Павел Корнев - Там, где тепло

Я окинул взглядом обстановку и несколько приуныл — важную шишку в такую дыру не засунут. Тут и вдвоём разминуться вовсе непросто: всё свободное место занимали шкафы, тумбочки и столы.

— Привет, привет! — протянул мне руку гимназист. — Какими судьбами?

— Есть пара вопросов.

— А поконкретней? — Слава решил сразу взять быка за рога и плюхнулся обратно на стул. — Конкретику давай.

— Нужна помощь в одном нашем общем деле, — не стал отмалчиваться я.

— В общем? — заинтересовался колдун. — В каком именно?

— Тут как? — многозначительно повертел я рукой в воздухе. — Можно говорить?

— Чувствуй себя как дома.

— Это значит — да?

— Разумеется! Чай будешь?

— Нет, спасибо. Обпился уже сегодня.

— Коньяк? Виски?

— Нет, пожалуй. Меня просто на улице ждут, просили не засиживаться. — Я расстегнул дублёнку и глянул на плававший под потолком осветительный шар. — А чего это у вас везде энергетические светильники летают?

— Нам электрические помехи противопоказаны, вот и обходимся своими силами, — просветил меня Слава.

— Понятно. Слушай, Георг сказал, ты раздаточный материал по новой системе подготовить должен был.

— Раздатки? — переспросил несколько озадаченный моим интересом парень. — Подготовил, а что?

— Да я тут в путешествие планирую отправиться. По работе. Мог бы взять.

— Отличная идея. — Линев вытащил из верхнего ящика стола толстенную пачку листов формата А4, разделил её на две части и половину протянул мне. — Папку дать?

— Давай, а то помну. — Убрав цветные иллюстрации в скоросшиватель с завязками, я положил его на край стола и задумался, с чего начать. — В общем, Форт мне требуется покинуть в сжатые сроки…

— В курсе, — тут же продемонстрировал свою осведомлённость Слава.

— … а товарищи, с которыми в Северореченск отправиться планирую, здесь на какое-то время зависают.

— Чем-то могу помочь?

— Они сертификаты на какие-то новые «Щелчки» дожидаются. Опытный образец уже согласован, но бумаг им пока не выдали…

— Ну, — развёл руками Линев. — Это не ко мне вопрос. У тебя теперь есть связи в разрешительном отделе, так что — вперёд.

— К сожалению, Оксана Григорьевна не смогла уделить мне толику своего драгоценного времени.

— Понятно! — многозначительно фыркнул Стас и покачал головой. — У неё теперь другие заботы.

— В смысле? Проблемы какие-то?

— С женой Грибова воюет, но я тебе ничего не говорил, — ухмыльнулся гимназист. — Ладно, говори, кто твои партнёры, попробую по своим каналам тему пробить.

— Торговца зовут Михаил Григорьевич, он из города.

— Фамилия есть у него?

— Фамилия есть, но я как-то не сообразил её спросить.

— Знаешь, с тобой непросто работать.

— Зато выгодно.

— Ладно, — вздохнул Линев. — Поговорю кое с кем, узнаю, что можно сделать.

— И когда результатов ожидать? — Не особо обнадёженный таким ответом я поднялся со стула и сунул скоросшиватель под мышку.

— Ну, сегодня уже не успеем. Поздно просто, — задумался Слава. — А завтра часов к шести пусть подходят. А лучше мы им к концу дня уведомление отправим.

— Серьёзно? — опешил я и машинально сунул собеседнику пропуск.

— Фирма веников не вяжет, — заявил гимназист, провёл ладонью по резной деревяшке и вернул её обратно. — Сделаем, раз надо.

— Лихо. А на постоянно основе?..

— Ни-ни-ни, — замотал руками парень. — Это только в качестве исключения, лично для тебя.

— Ну хоть так, — вздохнул я и протянул руку на прощание. — Побегу тогда.

— Ни пуха…

— К чёрту.

Я вышел в коридор и невольно оглянулся на неприметную дверь.

Очень интересно. Это что, шутка юмора такая? Иметь возможность проворачивать серьёзные дела и сидеть в тесном кабинете, размерами с подсобку для уборщицы? Или просто конспирация? Нет, что ни говори, колдуны товарищи со странностями.

Спустившись на первый этаж, я вышел на крыльцо и зашагал к проходной. Там отдал пропуск скучавшему в аквариуме колдуну, дождался, пока тот его проверит, и толкнул ведущую на улицу дверь. Поёжившись от пронзительного ветерка, натянул балаклаву и, на ходу завязывая ушанку, зашагал к стоявшим у соседнего дома саням Селина.

Народу на улице к этому времени заметно убавилось, но все освободившиеся после занятий гимназисты расползтись по окрестностям пока ещё не успели, и на углу собралась целая стайка весело галдящих колдунов. Неожиданно в голове у меня заворочалось ясновиденье, но я связал пробежавшееся острыми коготками по спине беспокойство с разлетавшимися от веселящейся молодёжи обрывки заклинаний и спокойно пошёл дальше.

И на вывернувшую с соседней улицы «газель» с синей полосой на боку внимания не обратил. А когда из распахнувшихся задних дверей на дорогу посыпались вооруженные автоматами и жезлами «свинцовых ос» дружинники, что-либо предпринимать стало уже слишком поздно.

— К стене! — заорал громила в бронежилете и шлеме с забралом из бронестекла и махнул дробовиком в сторону магазина. — Руки за голову, ноги шире! Быстрей!

Ничего не понимающие студенты загомонили, но несколько тычков прикладами мигом выбили из них всякое желание качать права. А когда из-за соседнего дома вывернул грузовик, и попрыгивавшие в снег солдаты гарнизона принялись оцеплять улицу, студенты и вовсе стали тише воды, ниже травы.

Ко мне рванули сразу двое дружинников; я испытывать судьбу не стал и, уткнувшись лицом в ограду Гимназии, поспешил заложить руки за голову.

— Ноги шире! — рявкнул охлопывавший меня по карманам рядовой и азартно ахнул, нашарив рукоять револьвера.

Удар по почкам мгновенье спустя был вполне ожидаем. Зашипев от боли, я бухнулся на колени, и у меня с головы немедленно сорвали сначала ушанку, а потом и балаклаву.

— Не дёргайся! — заорал перехвативший автомат рядовой, а его напарник метнулся за командиром.

Морщась от боли, я попытался воспользоваться ясновиденьем, но по голове моментально растёкся холод, будто на макушку высыпали полведра молотого льда. Руки и ноги онемели, а сердце забилось редко-редко, словно с трудом справлялось со ставшей густой подобно нефти кровью.

Наваждение схлынуло буквально секунду спустя, а потом я услышал голос Селина, который пытался прорваться ко мне, размахивая каким-то удостоверением.

— Да не могу я задержанного отпустить! — в сердцах заорал на него командовавший дружинниками младший лейтенант. — Мои люди незарегистрированный пистолет изъяли!

— Это наш агент, — гнул свою линию Денис. — И его светить никак нельзя!