Фантастика 2026-181 - Маргарита Блинова

которые имели с него совершенно другую прибыль совершенно другим способом.. Зарплаты Свити исходно вообще никто не платил. Когда Ферди это понял, то настоял, чтобы им выдавали хотя бы деньги на текущие расходы, но тут же выяснилось, что никаких текущих расходов у Свити нет. Большинство вообще не покидали завод, а водители Импульсов опасались лишний раз показывать нос из кабины. Еда Свити не требовалась, а одежду, моющие зелья и ремонт предоставлял завод. В итоге Виконт с Виолой решили создать общий счёт, с которого любой Свити на заводе мог тратить деньги в случае чего, но по факту они разве что оплачивали музыку и игры в эфире, чтобы развлекаться во время выполнения работы, благо даже Лаймы без проблем распределяли внимание на два-три дела в параллель. Ферди всё же настоял, чтобы всем рабоникам выделили хоть пару часов в день на отдых и особое помещение, где можно было потренироваться сидеть на диване и ничего не делать.

Прибыль от продажи красок тем временем росла: «Стеделик» оценил образцы и теперь с каждым разом увеличивал заказы, да и Импульсервис начал наконец работать и предлагать клиентам вип-покраску с мраморными разводами. В результате, незамеченный никем, завод «Виола» накапливал прибыль, которую Виконт тут же сноровисто рассовывал по счетам, инвестициям и вкладам, не забывая оставить приличную часть на новое оборудование и какие-нибудь маленькие радости для всех работников. На счету самого Ферди уже скопилась такая сумма, что он мог купить себе дом в курортном городе в Вегрии и в ус не дуть.

И именно это богатство начинало давить на Ферди тяжестью ответственности. Он стоял посреди этого маленького уютного рая, построенного бывшими рабами, и видел за его стенами — весь остальной мир. Мир, где таких, как Виола или вот этот юный Лайм, с таким азартом полирующий кристалл, считали вещью. Где их ломали, выбрасывали, заставляли страдать. Они тут копили капитал, играли в игры и выращивали кристаллы, а в Логроканте, в двух шагах, «Цитрус», должно быть, продолжал штамповать новых и новых несчастных, готовя их на продажу таким же бесчувственным людям. Но ведь разве не для того Маркиз всё это затеял, чтобы накопить денег и стать сильнее, когда настанет пора противостоять человеческому произволу?

Его мысли прервал Виконт, появившийся из прохода прямо на него пути — как всегда собранный, руки за спиной, поза безупречно нейтральная. Юдзу выглядел намного лучше, чем когда его только привезли, и он не понимал, где верх где низ. Последнее время в нём читалась тихая уверенность, словно он нашёл своё место в жизни. Однако именно сейчас он выглядел растерянным.

— Ферди, — голос у Виконта был вкрадчивым, приятным, каким у Маркиза он становился только в процессе убеждения нервного покупателя. — Можно вас на минуту?

— Конечно, — Ферди махнул рукой, приглашая подойти. Что могло так озадачить властителя счетов и актов? Проблемы с заказом?

Виконт подошёл, по привчке повинуясь, но выглядел отстранённо, словно забыл включить ауру поведения или не мог решить, какую выбрать программу.

— Я хотел обсудить с вами одну мысль… Всё же вы — единственный человек на нашем заводе, к тому же вы можете принимать решения, не спрашивая Маркиза

Ферди насторожился.

— А что с Маркизом?

— О, всё отлично, — тут же улыбнулся Виконт, явно подгрузив программу понижения тревожности собеседника. Ферди их уже узнавал в лицо. — Просто это не такая проблема, которой стоит озадачивать его. У него планы, бизнес, вот это всё… И он либо просто отмахнётся от моих опасений, либо постарается прикрутить решение к каким-то бизнес-задачам, и Сечебука только знает, чем это кончится.

Ферди был склонен согласиться с такой оценкой и немного успокоился. Вероятно, Виконт хочет предложить что-то, требующее эмпатии или связанное с интеграцией Свити в человеческое общество? Это было бы неплохо, и точно не задача для Маркиза. Он ободрительно кивнул, и Виконт продолжил.

— Я думаю, что «Цитрус» создаёт новых Свити из похищенных людей.

Змеегрыз мерно покачивался, унося Азалию в Тир-ан-Теас. Она нечасто ездила на Змеегрызах, предпочитая им обычные поезда. Те хоть идёт дольше, но как-то привычнее, а в Змеегрызах всегда качака такая, вроде едва заметная, но какая-то неестественная, непохожая на перестук колёс на швах между рельсами или болтанку вагонов. Она вообще никогда не задумывалась, на чём перемещаются Змеегрызы. Вроде как в тоннелях на дне вода, но поезд же явно то спускается, то поднимается, и вода бы давно стекла в самые глубокие тоннели. Слизь? Отвратительно.

Как бы там ни было, ей следовало пересмотреть свой план. Если всё обстояло так, как она теперь думала, вламываться на завод с диктофоном наперевес и требованиями казалось ей самоубийственной глупостью. Люди, которые превращают других людей в разумные артефакты, не остановились бы перед тем, чтобы убрать назойливую журналистку. И всё же она не собиралась отступать от своей миссии.

Вернувшись в номер, Азалия снова вызвала карту на леденце. Завод «Виола» прижимался почти вплотную к пунктирной линии, обозначавшей дорогу Змеегрыза. А что если это не просто видимость? Пораскинув мозгами, она вспомнила, что у неё в вегрийской администрации Змеегрыза был знакомый диспетчер. И не просто знакомый. Пару лет назад она делала репортаж о модернизации его участка. Ей нужен был доступ, а ему — произвести впечатление на начальство, вот они и договорились полюбовно: Азалия сгладила острые углы, приписала команде Йориса несколько завышенные успехи и в целом показала его образцовым сотрудником и добродетельным гражданином. Он тогда так и сыпал обещаниями помочь ей во всём, что связано с его компанией.

Не откладывая в долгий ящик, Азалия тут же нашла его контакт. К счастью, Йорис оказался не занят и с удовольствием выслушал её вопрос.

— «Виола»? Подожди, гляну карту… А-а, это тот завод «Десмондо»! А до того, как он стал заводом, там депо ремонтное было, — рассказал он. — Потом перестроили. Но стрелка осталась.

— А вот скажи, не осталось ли там какого-нибудь прохода? — поинтересовалась Азалия, уже листая историю новостей, связанных с реконструкцией депо.

— Вообще… — Йорис пощёлкал чем-то в рабочем Церебруме, — По-хорошему, конечно, не должно, но… Что я тебе скажу. Знаю я такую конструкцию туннелей, их заделывать очень дорого. Там такие подъёмные ворота, которые не доходят до низу, потому что внизу водичка плещется. Ну такая, знаешь, по которой Змеегрызы и ползают, магией напитанная. Её нельзя просто откачать или перекрыть, она как бы примагничена там. Поэтому чтобы заложить такой проход, надо