Скотт Вестерфельд - Левиафан

— Сколько газет я могу купить на эти деньги? — спросил Алек, стараясь выговаривать слова на простонародный манер.

Продавец взял монету, внимательно рассмотрел, потом спрятал в карман и улыбнулся Алеку, словно деревенскому дурачку.

— Да бери сколько хочешь.

Резкий ответ замер у юного принца на губах: уж лучше выглядеть дурачком, чем переодетым аристократом!

Подавив закипающую злость, он взял по одному номеру из всех пачек, лежащих на лавке, прихватив даже те, где на первых полосах красовались скаковые лошади и дамы в кринолинах. В конце концов, они могут пригодиться Бауэру и Хоффману.

Алек еще раз взглянул на продавца и вдруг устыдился. Прекрасно владея французским, немецким и венгерским языками, поражая учителей успехами в латыни и греческом, эрцгерцог Александр фон Гогенберг совершенно не представлял, как разговаривать с собственным народом, даже чтобы просто купить газету.

Наконец они добрались до речного берега. От удушливой керосиновой вони у Алека горели легкие. Каждый тащил по две канистры с горючим, в том числе и принц, которому обратный путь показался гораздо длиннее беспечной утренней прогулки в Линц. Вдобавок из-за его роковой оплошности они почти ничего не успели купить.

— Сколько шагоход протянет без запчастей, мастер Клопп? — спросил Алек.

— До первого прямого попадания снаряда, юный господин.

— До первой поломки, вы хотите сказать, — ехидно заметил Фольгер.

— «Циклоп» — боевая машина, приписанная к армии, — пожал плечами Клопп. — А у нас нет ни склада боеприпасов, ни заправщиков, ни передвижной мастерской.

— Я же говорил, надо было ехать верхом, — проворчал граф.

Алек перехватил груз поудобнее. Резкий запах топлива смешивался с дразнящим ароматом копченых сосисок, ожерельем свисающих с шеи принца; карманы оттопыривались от набитых туда свернутых газет и фруктов. Вылитый бродяга — «все свое несу с собой»!

— Мастер Клопп! — сказал Алек. — Я подумал: если штурмовик пока исправен, не стоит ли нам просто поехать на нем в город и взять все необходимое?

— И туда немедленно явится армия, — подхватил граф.

— Все равно они уже знают о нас. Из-за моей…

— Тихо! — прошипел Фольгер. — Слышите? Алек замер. Ни единого звука не раздавалось, лишь керосин булькал в канистрах. Принц закрыл глаза, сосредотачиваясь, и уловил чуть слышный дробный стук. Топот копыт.

— Скорее в укрытие! — воскликнул Фольгер. Они сбежали к реке и залегли в растущем у воды густом кустарнике. Принц прижался к земле, чувствуя, что его сердце колотится все чаще и чаще, словно желая выскочить из груди. Топот приближался, теперь к нему прибавился собачий лай. Алек сглотнул. Прятаться бесполезно: даже если псы не учуют людей, аромат сосисок они точно не пропустят.

— Алек, вы самый быстрый из нас, — прошептал вильдграф, доставая пистолет. — Бегите со всех ног к шагоходу. Мы с Клоппом задержим их.

— Но там не меньше десятка всадников!

— Пустяки для штурмовика. Бегите же, ваше высочество!

Алек кивнул, бросил на землю сосиски, потом зашел в реку, оскальзываясь на мокрых камнях. Хотелось надеяться, что собаки потеряют его след, к тому же противоположный берег выглядел ровным и пологим.

Тем временем дробь копыт и лай становились все громче. Сухо треснул первый пистолетный выстрел, ему ответили тревожные крики и лошадиное ржание, мгновенно заглушённые беспорядочной ружейной пальбой. Противники превосходили Клоппа и Фольгера не только числом, но и вооружением. Одно хорошо — всадники все же остановились и вступили в перестрелку. Никто не обратил внимания на бегство Алека. Рядовые наверняка понятия не имеют, кого преследуют. Какое им дело до мальчишки в рваной крестьянской одежде? Алек прибавил ходу, стараясь не думать о пулях, способных в любую секунду попасть ему в спину.

Кусты остались позади; теперь река текла среди полей и лугов. До небольшого леска, где спрятался штурмовик, не более полукилометра. Алек упрямо нагнул голову и побежал еще быстрее, глядя только на носки своих ботинок и мокрые камни под ногами.

Он уже был на полпути к деревьям, когда сзади донесся дробный стук копыт. Принц бросил быстрый взгляд через плечо и заметил на другом берегу одинокого всадника, скакавшего галопом. В руке у него грозно блестел карабин.

Преследователь целился на ходу. Алек метнулся в сторону от реки — туда, где начинались поля ржи. Там можно было попробовать спрятаться.

Грохнул выстрел. Маленький фонтанчик грязи взметнулся в метре от беглеца. Алек нырнул в рожь и пополз. Закачались колосья, раздался еще один выстрел. Теперь пуля просвистела прямо над ухом. Все инстинкты мальчика взывали: «Беги, беги со всей мочи!» Но он понимал, что любое движение мгновенно выдаст его, поэтому принц замер на месте, пытаясь успокоить дыхание.

— Я промахнулся нарочно! — раздался крик.

Алек лежал молча, тяжело дыша.

— Слышь, ты же совсем мальчишка, какой с тебя спрос? Что бы ни натворили другие двое, тебе капитан ничего плохого не сделает!

Алек услышал, как лошадь вошла в реку. Похоже, преследователь не торопился.

Принц осторожно пополз, стараясь как можно меньше шевелить колосья. Сердце колотилось испуганной птицей, по лицу стекали струйки пота. Принц еще никогда не участвовал в рукопашном бою, к тому же Фольгер не разрешил взять с собой в город никакого оружия, даже перочинного ножа.

— Давай выходи, парень! А не то получишь еще и от меня, прежде чем попасть к капитану!

Враг приближался, а принц был безоружен.

Внезапно Алек осознал свое преимущество и остановился. Преследующий солдат понятия не имеет, кто он такой, принимает за обычного деревенского воришку, а не дворянина, которого учили сражаться с десяти лет.

Лошадь вошла в рожь. Алек слышал, как хрустят под копытами колосья. Вскоре — рядом мелькнул яркий плюмаж кавалерийского шлема, — должно быть, всадник встал на стременах, высматривая Алека. Принц припал к земле. Левый бок лошади маячил сквозь рожь. Очень хорошо, с этой стороны висит сабля. Жалко, не ружье, но все же лучше, чем ничего.

— Не трать мое время, парень! Вылезай!

Алек пристально следил за качающимися перьями плюмажа. Похоже, всадник вертит головой, все еще стоя на стременах. Не самое устойчивое положение…

Он подполз еще ближе и притаился, выжидая удобный момент.

— Ну все, последний раз предупреждаю! Что бы ты там ни украл, не стоит ради этого умирать!

В тот миг, когда всадник повернулся в противоположном направлении, Алек вскочил на ноги и кинулся на врага, ухватив того за левую руку. Солдат выругался; прогремел выстрел — пуля ушла в небо. Перепуганная лошадь заржала и вскачь понеслась по полю, волоча за собой принца, вцепившегося в своего противника, как клещ, пытаясь при этом свободной рукой вытащить саблю из мотающихся ножен.