Владимир Брайт - Цвет крови – черный

Несмотря на мизерные шансы, орк решил испытать судьбу. Но не успел.

Командующий отрядом взял инициативу в свои руки.

– Зачем ты вызвал демона? – Как лидер я имел право задавать любые вопросы.

– Это не демон, – Динкс выглядел смертельно усталым, – а леруф, низшее существо. Некое подобие крысы, обитающей на задворках Хаоса.

– Крысы?!

– Да. У меня нет времени для объяснений и почти не осталось сил. Леруф должен получить жертву – и тогда перенесет на остров утанга с веревкой.

– Каким образом?

– Просто дойдет по воздуху. Подданным Хаоса это под силу.

Ага. На Мефисто нельзя долететь, но пешие прогулки не возбраняются.

– Значит, в обмен на услугу ты пообещал твари кого-то из нас?

Динкс скривился, будто от невыносимой зубной боли, впрочем, быстро взял себя в руки и продолжил:

– Да. Орк ведь жаждал крови. Он в любом случае должен был умереть.

– А что будет, если леруф не получит жертву? – Я никак не прореагировал на последнюю фразу имура.

– Я не смогу его удержать. Он вырвется на свободу и убьет всех. Или решит позабавиться, утащив жертву в свою мерзкую нору… Лам, крысе нужна свежая кровь. Быстро… Я начинаю… – лицо мага свела очередная судорога, – терять силы…

Телохранитель повернулся в сторону орка. Его намерения не вызывали сомнений. Будет Олитунг защищаться или нет, уже не имело значения.

– Забудь. – Я покачал головой. – Ты не тронешь его. Одно движение – и утанги переломают тебе руки и ноги. А после заставят смотреть, как леруф пожирает Динкса.

Мне была глубоко безразлична судьба орка. Но скормить его отвратительной твари…

К такому я был не готов.

Пока не готов.

Как ни странно, угроза остановила имура. Он мог умереть за хозяина, но не вынес бы собственного бессилия.

Увидев, что телохранитель застыл в нерешительности, я продолжил:

– У меня есть идея получше. Давайте принесем в жертву мага. Он пообещал крысе свежее мясо. Пусть держит слово.

С моей точки зрения, это было справедливо. Тот, для кого чужая жизнь не стоит и ломаного гроша, не должен удивляться, если к нему отнесутся так же. За исключением Лама, всем было глубоко наплевать на Динкса. В разношерстном отряде, состоящем из представителей разных рас, если о ком беспокоились, то лишь о соплеменниках.

Отдать мага крысе? Прекрасно! Не будем медлить. Давайте скорее сделаем это!

Подавляющее большинство присутствующих поддерживали командира. Возражения Лама не принимаются, а значит…

– Не получится.

Все как по команде повернули головы в сторону Олитунга.

– После того как маг умрет, демона некому будет сдерживать – и он вырвется на свободу, – пояснил он.

Я мог спросить, откуда орк знает столько подробностей, но не стал.

Тот, кого прочили на роль жертвенного тельца, вряд ли станет выгораживать палача.

– Скорее. – Динкс уже не говорил, а натужно хрипел. Создавалось впечатление, что его душат. – Я больше не могу сдерживать…

Видя всеобщее замешательство, Кламст повернулся к разведчикам и выкрикнул несколько отрывистых команд, больше похожих на лай шакала, чем на нормальную речь. Невозможно догадаться, что означал бессмысленный поток исковерканных фраз, но те, к кому была обращена команда, поняли командира. Кламст отдал приказ напасть на Олитунга.

По два ножа в руке.

Восемь за один раз, если кинуть одновременно.

В такую большую мишень трудно промахнуться.

Орки живучи, и не факт, что гигант умрет сразу.

Но леруф получит свежую кровь, и у остальных появится шанс выжить.

Имуры, дроу, орки и даже никчемные люди считали гоблинов жалкими ничтожествами, ни на что не способными трусами. А сами спрятались в кусты, когда возникла необходимость принять единственное решение. Простое и очевидное. Одна смерть в обмен на множество жизней.

Может, это безрассудная смелость загнанного в угол зайца, потерявшего всякую надежду вырваться из западни. Или Кламст боялся зловещей крысы Хаоса намного больше, чем гнева оставшихся в живых орков и приговора Хрустального Принца. Как бы то ни было, но гоблин принял решение. А трое разведчиков поддержали своего командира…

Я смотрел на агонию Динкса и, как ни странно, не испытывал никаких чувств. Вообще никаких. Ни радости от того, что ненавистный враг прямо сейчас умрет у меня на глазах, разорванный леруфом, Ни торжества от того, что лучники Сави наконец будут отмщены. Ничего.

Павших уже не вернуть. Так же, как не вернуть осколка души, которым я присягнул Хаосу. Справятся ли четверо утангов с «крысой-демоном», неизвестно. Умрем ли мы на час позже или на час раньше, уже не имеет значения.

Маг, договорившийся с чудовищем, не понимал главного. У всего на свете есть причина. А значит, Мефисто, блуждающий остров, оказался здесь не случайно. И никакому демону в мире не под силу попасть в это странное место, если оно само не захочет его принять. А в том, что остров откажется иметь дело с жалкой крысой, не было сомнений. Нет, определенно ему нужен кто-то другой. Кто-то…

– Честь дроу… – прошептали пересохшие от волнения губы.

Четверо гоблинов сделали три шага вперед, выходя на позицию для броска.

Лам лучше кого бы то ни было знал, что телохранитель, не способный защитить господина, – ничтожество.

Айвель рывком вытащил из ножен стилеты.

«Плевать на утангов, все равно сдохну!» – Орк принял окончательное решение.

Свен положил руку на плечо старого друга. В детстве, когда нужно было решиться на что-нибудь важное, он часто так поступал.

Дикая тварь, заключенная в энергетическую клетку, ощутила, как прогибаются ослабевшие прутья.

Динкс исчерпал резерв сил. Он и так сдерживал крысу намного дольше, чем изначально рассчитывал.

Взгляды орка и дроу встретились, после чего сомнения исчезли: неоконченная дуэль завершится. Здесь и сейчас.

– Пора. – Кламст понял: промедление грозит гибелью всем.

– Что? – Я повернулся к Свену.

– Ничего. – Он напрягся, готовый к рывку.

– Лучше достойно умереть, чем не выполнить долг. – Лам нашел выход из тупика.

Обессилевший маг устало закрыл глаза – и сдался.

– Нет!!! – Я слишком поздно понял, что задумал друг детства.

Имур взялся за рукоять меча.

«Да. Так будет лучше для всех», – мог бы ответить Свен, но не стал тратить время на бесполезные слова.

Дуэль считается завершенной только после смерти одного из участников.

– Сейчас! – скомандовал Кламст.

Айвель рванулся вперед.

Четверка утангов взяла Хрустального Принца в кольцо.

«Остановите Свена!» – хотел закричать я – и не смог.

Дикий рев, исторгшийся из глотки чудовища, заглушил остальные звуки.