Виктор Тюрин - Чужой - Свой

Легкая растерянность, принятая за более углубленный интерес к его словам, заставила медеянина продолжить свой рассказ.

— У каждой пары браслетов свой неповторимый рисунок. Они передаются от лидера к лидеру. Этот рисунок также выгравирован на щитах и нагрудниках лидеров. А почему именно они тебя заинтересовали?

— Даже не знаю. Наверно потому, что наши женщины носят… — я начал вяло объяснять, но меня тут же резко оборвали.

— Ни слова больше! У каждого мира свои традиции! И все они требуют уважения! — довольно резко, на мой взгляд, отрезал мой гид.

— Извини. Сказал, не подумав.

— Ничего, — буркнул тот, все еще недовольно. — Ну, что? Пойдем, террянин?

Не отвечая ему, я смотрел как открылись ворота открыв проход лидеру величественно ступившему на ступени храма, под охраной четырех бойцов-учеников.

"При чем здесь браслеты? Что меня закоротило на них? А, черт! Все равно мысль ускользнула. Для чего я шел сюда? Посмотреть бои. Вот и иди, Крылов, прямо. Мысль придет, куда ей деваться. А не придет, так и черт с ней!".

— Пошли, приятель!

Я решительно двинулся вслед толпе, повалившей в открытые ворота. Воздух был свежим и вместе с тем ароматным, придавая особый специфический привкус готовящемуся действу. Негромко, как будто издалека, звучала легкая ритмичная музыка. Яркие полотнища с символами кланов лениво колыхались над ареной, будто раздуваемые легким ветерком. Увлеченно рассматривая необычный интерьер зала, я чуть было не пропустил торжественный выход первой пары бойцов. После чего последовала серия самых различных поклонов, которые отдаленно напоминали разминку. Красочные костюмы бойцов, замысловатый ритуал и символическое жертвоприношение богам, все это вместе говорило о великолепно поставленном спектакле. Но эти мысли сразу же исчезли, как только начался бой. Смотря на стремительные прыжки и отскоки бойцов, слыша лязг сталкивающихся клинков, я действительно забыл обо всем на свете. Кричал в едином порыве вместе с толпой, с интересом слушал комментарии специалистов, а в перерывах между боями рассматривал представителей других миров среди зрителей. Особенно много было в этом зале представителей крессов, серокожей расы невысоких, коренастых существ. Они все, как один, драпировались в одежду, отдаленно напоминающую тоги граждан Древнего Рима. Мне их еще на Терре показала Лавиния, во время нашей совместной прогулки.

Атмосфера этого необычного и красивого шоу настолько захватило меня, что я не заметил, как пролетело время. Лиловое небо стало почти черным. Тяжелое темно-красное светило или "Красный Марк", как называли его аборигены, клонился к закату. Аромат растений и цветов вкусно щекотал ноздри, возбуждая аппетит. Затем еще несколько минут простоял в раздумьях, прогуляться ли мне еще или не спорить с желудком и взять кар. Голод перевесил, и спустя десять минут я уже входил в свой номер.

Жуя и одновременно вспоминая наиболее впечатляющие сцены поединков, я неожиданно для себя снова вспомнил о браслетах. Мысль, закрутилась, в голове, назойливой мухой, но вот ухватить ее, мне никак не получалось, а тут еще неожиданно ворвавшийся в комнату резкий звук, перебив мысли, заставил меня вернуться в реальность. Я встал и подошел ко окну. Снизу доносились чьи-то веселые голоса, звучала музыка. Жизнь, являвшаяся для гостей Медеи непрерывным циклом удовольствий, не замирала здесь ни на секунду. Постояв еще пару минут, я пришел к мысли, что бесполезно искать то, о чем понятия не имеешь.

"Бог с ней! Лучше реши что делать, Крылов? Спуститься вниз, в бар? Не хочу! Надоел этот круглосуточный праздник! Лучше посмотрю, что по местному ящику показывают, а потом завалюсь спать".

— Включи головизор. Канал местных новостей, — сказал я в пространство. — И закрой окно.

Яркими бликами на воде отражалось феерическое театрализованное шествие, устроенное на берегу океана. Факелы, маски и ритмичная музыка, все это заполняло экран веселым шумом и яркими красками.

— Давай все каналы подряд. По пять минут на каждый. Когда остановить — скажу, — с этими словами, я уселся в кресло.

Следующий канал оказался спортивным. Шел показ тренировок в одной из школ боевого искусства, но не успел я войти во вкус, как на экране, на фоне мрачных каменных стен затрясся жрец, увешанный побрякушками и размахивающий раскрашенным жезлом. Сразу же мое внимание привлекла его маска, изображавшая какую-то жуткую морду.

"Ну и намордник у тебя, парень, — только успел подумать я, как жрец на экране завертелся, затем вскинул вверх руки. Широкие рукава опали и на его худых, жилистых руках забренчали, цепляясь друг за друга, различной формы, браслеты. Неожиданно в моей голове выплыл тот осколочек воспоминания, который я пытался весь день зацепить, шаря наугад, вслепую.

"Браслеты — конденсоры".

Наконец проявившаяся мысль тут же снова поставила меня в тупик.

"Что бы это значило?".

Я сразу начал рассуждать: — Конденсоры. Что это за фигня?! Конденсатор… знаю что такое, а это… Японский городовой! А это не следствие закачки информации… на "насосной" станции? А что! Что-то лишнее проскочило. Не для моего ума. Или не…".

Тут неожиданно раздался мелодичный голос гостиничного интеллекта:

— К вам представитель полиции. Открыть?

— Полиции? — удивился я, подходя к двери. — Открывай.

На пороге действительно стояла фигура полицейского в мундире. Сердце резко ударило в грудную клетку. Чувство тревоги накрыло меня словно волной.

— Что случилось? — вырвалось у меня, помимо моей воли.

— Вам надо прибыть в центральное полицейское управление. Там организован штаб для проведения заключительной стадии операции "Земляне". Вас ждут для консультации. Вся ваша группа уже там, — четко отрапортовал полицейский.

Ничуть не удивленный тем, что "коллеги" уехали, не оставив для меня никакого сообщения, я сказал:

— Надо так надо. Поехали.

За секунду гравитационный лифт пронизал насквозь все девятнадцать этажей. В фойе, не смотря на поздний час, было все также весело, шумно и многолюдно. Туристы и местные жители, в одиночку и веселыми компаниями, сновали туда — сюда, пили за стойками баров, разговаривали, весело смеялись. Когда мы вырвались из веселой, смеющейся толпы и оказались на свежем воздухе, я даже вздохнул с некоторым облегчением. Только я направился в сторону ярко освещенной площадки, где стояло около дюжины летательных аппаратов, как полицейский остановил меня, показав в противоположную сторону.

— Почему там? А впрочем, какая разница, — ответил я самому себе, отправившись вслед зашагавшему в темноту полицейскому.