Александр Лыхвар - Обратная сторона

– Чего тебе надо? – не очень вежливо спросил Дэн.

– Господин не желает ничего экзотического? – вкрадчивым голосом спросил толстяк, отчаяно борясь с отдышкой.

– Чего? – не понял Дэн.

– Ну, экзотического, – разволновался зазывала, хотя он вполне мог бы оказаться и хозяином в одном лице. – Дешевле вы нигде не найдете – самый большой выбор дури во всей округе, девочки на любой вкус, молоденькие, что надо, – он громко причмокнул, – правда мы открываемся позже, но для вас, если хотите, сделаем исключение.

Настойчивое приглашение не проспавшегося толстяка почему-то развеселили Дэна. Он засмеялся на всю улицу, вызвав при этом непередаваемое выражение на лице своего неожиданного собеседника. Даже когда он имел достаточно денег для того, чтобы прийти и купить подобный бордель со всеми потрохами, даже тогда у него не возникало желания просто «поразвлечься» в подобном месте, но сейчас, когда у него в карманах не было даже дробных кредита, такое предложение его развеселило до слез.

– Ну и не надо, – обиделся хозяин и сразу перешел на ты, – пойди, поищи несовершеннолетних, по десять кредитов «за раз», а я посмотрю, как это у тебя получиться.

– Ты не обижайся, старик, – немного успокоившись, Дэн похлопал толстяка по массивному плечу, – я не сомневаюсь, что у тебя лучшее в своем роде заведение, но понимаешь, мне сейчас не до этого. Как ни будь забегу, и передам знакомым, что есть такая забегаловка, – соврал он, воспользовавшись давно заученным приемом.

– Вот это уже другое дело, – растаял в улыбке толстяк, – заходи, как только появится желание. Запомни, цены самые низкие, так что даром не трать время на поиски, а иди прямо ко мне.

Последняя фраза не оставила никаких сомнений в том, кто является хозяином этого злачного места. Он развернулся и уже медленно, даже с некоторым достоинством, направился обратно к дверям своего притона, а Дэн пошагал дальше.

По мере того, как он продвигался все дальше и дальше, кварталы постепенно становились чище и более ухоженными. Сожженные и покуроченные машины стали попадаться все реже и реже. Один из районов плавно переходил в другой, образуя между собой размытую границу, обнаружить которую мог и посторонний наблюдатель, но прочувствовать все, как и что на самом деле, мог только тот, кто родился и вырос в подобных местах.

Перебравшись в неположенном месте и чуть не поплатившись за это жизнью, через скоростную, двухуровневую автостраду, по нижним шести полосам которой, нескончаемая вереница машин проносилась в одном направлении, а по точно такому же полотну, только поднятому на метров десять над поверхностью, в обратном, он попал совершенно в другой мир. Контраст был действительно потрясающим. Казалось, что два полотна автострады, были непреодолимым барьером между роскошью, которая здесь, с этой стороны, буквально давила своим великолепием с первого же шага, и беспросветной нищетой, оставшейся где-то далеко позади, за шумящим потоком машин. Огромные, как надежды неисправимых фантазеров, витрины дорогих магазинов, зазывали покупателей поближе познакомится с россыпями всевозможных товаров, тенистая прохлада мансард и террас кафе, устроенных прямо на вторых-третьих этажах небоскребов и торговых центров, ласково манили прохожих тихой музыкой. Район, в котором оказался Дэн был чем-то средним между деловым и торговым центром. Машин было совсем мало, и кстати, не одной дешевой среди них не было. Увидев только эти кварталы мегаполиса, можно было смело утверждать, что вы оказались в одном из самых лучших мест, и что только здесь должен жить человек.

Судя по всему, время обеденных перерывов уже окончилось и улицы заметно опустели. Под палящим светилом бесцельно бродили лишь редкие прохожие, да сломя голову мчались по своим офисам, непонятно почему опаздывающие «трудяги».

Больше никаких происшествий не случилось, если не считать полицейского, которому не понравился внешний вид Дэна. Он сделал по этому поводу колкое замечание, что-то вроде того, что волочиться, так волочиться, развлекаться, так развлекаться, но мол во всем надо знать меру. Этим все и ограничилось. Выходить из машины и проверять документы у подозрительного типа, полицейскому, после обильного обеда, не хотелось.

Солнце уже клонилось к закату, с каждой минутой удлиняя и без того разросшиеся тени. Дэну уже начало казаться, что эта пешая прогулка никогда не кончиться, как район торговых и внушительных деловых центров – башен из стекла и белого, как снег бетона, неожиданно оборвался, без перехода уступив место утопающим в зелени кварталам частных котеджей – одной из самых элитных частей города, дом в которой мог себе позволить далеко не каждый из тех, кого принято считать баловнями судьбы. У Дэна дом был именно в этом районе. Правда, он никогда не попадал сюда с этой стороны, но ошибиться было трудно. Это был его район. Ориентируясь по башне ретранслятора – самому высокому строению во всей округе, он пошел вперед. Неожиданно по новому глядя на окружающую его роскошь. Еще несколько часов назад он находился в убогих кварталах, о существовании которых в мегаполисе он даже не подозревал, может именно это заставило его взглянуть по новому на аккуратно прокошенные, густые газоны, со всех сторон окружающие великолепные, как с рекламных проспектов строительных фирм, дома; невероятно дорогие, сверкающие свежим покрытием, автомобили, припаркованные рядом; ярко одетых детей и улыбающихся ему хозяев всей этой роскоши, а может все было гораздо проще и кварталы бедноты здесь были не при чем, просто он с утра ничего не ел, он страдал от жажды – у него не было денег даже на то, чтобы купить себе по дороге стакан чего-то выпить. Кто его знает?

Вскоре его стали узнавать и здороваться. Он только кивал в ответ. Неожиданно сзади его окликнула древняя старушка, находящаяся, впрочем, в прекрасной форме – она быстро его нагнала и скрипучим голосом поинтересовалась:

– Дэновер здравствуйте, что-то я вас давно не видела. Выезжали из города?

– Да, был в отъезде, – сказал половину правды Дэн.

– Вот не пойму я вас, молодых, этот ваш вызов обществу и прочие вещи. Дэн с непониманием посмотрел на свою соседку.

– Я говорю про то, как современная молодежь одевается, – сказала она с достоинством, поправляя свою роскошную прическу, составленную из синтетических, вживленных в кожу головы волокон. – Вот вы, например, уважаемый господин, у вас же сын растет, а позволяете себе выглядеть, как бродяга. Разве та можно?

– Это мода такая, – оправдался Дэн, не придумав ничего лучшего. – Вы знаете как дорого стоит вот такой вот с виду хлам?

– И кто только выдумывает такую моду? – проворчала она и свернула в один из проездов. Она высказала свое мнение и Дэн ее больше не интересовал.