"Фантастика 2026-221". Компиляция. Книги 1-29 - Юлия Григорова
– Благодарю вас, что позволили им уйти, – прошептала лидерша совета, не находя других слов. Сжав руки в кулаки под плащом, девушка на самом деле была вне себя от горя и ярости. Когда Венториэль узнает о случившемся, он будет безутешен, от ордена, ставшего ему по-своему семьей, остались жалкие остатки. Сколько их? Пять, десять человек? Алист добился своего, причинил боль ее возлюбленному, как и хотел, но только через совет.
– Слов благодарности не достаточно, Ника, ты же прекрасно это понимаешь. Я даже осмелюсь предположить, что догадываешься о том, чего я хочу, – в этой фразе, как и голосе в целом чувствовалось напряжение. В первую минуту Миаленика не поняла его, но вспомнив заданный ей вопрос на посвящении, похолодела. Кровь отлила от щек, сделав их бледными, как у мертвеца. Дыхание задержалось само собой, неожиданно захотелось задохнуться от одной мысли о том, чего хочет Хенорп.
– Прошу меня простить, но вы же знаете…– запинаясь и глотая слова начала оправдываться Миа, но бог поднял указательный палец вверх на уровне своих губ, заставив ее замолчать. За время разговора он сделал полный круг, обойдя девушку со всех сторон, и сейчас снова оказался перед лицом. Рука беглянки случайно нащупала рукоятку кинжала, которого там, в реальном мире быть просто не могло, но видимо не здесь. Сжав ее, она старалась не думать об оружии, чтобы не выдать себя. Глупо конечно угрожать высшим силам клинком, но в случае чего другого выхода нет. Разве что проснуться, но как это сделать?
– Венториэль, да, я знаю. Вот только мне все равно, – глаза Хенорпа сверкнули, как и лезвие кинжала лидера совета в свете луны. Она не успела ничего сделать, рука бога перехватила запястье девушки и заломила так, что Миа вскрикнула. Оружие оказалось у самой шеи хозяйки, которая от страха схватилась за него свободной ладонью, не дав мужчине повредить горло. Ноги подкосились и беглянка повалилась на пол. Чувствуя спиной удар о холодный паркет, дочь герцога вкладывала все силы в то, чтобы не дать лезвию приблизиться. На пальцах выступила кровь от пореза, слезы образовались в уголках глаз. Мужчина повалился на нее сверху, придавив своим весом, от чего напор на кинжал усилился.
– Пожалуйста, не надо, – взмолилась Миаленика, надеясь вразумить его, не понимая, что перед ней существо, никогда не получавшее отказов ни в чем. Бог смерти улыбался, ему нравились пустые попытки противиться, они заводили его сильнее, чем все остальное.
– Ты никогда не сможешь забыть это, – наклонившись к уху беглянки, прошептал он мелодичным голосом. Почти не напрягаясь, мужчина опустил свободную руку к поясу девушки и осторожно просунул под него. Когда ледяные пальцы коснулись ее там, Миа задержала дыхание и непроизвольно застонала от бессилия. Прежде не знавшая этих прикосновений, девушка мечтала вовсе не о том, но сейчас надежда оставалась лишь на то, что это всего лишь сон. Но самым противным оказалось то, что ей понравилось это. Буря эмоций моментально вырвалась из души и наполнила беглянку нынче не знакомыми ей ощущениями. Хенорп накрыл ее губы поцелуем, не обращая внимания на то, что та не отвечала на него. Перехватив кинжал, высшее создание отбросило его в сторону, дав себе возможность изучить тело лидерши совета освободившееся рукой. Упершись ладонями в плечи бога, Миаленика всеми силами старалась оттолкнуть его, но по сравнению с ним она казалась еще маленькой слабой девочкой.
Пуговицы на рубашке разлетелись по залу, и дочь герцога ощутила холодные пальцы смерти на своей груди. Вторая рука по прежнему командовала между ног, делая там все, что ее хозяину вздумается. Когда Хенорп наконец добрался до штанов и достаточно стянул их, он оторвался от губ своей жертвы и посмотрел в полные слез глаза. Лежа на спине, придавленная чужим телом, Миаленика представляла себе судьбу женщин, вот так изнасилованных мужчинами, намного сильнее их самих. Что тогда они чувствовали? Страх, боль, ненависть, унижение? Ей было противно от себя самой. Противясь этому всеми фибрами души, лидерша совета ненавидела чувства, переполняющие ее.
– Бог тьмы, разрушений, хаоса и смерти всегда получает то, что хочет, – прошептал Хенорп ей на ухо, тут девушка поняла, что вот-вот случиться непоправимое и закричала во все горло».
– Миаленика, проснитесь, Миаленика, – голос Венториэля вернул ее из мира сна к реальности. Распахнув глаза и судорожно хватая ртом воздух, девушка поняла, что он уже долго трясет ее за плечи, пытаясь привести в сознание. Парень неожиданно прижал голову Мии к своей груди и успокаивающе погладил по волосам. Вокруг шелестела пожелтевшая листва, переносимая порывами ветра с места на место. Все та же поляна в лесу, где они остановились на ночлег, переждать первую темную ночь после множества других. Стволы деревьев возвышались над ними и угрожающе качали верхушками. Чуть в стороне горел костер, возле которого сидел Виктор, пытавшийся согреть руки. Стоило лидерше совета увидеть его, в голове тут же промелькнула мысль, что сон – его специальность, брат мог погрузить ее в него и навеять любое сновидение. В глазах Мии появилась ярость. Все еще ощущая на коже холодные прикосновения бога, девушка готова была налететь на Кленского с кулаками за то, что по ее мнению он сделал. Лишь крепкие руки возлюбленного, обнимающие беглянку, не позволили ей сделать это. Рядом с ним она успокоилась, близость Венториэля постепенно отгоняла воспоминания о дурном сне, но не так, чтобы окончательно его забыть и прийти в себя.
– Я же предупреждала, я говорила, не лезь в мою голову! – воскликнула Миа, не отрывая глаз от своего брата. Брови Виктора удивленно приподнялись над повязкой. Из-за нее трудно определить настроение парня, и о чем тот думает на самом деле, но ей это и не нужно, сейчас девушка была уверена в своей правоте. Отстранившись от нее, лидер совета непонимающе посмотрел на Миаленику.
– Да кому нужна твоя голова, – буркнул себе под нос предатель, отрицательно качая головой. Переведя взгляд с него на Венториэля, она поняла, что