Гарольд Хоук - Претендент

Бздышек глянул на основную часть панели, где сухогрузы дразнились, высунув языки. По сигнальной мачте флагмана побежали цепочки белых огней.

— Давай! — капитан щелчком откинул защитную крышку с красного флажка между двумя рядами круглых приборов.

— Начинаю предстартовый отсчёт, — прохрипел Бздышек. Прикрыл микрофон, откашлялся. Вроде бы полегчало. Хоть сердце и грозило выпрыгнуть, из горла исчез противный комок, а голос звучал по-прежнему ровно: — Пять!.. Четыре!.. Три!.. Два!.. Один!.. — неторопливо считал Ян, наблюдая за ускоряющимися цепочками огней. Минуло ещё с десяток секунд, сигнальная мачта засветилась ярким светом. — Старт!

Капитан повернул флажок и в тот же миг дорожки выносной платформы пришли в движение. Шаттлы покатились к краю обрыва, горохом посыпались в пропасть. Синие искры включившихся двигателей толкнули орбитальные скорлупки навстречу родной планете и через считанные мгновения на экранах замелькали вспышки ворвавшихся в атмосферу судов.

— Кру-у-уто! — выдохнул Бздышек.

— А я что говорил?! Вот выстроимся в линию, включим автопилот и отметим это событие.

— Всем, всем, всем! — заметался под потолком голос командора. — Караван отправляется в заданный квадрат. Напоминаю правила: дистанцию не нарушать, скорость не превышать, я начинаю — остальные за мной. Нарушителей ждёт взыскание, лишение премии и «тринадцатой» зарплаты.

— Бла-бла-бла, — недовольно скривился Сержио, — не раз ходили, знаем. Двигай уже.

Будто услышав его ворчание, флагман двинулся вперёд. За ним нанизанными на верёвку бусами потянулись остальные суда. Крейсера, двое с боков, а один сверху, мерно поплыли в бездонной черноте космоса, а рассыпавшиеся веером корветы стали рыскать галсами, далеко забегая в стороны от оси следования.

Полковник Дин Бэйли — широколицый человек с коротким ёжиком седеющих волос, тяжёлым взглядом голубых как кусочки льда глаз, тонкими в ниточку губами и каменным подбородком работал у себя в кабинете. Серая форма с золотым орлом над орденскими планками, нашивкой «колонель» на левом рукаве и неприметными погонами идеально гармонировала с лишённой изысков мебелью. Всё строго функционально. Даже бар и тот замаскирован под глобус, а напольные часы по совместительству исполняют роль сейфа.

Директор Агентства Галактической Безопасности внимательно изучал списки с активами, соображая, что можно незаметно продать. Заядлый игрок — он за один вечер мог просадить пятимесячное жалование, а на следующий день потерять ещё больше в попытках отыграться. Но так было не всегда. Обычно, судьба давала ему шанс поправить пошатнувшиеся дела. Серии неудачных ставок заканчивались крупными выигрышами, и клятвы раз и навсегда завязать с казино благополучно забывались до следующей череды неудач.

На этот раз чёрная полоса слишком затянулась. Ставки всё возрастали, вместе с ними росли долги, а спасительный денежный дождь не спешил на выручку.

Очередной проигрыш стал последней каплей в мучительном процессе борьбы чести профессионального игрока с совестью профессионального госслужащего. В результате недолгих нравственных страданий честь игрока победила и без того давно спящую крепким сном совесть чиновника, подтолкнув Бэйли к аферам с казённым имуществом.

В самом конце длинного списка из восьмидесяти страниц полковник наткнулся на карандашную запись: 'строка 15197 — «Дредноут «Тирпиц Великий»'. В мозгу моментально созрел план, но оставались кое-какие детали.

Бэйли вызвал секретаршу:

— Маргарет, подготовьте справку о кораблях на балансе организации.

— Минуту, сэр, — проворковала Маргарет Бланш, безнадёжно влюблённая в начальника привлекательная женщина. С её данными она давно могла составить себе прекрасную пару, выбрав одного из многочисленных поклонников. По слухам, кое-кто из Координационного Совета ухаживал за ней, но получил решительный отказ и оставил попытки. С годами привлекательность Маргарет нисколько не упала, наоборот — она стала ещё краше, но бастион по-прежнему оставался неприступным для всех кроме полковника, а тот как назло не проявлял никаких симпатий, ценя в помощнице только деловые качества.

Ровно через минуту дверь отворилась, в кабинет, постукивая высокими каблуками и покачивая бёдрами, вошла длинноногая секретарша с папкой в руках. Её бежевая блузка идеально сочеталась с облегающей юбкой шоколадного оттенка. Проткнутый спицами пучок рыжих волос подчёркивал изящную шею. Высокие скулы с лёгким налётом румян, миндалевидные глаза изумрудного цвета, узкие чёрточки бровей, пухлые чувственные губы — всё кричало о красоте их обладательницы.

В полуметре от стола Маргарет низко наклонилась.

— Пожалуйста, сэр.

Бэйли взял папку из её рук, буркнул слова благодарности, не обращая внимания на проглянувшую в разрезе блузки прекрасную грудь в кружевных чашечках.

Сдерживая навернувшиеся слезы, помощница выпрямилась. Иногда чёрствость начальника доводила её до бешенства. В такие секунды ей хотелось закатить истерику, схватить босса за грудки, встряхнуть и высказать всё, что она думает об этом бесчувственном чурбане. На смену ярости приходило опустошение, в свою очередь сменявшееся новым витком надежды.

Бэйли прекрасно видел, как относится к нему Бланш, но в его сердце уживалось только два чувства: безотчётная любовь к матери и неудержимая страсть к азартным играм. Поэтому он всячески старался показать секретарше свою холодность и безразличие. По правде сказать, несколько раз он склонялся к мысли завести с ней интрижку, но неготовность к серьёзным отношениям и ласка элитных жриц любви быстро прогоняли наваждение.

Резко процокали каблучки, щёлкнул замок, стукнула дверь. Бэйли оторвался от бумаг, представил, как секретарша в приёмной смотрится в зеркало, поправляя макияж.

«Эх, девочка, тебе бы мужа хорошего, семью, детей, а ты тратишь жизнь на пустые надежды».

Он вернулся к изучению документов. Оказывается, дредноут передали Агентству ещё при Мак-Артуре — предыдущем директоре АГБ. За всё время службы в составе спецфлота «Тирпиц» ни разу не использовался. Корабль всё время находился на ремонте. То у него меняли испорченную крысами магистральную проводку, то калибровали навигационное оборудование и системы наведения огня, то ещё находилась какая-нибудь поломка или проходили регламентные работы.

Фактически о судне забыли, это была та самая лазейка, в которой так нуждался полковник.