Анна Калинкина - Станция-призрак

воду, что любовь вовсе не всегда равна желанию сделать добро дру-

гому. Иначе разве она могла бы втайне злорадствовать по поводу

гибели Макса? Или вот взять Верховного и бабу Зою. Когда-то их

явно связывали близкие отношения, но ведь именно он ее убил или

довел до смерти, что одно и то же. Одним словом, жизнь оказалась

совсем не такой, как в сказках бабы Зои. Ни рыцари, ни дураки не

торопились спасать принцесс. Впрочем, принцессы сегодня тоже

изменились. Они живут в метро, едят крыс, не падают по любому

поводу в обморок и умеют обращаться с ножом, да и вообще способ-

ны, случись что, сами постоять за себя.

     А что же Кирилл? Наверное, он скорее нравился Нюте, хотя и

не так сильно, как в свое время Макс. При этом она видела его не-

достатки — парень с Тушинской был не слишком храбр и любил

хвалиться впустую. Вот разве что, зная ее историю, Кирилл един-

ственный относился к ней совершенно спокойно, как к любой

другой девчонке. За это она была ему благодарна. А может, оно и

к лучшему, что Нюта не испытывает к спутнику бурных чувств?

В душе она боялась самой себя, боялась потерять над собой кон-

троль. Ведь как она стиснула тогда Макса... И хотела сама раз-

жать руки, но не получалось. Может, давали о себе знать темные

инстинкты, которые все подозревали в ней? А если бы она так же

сильно обняла сталкера за шею? Могла бы, наверное, задушить?

Макс-то, понятное дело, не испугался, но он вообще ни в каких

обстоятельствах не трусил и был уверен, что сумеет справиться с

любой опасностью. Как сказал кто-то на Спартаке: «Слишком

храбрым был, вот и погиб молодым. По нынешним временам ос-

торожность полезнее...»

     Как бы там ни было, а Нюта решила, что теперь к своим рома-

нам надо подходить серьезнее. Одно дело, когда ты скоро умрешь

и хочешь напоследок испытать что-нибудь новое, и совсем дру-

гое — если надеешься еще пожить. Впрочем, у них все шансы не

дойти до цели и навеки остаться на поверхности, так что по пово-

ду отношений с Кириллом пока можно сильно не заморачиваться...

     Девушка сама не заметила, как потихоньку задремала. Во сне

она опять была маленькой девочкой, пробирающейся по туне-

лю. Что-то теплое и смрадное надвигалось на нее. Вот шершавый

язык коснулся спины, помассировал больную ногу, вот зубы сжа-

ли плечо, сперва чуть-чуть, потом сильнее, сильнее... Нюта закри-

чала и проснулась.

     Поморгав, она увидела, что сидит все там же, в палатке, а Кры-

ся обнимает ее за плечи и шепчет, пытаясь успокоить:

     — Нюта, Нюточка, не надо.

В палатку заглянул встревоженный Кирилл.

     — Что тут у вас?

— Страшный сон. У нее иногда бывает, — пояснила Крыся.

Кирилл с сомнением посмотрел на них, а потом философски

пожал плечами:

     — Ну ладно, все равно уже пора подниматься — вечер наступа-

ет. Если вы не передумали, конечно.

     На станции все непостижимым образом уже знали об их пла-

нах и спорили между собой, как далеко сумеют уйти две девчон-

ки и парень с одним жалким автоматом на троих. Послушав,

убийца подумал, что сможет с чистой совестью возвращаться об-

ратно: трое несмышленышей наверняка погибнут, не проведя на

поверхности и часа.

     Комендант лично проводил путешественников до ворот.

     — Ну, ребята, — прочувствованно сказал он, — если вдруг дой-

дете, передайте там... Сам знаю — помощи просить бесполезно, но

хотя бы скажите, что мы будем держаться до последнего патрона

и сумеем умереть достойно!

     Все трое закивали, и Захар Петрович, видимо решив, что тор-

жественная часть закончена, уже спокойным тоном добавил:

     — Вы, как окажетесь наверху, поглядывайте по сторонам: вдруг

увидите поблизости желтую такую машину, прямоугольную, на

высоких колесах, чем-то она мне жужелицу напоминала... — Он

запнулся, словно понял, что объяснять еще и про жужелицу будет

слишком долго, но Кирилл понимающе кивнул. — В общем, на

хищное насекомое похожа. Это «Хаммер» Мишки Арканова по

кличке Аркан. Эх, что за сталкер был! Неделю назад ушел и не

вернулся. Хоть что-нибудь узнать бы про него. А машину эту он

наверху для своих нужд приспособил. В Америке они, говорят, во-

енными автомобилями считались, а наши, кто покруче, и по горо-

ду на них рассекали. Вот Мишка и нашел себе где-то наверху эту

тачку... любил... любит он того, пыль в глаза пустить... Может, где-

нибудь поблизости застрял, и еще можно помочь...

     Он махнул рукой — то ли напутствие, то ли жест отчаяния, и

путешественники, натянув противогазы, шагнули вперед. Комен-

дант лично закрыл за ними массивные ворота, сделанные жите-

лями станции вместо входных дверей, шепча что-то и стискивая

свой метрополитеновский жетон-амулет.

Глава 4. Наверху

     Кирилл, Нюта и Крыся вышли в длинный коридор. Вдоль сте-

ны находилось несколько полуразрушенных киосков, откуда уже

давным-давно вынесли все полезное. Под ногами хрустели ос-

колки посуды, валялось какое-то тряпье. Посветив фонариком,

Нюта увидела на полу маленькую белую фарфоровую кошечку,

разрисованную синими цветочками. Она нагнулась, подобрала ее

и спрятала в карман. «Пусть это будет мой амулет», — подумала

она. Повернув налево и пройдя коридор до конца, они поднялись

по ступенькам. Здесь пришлось остановиться.

     Город лежал перед ними — огромный, темный, безмолвный.

Молодой месяц еле освещал полуразрушенные дома с выбитыми

окнами и какие-то заросли. Слева виднелась приземистая темная

громада кинотеатра «Балтика». К счастью, света в окнах не было.

Нюта совсем потеряла голову от этого неожиданно открывшего-

ся простора. Больше всего ей хотелось забиться в какой-нибудь

уголок и оттуда наблюдать, как делают кошки, попав в незнако-

мое место. Но тут Кирилл взял ее за локоть, и она опомнилась,

подтолкнула так же замершую подругу, и они тихонько двину-

лись по широкой улице.

     Нюта растерянно озиралась — она и не думала, что на поверх-

ности когда-то жило так много людей. Казалось, ближайший

многоэтажный дом вполне мог вместить все нынешнее население

станции Сходненская. Постепенно девушка начала осознавать

масштабы происшедшей когда-то катастрофы, которая загнала