Евгений Прошкин - Враг «Монолита»

От созерцания его отвлек громкий, требовательный лай. Навстречу по дороге трусила одинокая черная собака. Хаус снял с плеча ружье и приготовился стрелять. Шведов, не задумываясь, подобрал на обочине камень и метнул его в зверя — без надежды попасть, но с искренним чувством.

— Пошла отсюда! — заорал он.

Собака на ходу развернулась и побежала обратно. Булыжник упал слева от нее, псина недовольно повернула голову, еще раз гавкнула и перешла на рысь.

— Ну или так, — улыбнулся Хаус. — О черт! Чуть не забыли.

Он остановился, снял рюкзак и достал аптечку. Комплект был полным, по норме «участие в боевых действиях», то есть включая вожделенный Централом промедол, но проводника интересовало не это. Он поддел ногтем и вытащил из коробки два небольших пенала малинового цвета, один из которых передал Шведову.

— Там шесть таблеток, жри все.

— Что это? — с опаской спросил Сергей.

— Цистамин, от радиации. Надо было еще до захода в поселок принять. Но лучше поздно, чем никогда, верно?

— Да хрен его знает… Шесть таблеток — не много?

— Не-е. В крайнем случае вырвет. Кстати! — Хаус выщелкнул из гнезда еще один пенал и, открыв его, одарил Сергея седьмой таблеткой.

— А это что?

— Этаперазин, противорвотное, — хохотнул сталкер. — Нет, я серьезно. От шести колес цистамина некоторые реально блюют. Вода кончилась, прожуешь так. На базе водкой полирнем, усилим терапевтический эффект.

Шведов с сомнением посмотрел на горсть таблеток в грязной ладони, пересыпал их в другую, еще более грязную, и закинул в рот. В конце концов, если бы Доктор Хаус захотел лишить его жизни, он мог бы сделать это уже тысячу раз.

Сергею стало так горько, что все другие проблемы вылетели из головы.

— Помогает? — спросил Хаус, громко разжевывая таблетки.

Шведов энергично закивал, чтобы не нарываться на добавку.

— Потом, правда, почки поболят, — предупредил сталкер. — Но не долго, не долго.

— Там действительно будет курица? — поинтересовался Сергей в попытке выжать из себя хоть немного слюны.

— Курица?! — удивился Хаус. — Какая еще курица?

— Жареная.

— А девственниц персидских тебе не надо?

— Ты говорил Кабану… когда мы уходили с острова… — Шведов, кривясь, сделал несколько глотательных движений, и горечь частично провалилась в желудок. — Ты сказал Кабану, чтобы жарили курицу к нашему приходу.

— Это я шутил, неужели не ясно? С деликатесами тут напряг, — признался Хаус. — Тушенка, завтрак туриста, каши всякие консервированные. Все в банках, короче. И ничего другого я тебе тут жрать не советую. Будут угощать — воздерживайся. Один крендель у нас рыбы наловил недавно. Вечером наелся до отвала, а утром все свои зубы на подушке нашел. К обеду отнесли его в яму, облили бензином, да и сожгли от греха. Мертвого уже, конечно, — уточнил проводник.

— И про то, что деньги у Кабана занял, — тоже шутка?

— Это нет. Почему? Действительно занял, сотку евро. На прошлой неделе.

— Зачем он тебе одолжил, если ты в такие походы собирался?

— Он тогда не знал, что мне походы светят, как ты выражаешься. Я чувствовал, что влепят мне проводки, хотя надеялся на две, а дали, сука, три. Ну ладно, вроде, живой, и все позади… А в тот момент он еще был не в курсе, что мне взыскание положено.

— А кто тебе взыскание объявил?

— Сам Кабан и объявил.

— И сто евро не пожалел…

— У нас дисциплина, — серьезно ответил Хаус. — Это дороже денег.

— Но зачем ты эти деньги у него взял-то? Что ты здесь купить собирался?

— Слушай, ну ты не врубаешься абсолютно! — начал злится Хаус. — Зачем-зачем… Просто я немножко суеверный. Чтобы Кабан нарушил правила и прислал за нами вертолет, сотни не хватит. Но ее вполне достаточно, чтобы он держал за меня кулаки. Вот и все. Сейчас дойдем, и отдам. А ты вообще с какой целью справки наводишь?

— Просто вникаю, — пожал плечами Сергей. — Меня, вероятно, тоже что-то подобное ожидает.

— Я на твоем месте мечтал бы о чем-нибудь более светлом.

— Я и сам не хочу, веришь? Мне ваших чудес уже во как хватило! — Шведов постучал себя пальцами по кадыку. — Но без залетов службы не бывает.

— Тоже правда, — печально проговорил Хаус.

Город приближался не так быстро, как хотелось бы, но Сергей уже начал различать в серых прямоугольниках отдельные этажи, и это поднимало настроение.

— Стой, — неожиданно шепнул проводник. — Не шурши.

Сергей замер в широком шаге, напряженно вслушиваясь в слабое дуновение ветра. Только палец на спусковой крючок положил — так, на всякий случай.

Кто-то шел по дороге из города, похрустывая гравием и негромко, но беспечно переговариваясь.

— Я завалю его, он уже достал, — донеслось до Шведова.

— Ничего ты ему не сделаешь. Он хоть и гнида, но за него многие впрягутся. Сыча завалишь — сам не долго проживешь, — ответил кто-то другой.

Из-за невидимого за кустами поворота возникли трое мужчин в одинаковых комбинезонах болотного цвета. Вооружены они были гораздо серьезней: два автомата и снайперская винтовка.

— Это опасно? — одними губами спросил Шведов.

— Поди разбери… Подождем.

Незнакомцы их тоже заметили, но, не подавая вида, продолжали идти навстречу, хотя в осанке и в походке у всех троих появилось что-то настороженное, хищное.

— Пушку опусти, — приказал проводник Сергею.

— Ну, привет! — бросил один из бойцов, замедляя шаг.

— Ну, здорово, — осторожно ответил Хаус. — Прямиком из города? Чего хорошего нашли?

— Что нашли, то забрали. А у вас как дела?

— Снорки были. Теперь там, возможно, тушканы.

— Прямо на дороге?

— Мимо не пройдете, — кивнул Хаус.

— Да я уж догадался, — ответил боец, критически оглядывая Шведова.

Сергей не понял, что привлекло внимание незнакомца — гражданская одежда или кровь на ней. Но в любом случае он чувствовал себя неловко среди людей в униформе.

— Ладно, двинули, — сказал боец своим спутникам, по-прежнему держа автомат стволом вниз. — Эй! — спохватился он, пройдя несколько метров. — Антибиотиками не богаты?

Хаус молча запустил руку в рюкзак и кинул мужчине аптечку.

— Мерси! — отозвался тот. — Что вам взамен дать? А то вы совсем как бомжи.

— Бомжи аптечками не бросаются, — проворчал Хаус. — Счастливо, не хворать.

— Ну, бывайте!

Троица направилась дальше в сторону Новошепеличей.

— И все-таки я его завалю! — продолжил разговор кто-то из бойцов.

— Сыча? Да расслабься. Его купить дешевле, чем убить.

— О чем это они? — поинтересовался Шведов.