Александр Шакилов - Мы - сталкеры. Загадки Зоны (сборник)

Тесак задумчиво покачал головой и зашел в бетонное здание. И остолбенел.

– Замри, – сказал ему огромный ловец. И добавил после паузы:

– Хозяин, есть тело. Хорошее. Как ты просил…

Миновав аномальное поле, Рубец и Платонов прошли узкой лощиной и вышли к порванному заграждению – сплошной клубок ржавой колючей проволоки, валявшийся между двух покосившихся столбов. Сбоку стоял ветхий навес, под навесом – стол из куска фанеры с надписью поперек: «отправитель Приднепровская желез…».

– Добро пожаловать на Элеватор, – сказал Рубец.

– Дружище, – пробормотал склонившийся над коммуникатором Платонов, – вот тут впереди нас две точки желтого цвета. Вольняшки?

– Мне с ними встречаться опасно, – ответил Рубец, заглянул в свой коммуникатор и удивился: – А у меня эти точки зеленые! Жаль, аппарат старого образца, клички не пишет.

– А у меня они желтые… Нестыковочка, однако. Ваш брат обычно отмечен красным. Вот, к примеру, я и ты, смотри.

Он протянул свой коммуникатор Рубцу; на дисплее рядом с белой точкой светилась красная.

– У меня то же самое, – засмеялся Рубец, показывая свой дисплей.

– А как же тогда эти двое? О! смотри, что творится!

Две точки сошлись с тремя зелеными. Через полминуты три точки посерели, а две продолжили движение.

– Стрельбу слышал? – спросил наемник, обретая обычное хмурое настроение. – Так вот, это для тебя три точки были зелеными. У меня они были красными. А теперь тоже серые.

– Знаешь, какой я делаю вывод? Поправь, если ошибаюсь: три посеревших – это военные. Мне-то они союзники, тебе – враги.

– То есть, кто-то только что грохнул засаду военных?

– Ага. И мне это очень не нравится.

– Вояк жалко? – сощурился Рубец.

– Это есть, – согласился Платонов, – мне вообще людей немного жаль. Если они не нарываются на пулю сами. Но сейчас я о другом. Сладкая парочка впереди чешет, очевидно, к Цементному заводу строго по прямой, выкашивая всех, кто попадается на пути. Даже если они и вправду твои коллеги, я бы с ними встречаться поостерегся. – то это… не по-зоновски, что ли. Такое ощущение, что им на все наплевать. Эфир послушай, пожалуйста. И сталкеров, и военных.

На общей частоте гудел хор голосов – кто-то жаловался на жизнь, кто-то выкликал неведомого Андрюху, тот взахлеб рассказывал о целой стае бандерлогов, загнавшей беднягу на скалы в районе Рубежа, этот рассказывал анекдот…

– Всем минута тишины, – неожиданно ворвался в гомон громкий голос, – говорит оперативный дежурный службы контроля военных сталкеров.

– Тоже мне – козырный фрайер! – тут же откликнулся другой голос.

– Язык в задницу засунь. Повторяю общее сообщение для всех сталкеров: будьте осторожны. В Зоне бродят две женщины…

– А-а-а!!! – взвыл кто-то в эфире, – военсталы баб напугались!!! Держите меня семеро!!! Типа забыли супружеский долг отдать?

– Дослушай до конца, дятел! Женщины направляются к Цементному заводу. По пути убивают всех сталкеров без разбора. Есть информация о двенадцати убитых. Принадлежность к группировкам для них не имеет значения. Валят всех. Командирами группировок по каналу экстренной связи принято совместное решение – в переговоры с ними не вступать, при встрече уничтожить. С этого момента их сигналы на всех коммуникаторах отмечены красным. Кодовое наименование – ведьмы. Приравнены к Праведникам и уголовникам.

– Че буровишь, опер? – раздался недовольный голос из коммуникатора. – Че это ты нас к бабам приравнял?! Ваще ливер пошел конченный!!!

– Это потому, что вас, отморозков, тоже при любой встрече хоронить нужно. Конец сообщения. Следующий выход через час.

Эфир взорвался гулом голосов.

Рубец посмотрел на дисплей.

– Ну вот. Точки покраснели и у меня. Перед нами движутся эти самые ведьмы.

Платонов покачал головой:

– Екарный бабай! Как все просто! Оказывается, существует канал экстренной связи между всеми командирами… А пацаны друг друга стреляют. Охренеть!

– Ну, охренеть – не охренеть… Тайну не выдам, если скажу, что наш главный шеф многие операции с вояками согласовывает. И вольняшки между военсталами и анархистами бродят не в безвоздушном пространстве. И бандиты временами услуги оказывают там, где нашим пройти трудно. Так что лично я не удивляюсь. А пацаны всегда будут гибнуть, потому что их о большой политике информировать никто и не собирался. Пошли?

– Смотри, – Платонов ухватил наемника за рукав. – Видишь? К серым точкам толпа зеленых подошла.

– По-моему, вояки всполошились. Блин, теперь мимо Элеватора тяжело будет пробираться. Чертовы бабы!

– Алло, Рубец, – неожиданно сказал коммуникатор, автоматически переключившись на закрытый канал.

– Да, Домовой, на связи.

– Новости слышал?

– Про ведьмочек? Слышал.

– Час назад возле Цементного Тесака видели. По нашим данным, он каких-то девушек нанялся сопровождать. А был один…

– Эти девушки как раз перед нами идут… – сказал Рубец и осекся. Правильно осекся, потому что после секундной паузы Домовой вкрадчиво спросил:

– Перед вами? Это ты о себе такого высокого мнения или не один?

– Не один, – громко сказал Платонов. – Я капитан Платонов, служба безопасности Украины. Идем парой до Цементного. В два ствола веселее.

– Ну, ну, – неопределенно хмыкнул Домовой, – собственно, это ваше личное дело. К службе вашей, пан капитан, мы претензий не имеем. Только задачи у нас с вами разные…

– Наоборот, задача одна и та же, – засмеялся Платонов, – разные только заказчики. Может, объединим усилия? Я чуть больше знаю, вы – чуть больше можете, а?

– Вы для начала до завода доберитесь, – ответил Домовой и отключился.

Рубец и Платонов, старательно не глядя друг на друга, зашагали по едва заметной тропинке. Минут через десять наемник остановился.

– Вот тут, на взгорке, – сказал он угрюмо, – здоровый был, зараза. И, как назло, с собой ни одной гранаты не оказалось. Шесть магазинов выпустил.

– Ты о чем?

– Говорю же – болотного медведя здесь завалил.

– Хвалю, – серьезно сказал Платонов. – А теперь будем осторожнее – приближаемся к расстрелянной засаде. В коммуникаторе ничьих маячков, вроде, не видать, но ребята могли свои и отключить по злобе.

– Стрелять в ответ будем или нужно кричать – мы свои, буржуинские?

– Стрелять? Постараемся обойтись без войны.

Убитые солдаты лежали в ряд, приготовленные к работе похоронной команды. Оружие аккуратно сложено в пирамиду. Вещмешки отдельной кучей серели под высоким кустом.