, та, что была у левого уха, два раза негромко щелкнула.
— Сигнал от Грива, — сообщила Шада. — Пришел.
— Хорошо, — беззаботно ухмыльнулся Маззик. — Сгоняй-ка за ним, Кромф. Боковой выход. Думай о второй половине награды.
Гаруш присвистнул, встал из-за стола и растворился в толпе. Шада сильно втянула носом воздух, приводя себя в боевой раж, и в последний раз оценила обстановку. Если деваронец учует неприятности и попытается сбежать, скорее всего, он рванет в левую дверь…
А затем вернулся Кромф, за ним следовал рогатый антропоид.
— Фиу! — гаруш уселся возле Маззика. — Тольпа тут. Йито Лакь Йить. Йито коньтрабаньдьист Мазьк.
— Рад знакомству, Лак Йит, — кореллианин протянул деваронцу четвертую кружку с подноса. — Надеюсь, ты пьешь вистульский брэндэль?
— Когда платит сосед, — отозвался гость, усаживаясь на стул, на котором раньше сидел Кромф. — С самого начала хочу, чтобы ты знал, Маззик, несмотря на то что я скажу тебе истинную правду, я не могу просить за информацию деньги. Я знаю, вещественных доказательств у меня нет, но видел я все собственными глазами.
— Я понимаю, — покладисто ответил контрабандист, положив ладонь на центр стола, а когда он убрал ее, там осталась лежать стопка монет высокого достоинства. — Уважающий себя и воспитанный человек всегда платит за полученный товар в любой форме.
Деваронец ухмыльнулся, потянулся за деньгами… и обнаружил, что Маззик перехватил его руку.
— За полученный товар, — с ударением повторил кореллианин; второй рукой он отодвинул монеты в сторону. — А теперь, — Маззик разжал пальцы, — послушаем твой рассказ.
Лак Йит доверительно наклонился к нему.
— Поймите, то, что я хочу рассказать, не для распространения, — негромко проговорил деваронец. — Никто вне правительства Новой Республики об этом не знает.
— Ну да! — сказал Маззик таким тоном, что всем стало ясно, что доверчивостью контрабандист не страдает.
Шада тоже не сомневалась, что находчивый деваронец уже продал эту историю дюжине покупателей.
— Что ж, послушаем.
Лак Йит быстро огляделся по сторонам и придвинулся еще ближе.
— Дело касается Каамаса, — таинственно проговорил он. — Существует свидетельство, что именно сенатор Палпатин организовал его уничтожение.
Рука Шады, опущенная под стол, сжалась в кулак; ногти до боли вонзились в ладонь. Каамас. Прошло уже много времени с тех пор, как она последний раз думала об этом мире. Много времени с тех пор, как она постаралась вытравить его название из памяти. Кто просил этого проходимца упоминать Каамас?!
Она не ждала, что Маззик тоже предастся переживаниям. И правильно делала.
— Велика новость! — кореллианин пренебрежительно пожал плечами. — Все об этом только и говорят с той поры, как на Каамасе случился последний огненный шторм.
— Но теперь есть свидетельство, — настаивал Лак Йит. — Запись, найденная в хранилище на Вейланде.
— Но так уж случилось, что документа у тебя с собой нет.
— К ситхам документ! — прошипел деваронец, наклоняясь так, что его рога чуть было не уперлись Маззику в лоб. — Теперь стало известно, почему планету так легко уничтожили. Генераторы дефлекторного поля, они не работали! Их отключили, — для пущего драматизма Лак Йит ткнул в столешницу пальцем.
Маззик бросил быстрый взгляд на телохранительницу.
— Неужели? — сказал он; недоверчивость не исчезла, зато теперь к нему добавился определенный интерес. — И кто? Имена знаешь?
— К сожалению, нет. Эта часть документа сильно повреждена, моя дека не смогла ее прочитать. — Он вновь откинулся на спинку стула. — Но полагаю, это не важно. В любом случае для ботанов наступают тяжелые времена. Умный предприниматель умеет извлекать выгоду из информации, — он указал на стопку монет. — Ты не согласен?