Данила Врангель - Славянский стилет

Джон Ланкастер выстрелил ещё раз. И снова улетел от отдачи назад. Хладнокровие изменило ему. Он не соображал, что надо найти точку опоры. Пуля ударилась в переборку и принялась скакать по всему салону, рикошетя от стен и переборок, и в конце концов горячим куском свинца упала Джо на голову.

Пилоты «МКС» наконец поняли, в чём дело. В пылу атаки Чередниченко не почувствовал попадания в плечо, а вот теперь ощутил и догадался. Вот это да! Атакуют с двух сторон. Скинув шлём и вскочив с кресла, Чередниченко вытащил из кобуры пистолет «Марго» (конст. бюро им. Марголина). Русские проектировщики оружия для космических станций думали о безопасности, и поэтому в «Марго» были патроны с резиновыми пулями.

Джо в этот момент нашел точку опоры и стал расстреливать командира «МКС». Чередниченко спрятался за переборку. По всему салону летали рикошетившие пули.

Иванов прополз под креслом и увидел прижавшегося к стене, побелевшего Джо, с пистолетом в руке. Вытащив свой «Марго» бородатый крестоносец внимательно прицелился и выстрелил. Пуля попала янки прямо в лоб. Он потерял сознание, выронил «люгер» и стал вращаться вокруг своей оси обвисшим кулем.

Командир «МКС» вышел из укрытия.

– Данила, ты молодец!

Забрали «люгер» Ланкастера. Самого Джо опять отволокли в сушилку. Оставили ему большую пластиковую бутыль с водой. Вернулись в кресла боевого управления. Шрапнель от SC-48 летала по орбите вместе с ними. Она была похожа на большие лезвия для бритья. Где-то высоко и впереди плыли «гвозди» «Спейс Шаттл»

Внимательно осмотрелись. Никого видно не было. На связь тоже никто не выходил.

– Высота орбиты? – спросил командир.

– Двести двадцать, – ответил Иванов.

– Мы в квадрате 95114. Южная Индия. Скоро Непал. Данила, быстро в кресло. На территории Индии есть работа.

И верно сказал. Работать пришлось без перерыва минут десять. В горах Тибета загорелась красная отметка. Чередниченко и Иванов в два ствола уничтожили её.

Включили стабилизацию. Посмотрели. Опять какое-то подземелье, вскрытое их пучковым оружием. Шёл едкий, чёрный дым.

– Слушай, а кто ставит отметки? Зелёные… Красные… – спросил Иванов.

– Наш бортовой компьютер. Там установлена программа. По-моему, эту программу писал Философ. Да, Философ. Странный парень. Как будто не в себе.

– Ваня, а почему ЦУП молчит – никто не выходит на связь?

– Ждут.

– Чего?

– Реакции Вашингтона на гибель «Дискавери». С нами не общаются, чтобы было видно – мы вроде как не при чём. Неужели не понятно? Наши выстрелы длительностью 1 наносекунда не определяемы никакой видеозаписью. «Шаттл» сам развалился на гвозди. От старости. И ещё: в таком возрасте нельзя летать и делать пуски ракет.

– Теперь понятно.

– Наш президент зажмёт американцу яйца в тисках, показав видеокадры, как нас атакует SC-48.

В Овальном кабинете находилось два человека. Один седел в кресле, курил сигарету и пристально смотрел на второго, стоящего почти по стойке смирно и отводящего глаза. Это был директор военного отряда NASA.

– Что случилось с «Дискавери», Ригель? – обратился президент к собеседнику.

– Необходимо провести тщательное расследование. Все три ракеты SC-48 самоликвидировались после запуска. А «Спейс Шаттл»… «Спейс Шаттл» очевидно детонировал топливом от разрывов ракет. Вы просмотрите видеозапись, запись с радара, цифровую запись со спутников.

– Я просмотрел.

– Они все просто самоликвидировались!

– И это всё ваше объяснение? А пострадала ли «МКС»?

– Нет. Она не пострадала.

– Почему?

– Высокое качество исполнения модулей. Большинство блоков изготовлено в США.

– Вы знаете, что мне предложил посмотреть русский президент? Он дал мне фильм, в котором играют плохие актёры. Нам предъявлена нота. Нас обвиняют в нападении и попытке убийства русских космонавтов.

– Но, господин президент…

– И это только начало. Пресса начала раскручивать версию бездарной попытки американцев уничтожить станцию «МКС» с экипажем, с целью стереть какие-то следы. Сегодня собирается Совет безопасности. Госсекретарь прячется от видеокамер. Три ракеты новейшего класса… Три суперракеты не смогли в упор уничтожить космическую станцию невоенного назначения. Во первых зачем? А во вторых, – почему не смогли? Ригель, вы обещали мне сто процентов. Где они? – Президент помолчал глядя в потолок. Проговорил: – Я вам скажу своё решение. Пуск SC-48 инициирован вами. Приказ отдали вы. Но поскольку вы не в своем уме, придётся полечиться. В закрытой клинике и пожизненно. И ещё молитесь на меня, Ригель. Я католик и добрый человек. – Помолчал. Добавил: – Вам же дали время. Жаль, что вы его не использовали по назначению. Прощайте, мой друг… Да, хотел бы добавить. Если вы вдруг начнёте подавать признаки здравого ума, то эти признаки больше подаваться не будут.

Президент нажал кнопку. В зал зашли двое в чёрном и увели директора военного отдела NASA в неизвестном направлении.

Установка зенитно-ракетного комплекса «С-500» застыла в джунглях дельты Ганга, вся окутанная маскировочными сетками. Все остальные машины дивизиона, расположившегося на небольшой поляне и не успевшего разгруппироваться, несколько минут назад были уничтожены выстрелами в упор из джунглей и их горящие останки заволакивали небо в километре от позиции уцелевшего бронетранспортёра.

Единственная выскочившая из-под кинжального огня боевая машина, с тремя ракетами на борту, притаилась возле небольшого озера прямо под тенью большого чёрного камня, уходящего своим основанием в глубины воды.

Атакующие, преследующие продирающуюся сквозь джунгли и отстреливающуюся бронемашину, неожиданно прекратили огонь, как только «С-500» занял небольшую высотку, прямо у подножья камня – скалы и раскинул якоря с маскировочной сеткой. Но преследуемые были в окружении. Это было видно простым глазом. Позади озеро, а впереди, метрах в двухстах, сновали туда-сюда фигурки цвета хаки.

Несколько человек Юра снял из крупнокалиберного пулемёта. Движение притихло, но вскоре продолжилось снова. Неведомые партизаны перегруппировались и чего-то выжидали, не делая ни одного выстрела в сторону осаждённых.

Дивизион ракетных установок только накануне прибыл на место своей дислокации. Юрий показывал пальцем Григорию длинный чёрный, круглый как труба, каменный столб, ушедший в центр небольшого озера и говорил: «Глянь, что только природа не выделывает! Можно подумать, что какое-то Александрийское архитектурное сооружение».

Атака на дивизион была внезапной и неожиданной, ранним утром, сразу после завтрака, когда все лежали в траве, курили да глядели в небо. По данным разведки в радиусе ста километров не было никаких крупных населённых пунктов, а в радиусе пятидесяти – вообще никого из людей. Дикие места. Слоны, обезьяны…