Ма Лернер - Дорога без возврата 3

– А мужику тоже развлечение, – продолжила Даша, – застоялся. И еще, – она открыто подмигнула Старшей, – под лапой у тигрицы шевелиться опасается, а тут пустили поработать на благо общества.

– Он что, – с удивлением спросил я, – в курсе вот этого самого, что никто ловить не собирается?

– Нет, конечно, – безмятежно ответила Старшая. – Я ему пожаловалась, что мне тяжело долго ходить, вот он и забил копытом и с радостным ржанием поскакал ловить преступников. Бескорыстная помощь любимой жене.

– Что вы все, с ума посходили? – с досадой спросил я. – Непременно третьего родить в скорейшие сроки.

– Так, – громко заявила Черепаха, – отпихивая Шустрика и садясь за стол к общей компании. – Это кто тут недоволен?

Вы, – обращаясь к ученицам, – пошарьте там по кастрюлям, беременным дамам кушать полезно, а мне просто хочется. Потом не забудьте сами поесть.

– У меня такое чувство, – осторожно сказал я, – что это мои кастрюли, и с чего это ты распоряжаешься?

– А! – обрадовано, воскликнула Черепаха, – не думай, что я забыла. Воспитательный процесс в твоем отношении еще не закончен. По правилам хорошего тона и древним обычаям ты должен нас угощать. Какое там должен? Обязан!

Это вот ему, – она махнула в сторону дома-дерева, явно имея ввиду Зверя, – простительно некоторых вещей не знать, а ты получается плохо воспитан с детства.

– Но-но, – пробурчала Койот, – к моему не лезь, не твое дело.

– Так я вот этому поясняю, – хлопая меня по плечу, ответила Черепаха, – что он должен вспомнить свои обязанности хозяина, а не считать каждый кусок.

На стол между тем ученицы повытаскивали хлебные лепешки, зайчатину тушенную, несколько видов рыбы, квашенную капусту, в свое время именно я завез этот овощ, чем немало гордился в душе, редьку, варенную с кожурой картошку, квас и кислое молоко. Потом они уселись на другом конце стола и начали разговаривать между собой, не забывая наворачивать продукты.

Дамы привычно начали кормить детей.

– На чем я остановилась? – подтаскивая к себе большое блюдо с зайчатиной и тщательно отбирая куски получше, которые она запихивала в лепешку, спросила Черепаха. – А! Как нам указал Великий Вожак, – она откусила и тщательно прожевала, затянув паузу, – если мы хотим удержаться, не нужно рассчитывать на постоянный приток добровольцев с равнин. Кто хотел, за эти годы в основном уже пришел. Будут еще, но так, – она прищелкнула пальцами, – единицы. Здесь, на острове и в Треугольнике, за пять тысяч взрослых оборотней, за тысячу приматов не оборотней и там почти тысяча разных видов клановцев.

Она взглянула на Койот.

– Девятьсот семьдесят три на две рощи, не считая младших, – подтвердила та.

Младшие – это наша громадная проблема. Если не считать приматов, в одном Треугольнике и на острове их почти семь тысяч, не принимая во внимание щенков, и растут они гораздо быстрее, а прайд в несколько сотен голов моментально выбьет всю живность в округе. Предсказание не исполнилось, все к нам не переселились, но и те, что собрались, изрядно напрягают нашу слабосильную экономику. Они ведь не только кушать хотят, но еще телефоны требуют, с разными прочими удобствами в собственном пользовании. Из имущества младшим по существующему уже сотни лет неписанному соглашению было положено обеспечить ошейник, миску, поилку, гребень, мыло специальное против блох, еще что-то, сейчас уже не упомню. Большинство это все уже имело, но каждый щенок должен был получить весь комплект в подарок от своего племени, в данном случае, от Клана.

Домики тоже строили по специальным проектам, для желающих. Некоторые прекрасно обходились без них, но это уже от характера и воспитания зависело. Кухня на заставе в обязательном порядке имелась и, естественно, повар с руками. На каждого младшего со складов Клана на время службы в охране выдавалось продовольствие, а в дорогу непременный сухой паек. Консервы – каша с мясом. Кушали они не слабо, да и за здоровьем следить надо, так что кроме повара требовался еще и ветеринар, который их регулярно посещал и осматривал. Это мы в первую очередь постарались. Собственная отдельная ветеринарная служба, под началом Пастуха, между прочим получающая зарплату из регулярных отчислений от доходов младших, а не из общего фонда Клана.

У многих стай были свои собственные стада, за которыми они ревностно следили, а еще нередко нанимались пасти общинные и частные. Уж это младшие умели в совершенстве, а нам заодно освобождали руки, которые можно было использовать в другом месте. А что такое собственность им объяснять не надо. Кроме земли, которая закреплялась за поселком и была общей, каждый имел свое личное имущество еще на равнинах.

Пришлось расселять младших мелкими группами вдоль границы, на заставах подвластных крысиных родов, и выдавать мобильники только альфа-самцу и альфа-самке, как признак статуса, да и кормятся они при этом не за наш счет. Граница у нас теперь на тяжелом амбарном замке и нарушения бывают крайне редко, а для поддержания формы и постоянного напоминания кто здесь начальство регулярно отряды младших при минимальной поддержке ходят на юг с другой стороны рек, вплоть до самых гор. С проживающими там крысиными родами мы разговариваем исключительно через прорезь прицела, слишком сильны у них настроения по части сохранения старых обычаев.

Большинство крысиных семейств, еще сохранившихся после удара Федерации, очень быстро лишились своего скота, который порезали или угнали на нашу сторону, и с трудом удерживаются, сидя практически в осаде. Кое-кто ушел на север, бросив землю, лишь бы не лишиться последнего. На ту сторону Левой тоже не забываем экспедиции посылать. И занятие какое-никакое, и местность неплохо бы знать. Некоторые кошачьи виды вполне приспособились к жизни в густых лесах, но не всем по душе такие места.

– Не особо ошиблась, – согласилась Черепаха. – Значит, для поддержания численности требуется два ребенка на семью, чтобы рост был постоянным, а надо учитывать еще и разные несчастные случаи, болезни и войны, выходит минимум три. Но такими темпами мы даже наш кусок Треугольника еще долго заселять будем. Так что желательно четыре и пять. Лет через пятнадцать подрастет новое поколение и тогда двинемся дальше. На той стороне границы еще очень много места, даже если не всех крыс трогать.

– А где твои личные три, четыре, пять? – полюбопытствовал я.

– Глупый вопрос, – безмятежно ответила Черепаха, – я еще молода, загружена работой, – она кивнула на мгновенно замолчавших учениц. Кто сказал, что общей телепатии нет, а есть исключительно индивидуальная беседа, когда узнать чужие мысли или даже не обращенную к тебе мыслеречь нельзя? Они сразу отреагировали, преданно уставившись в ее сторону, и продолжили беседу с хихиканьем только после того как поняли, что она на них по-прежнему внимания не обращает. – И делаю карьеру, – закончила Черепаха. – Тут не до того, чтобы мужика искать. Когда понадобится – быстро отыщется. А потом, чтобы тренировать спортсменов, не обязательно самому тяжести поднимать. Гораздо лучше отдыхать в холодке, раздавая указания.