Антон Медведев - 2012. Формула выживания

— Спи… — тихо сказал он, взглянув на меня. — Рано ещё…

Ближе к рассвету я все же забылся тревожным сном. Проснулся от тихого смеха и голосов: расстегнув «молнию» спального мешка, приподнялся, сонно огляделся.

Было довольно прохладно. Калина колдовал у примуса, рядом сидели Черный и Люминос.

— Проснулся? — взглянул на меня Антон. — Вставай, скоро пойдем…

Я поднялся, морщась от боли в ногах. Сделал пару шагов и понял, что просто не могу идти — вчерашний переход давал себя знать. Стараясь ничем не выдавать своего плачевного состояния, нагнулся к рюкзаку, взял зубную пасту и щетку. Потом медленно направился к реке.

Обратный путь дался уже легче — мышцы понемногу разрабатывались, боль уже не была такой сильной. Но я все равно с тихим ужасом думал о том, как пойду в зону. И благодарил Бога за то, что до нее оставались считанные километры.

Когда я вернулся, то увидел «Грааль» — Калина только что вынул его из ящичка. Закрыв контейнер, сталкер аккуратно положил на него артефакт.

Я осторожно коснулся «Грааля», он был все такой же холодный.

— Как из холодильника… — пробормотал я.

— Он всегда холодный, — пояснил Люминос. — Даже в жару. И не нагревается.

— Очень необычная штука, — сказал я, глядя на артефакт.

— Верно, — подтвердил Черный.

— Ну что, попрощаемся с «пепельницей»? — Калина вынул из кармашка рюкзака небольшую плоскую фляжку. Открутив пробку, вылил ее содержимое в артефакт. Потом взял его двумя руками и передал мне: — Глотни. Обычно мы в зоне не пьем, да и вообще спиртным не злоупотребляем. Но сегодня особый день.

— Спасибо… — приняв «Грааль», я несколько секунд смотрел на него, потом медленно поднес к губам, сделал пару глотков.

Горло сразу обожгло. Выдохнув, я торопливо передал артефакт Люминосу.

— Запей… — Черный протянул мне фляжку с водой.

Глотнув воды, я перевел дух.

— И сколько тут градусов? — поинтересовался я.

— Примерно семьдесят, — ответил Калина. — В свое время, выйдя из зоны, мы распили из «Грааля» фляжку на троих — здесь же, на этом месте. Отпраздновали находку артефакта и благополучное возращение. После этого многое в нашей жизни изменилось… — Он принял «Грааль» от Люминоса, сделал несколько глотков. Потом передал его Черному.

Отпив, Черный вновь передал артефакт мне:

— Допивай…

Отказываться я не стал. Влил в себя остатки спирта, вернул «Грааль» Черному. Запил водой.

— С посвящением в сталкеры! — поздравил меня Черный и спрятал «Грааль» в ящичек.

Управившись за полчаса с завтраком, мы пошли в зону. Я считал, что часть вещей будет лучше оставить в лагере. И удивился, когда понял, что мы все берем с собой.

— Снаряжения у нас немного, вес небольшой, — пояснил Калина, положив руку на перекинутый поперек груди карабин. — Поэтому лучше все нести с собой — мало ли куда попадешь?

— То есть? — не понял я. Чувствовал я себя замечательно, боль в ногах почти прошла.

— Представь, что ты перейдешь в другой мир и не сможешь сразу вернуться. Для тебя же лучше, если все снаряжение будет с тобой. Ведь в новом мире придется как-то выживать.

Дальше шли молча. Справа голубела река, было очень тихо. В какой-то момент я обратил внимание на то, что совсем не слышно птиц. Это мне показалось очень странным.

— Почему птицы не поют? — тихо спросил я, обернувшись к идущему позади меня Люминосу.

— Не знаю, — пожал плечами он. — Зона.

— Мы уже в зоне?

— Да.

Мое внимание обострилось. Я с любопытством смотрел по сторонам, пытаясь заметить что-то необычное. Но лес оставался самым обычным лесом — разве что очень безжизненным.

Прошло еще четверть часа, когда двигавшийся первым Антон остановился.

— Пришли… — тихо сказал он.

На мой взгляд, это место ничем не отличалось от окружающего нас леса — все те же деревья, та же трава. Разве что реки не видно, она скрылась из глаз еще минут десять назад.

— Видишь эту ложбинку? — Люминос указал рукой на довольно узкую, заросшую травой и кустами ложбину. — Переход именно здесь.

— Ты серьезно? — я вгляделся в пространство между деревьями.

— Более чем… — Люминос достал брелок с лазером, посветил на одно из находившихся чуть дальше деревьев. На стволе появилось дрожащее красное пятнышко. Спрягав брелок, Леонид поднял сосновую шишку и бросил ее в ложбинку.

Ничего не произошло. Шишка упала на землю и остановилась, застряв в траве. Люминос медленно подошел к ней, поднял. Потом огляделся.

— Утро… — тихо сказал он. — Зона спит.

В зоне мы находились уже больше трех часов. Если сначала я живо всем интересовался, то вскоре ощутил разочарование. Не было здесь ничего запредельного — самый обычный лес. Даже комары такие же кусачие… — я с ожесточением прихлопнул на шее очередного кровопийцу. Отыскав припасенный тюбик с мазью, выдавил на ладонь немного репеллента, как следует намазал лицо, шею и запястья рук.

Мои новые друзья тоже ничего необычного не делали. Для начала прочесали всю зону, потом внимательно изучили заинтересовавшие их места. Одним из таких мест стала неглубокая ямка — вполне можно было решить, что здесь порылся какой-то зверь.

— Это не зверь, — в ответ на мой вопрос о том, чем так примечательна эта ямка, ответил Калина. — Посмотри внимательно — земля не просто разрыта. Она исчезла. Словно кто-то набрал пару ведер земли и унес ее.

— Иногда так возникают целые котлованы, — добавил Черный. — До причин этого никто пока так и не докопался. Теорий множество, но ни одной подтвержденной.

Присмотревшись внимательнее, я вынужден был согласиться — земля действительно исчезла.

Затем Калина нашел очень любопытную осину: казалось, по ее коре пробежал мощный электрический разряд, образовав сеть тонких выжженных дорожек.

— Молния? — спросил я.

— Возможно… — пожал плечами Александр, затем вынул фотоаппарат и сделал несколько фотографий.

Потом мы снова вернулись к ложбинке. Черный прошелся по ней, мы внимательно за ним наблюдали; наконец он вернулся.

— Будем ждать вечера, — сказал он.

К часу дня мы устроили новый лагерь, расположившись прямо в зоне, недалеко от реки. Нельзя сказать, что я был очень уж разочарован зоной. Но и удовлетворения от визита в нее пока не чувствовал. Да, ямки в земле, обожженная кора на дереве. И ничего больше — все это казалось мне довольно несерьезным.

Калина начал готовить обед: как я уже успел убедиться, он здесь был самым хозяйственным и умелым. Делал все без суеты, но удивительно быстро. Казалось, мы только что расположились, а на примусе уже весело пыхтела кастрюля, ветерок разносил аппетитные запахи. Антон и Люминос, сидя рядом на траве, о чем-то негромко беседовали, я прислушался к их разговору.