Геннадий Эсса - Огненный шар

– А ты как хочешь?

– Я думаю, мы поняли друг друга, – засмеялся он.

Ник целый час ходил за князем Зотовым. Куда тот идет, туда и он. Когда Зотов вошел в царский домик, парень остался за дверью.

Сегодня государь собирал на вече своих сподвижников, чтобы разработать подробный план строительства города, поговорить об обнаглевших шведах и строительстве верфей.

Проникнуть в избу Нику ничего не мешало, но он решил переждать и подышать свежим воздухом, зная, что Петр курил и позволял курить всем. Ник боялся закашлять и выдать себя. Ему было интересно, о чем будут говорить исторические мужи и лично сам государь.

Когда народ был собран, Ник проник в помещение через двери. Он занял место у открытого окна, чтобы дышать свежим воздухом и не глотать табачный дым.

– Ну что, братцы, – сказал Петр. – Разговор у нас будет долгим. Будем обсуждать будущий город.

Меньшиков был в хорошем настроении: сидел рядом с царем, оглядывая всех присутствующих и улыбаясь каждому из них.

– От всех должно быть предложение, – сказал Александр Данилович, пока государь стоял у окна, рядом с перепуганным Ником, и дымил свою трубку. – Не все же мне отдуваться за вас.

Потом Петр резко повернулся, выпустил дым прямо в лицо Ника и прошел к столу, начал выслушивать каждого присутствующего.

Ник от такой дозы дыма в лицо чуть не задохнулся. Он протер глаза и прикрыл рот руками, чтобы не раскашляться.

Каждый из присутствующих говорил много, пока это не надоело Петру. Он встал с кресла, обошел вокруг сидящих за столом князей и снова остановился у окна.

Ник замер, видя прямо перед собой строгие и красные от бессонных ночей глаза государя.

– Все, хватит болтать, – сказал Петр громким голосом и дыхнул на Ника табачищем. – Будем строить верфи, балтийский флот, причалы и подобные сооружения. – Он снова подошел к столу. – Начнем с ноября, на левом берегу Невы, напротив Березового острова. Я сам заложу судовую верфь! Необходимо, чтобы она стояла рядом с Финским заливом. Здесь будем строить боевые корабли, чтобы не гонять их с Лодейного поля сюда через Ладогу. – Петр наклонился над столом, где лежала большая, исчерченная карандашом карта местности. – Вот здесь будем строить! А здесь будет Адмиралтейство, – он ткнул пальцем в карту так резко, что погасло несколько стоящих рядом на столе свечей. – Отойди от окна, ничего не видно, – обернулся Петр.

Стоящий силуэт сдвинулся влево, освободив окно.

– А это еще что такое! – государь взял подсвечник и поднес к лицу Ника. – Что за чудо такое? Почему не знаю? Лазутчик шведский? – Петр уже орал. Его глаза налились кровью и ненавистью.

Кто-то поспешил зажечь быстро свечи, чтобы лучше разглядеть незнакомца.

– Чей будешь? – прохрипел Петр.

– Я попал сюда случайно, – задрожал голос Ника.

– Да ты посмотри на его одежду, – смеялся за столом Меньшиков. – Он же почти голый.

Петр окинул взглядом Ника с ног до головы.

– Отвечать государю все и вся, чей и кем послан?

– Я из будущего, – собрался с духом Ник, понимая, что стал видимым. – Я из двадцать первого века.

Петр выглянул в окно.

– С какого века? На чем же ты приплыл сюда? Врешь, собака! – он еще раз оглядел растерянного парня.

– Это что, твоя одежда? – ткнул пальцем Петр в джинсы. – У тебя ж все наружу торчит.

– В наше время такое носят, – попытался объяснить Ник.

– Алексашка, разберись с этим шпионом и вздерни его на мачте, пусть болтается. Нечего наши тайны выслушивать. А до этого пытни его, може, что и скажет доброго.

– Скажу, скажу, – затрясся Ник от услышанных слов царя.

Меньшиков протянул руку к окну и неожиданно, схватив Ника за джинсы между ног, подтянул к себе.

– Слышал, что царь сказал? У меня заговоришь.

Ник стоял перед князем и молящим взглядом поглядывал на царя.

– Вот-вот, их можно тоже оторвать, посмотрим, какие они там, в двадцать первом веке, – громко засмеялся Петр.

– Государь, – взмолился Ник. – Я вам все расскажу про город, который вы здесь строите, – он освободился от руки Меньшикова, подошел к карте.

– Вот здесь у вас будет проходить Невский проспект. Здесь, в конце, будет Адмиралтейство. Недалеко Исаакиевский собор, а здесь – памятник тебе, государь, на коне, а пьедесталом будет огромный гранитный камень.

– Так-так-так, – Петр даже присел в кресло у стола, внимательно слушая молодого человека. – А кто мне памятник поставит? Не ты ли?

– Екатерина Вторая.

– Катька что ли?

– Она императрицей будет.

– Ну-ка, скажи мне, что здесь будет? – и он ткнул пальцем в Неву.

– Здесь будет разводной мост, но это уже после его построят. Их будет много на Неве.

– А здесь?

– Если не ошибаюсь, сейчас там Кировский завод. А что ты надумаешь – не знаю, – ответил Ник.

– Князь! – обратился Петр к Меньшикову. – Погодь его вешать. Малый-то смышленый.

Петр встал и подошел к Нику.

– Если отпущу – сбежишь? – спросил Петр. – Сажать под замок тоже неудобно. Хочешь, будешь моей правой рукой, раз такой дальновидный? Но запомни, где наврешь – пороть прикажу.

Петр взглянул на Меньшикова и тут же поправился:

– Моим консультантом назначу. Будешь мне подсказывать, что и как делать?

Ник улыбнулся и закивал головой.

– Ну и лады.

– Но, государь, я тут не один.

– Да! – обернулся к нему Петр. – И сколько же вас таких умников с двадцать первого века к нам пожаловало?

– Еще двое.

– Все к утру ко мне, – приказал Петр.

Ник взглянул в висевшее в углу зеркало и увидел свое отражение.

«Свершилось! – подумал он и сжал на удачу кулаки. – Теперь надо найти Жана и Ин».

– Я могу идти? – обратился Ник к царю.

– Иди осторожно, чтобы тебя не поймали в такой одежде.

Когда Ник вышел из избы, лакеи, что стояли у входа, вытаращили на него глаза.

Да, одежду надо было теперь поменять, и срочно.

Ник пробрался окольными путями к дому, где они обычно собирались. Это был большой склад с крышей и чердаком. Если раньше они лазали туда без опаски, то теперь у них могли возникнуть проблемы. Надо было что-то решать.

Ник прикрыл плечи плащевой тканью и присел, опершись на колени. Надо было дожидаться утра.

На Жана повеяло прохладой из открытого окна, и он прижался к Лизе, закинув на нее ногу.

– Прикройся, – прошептала она, не открывая глаз. – Ты ведь совсем голый.

– С тобой мне всегда жарко. – Жан взглянул на девушку и поцеловал ее в носик.

Она заулыбалась и открыла глаза.

Какой был ужас на ее лице, когда она увидела перед собой юное лицо незнакомого человека. Она оттолкнула его в сторону и, спрыгнув с кровати, отбежала в дальний угол, прикрыла рукой рот, чтобы не закричать.