Вадим Денисов - Стратегия. Экспансия

– Хороший вопрос, Семен Михайлович, – не без уклончивости признал я. – Давай пофантазируем вместе. Не скрою, я много думал на эту тему, даже возможные списки кандидатов составлял.

– Да иди ты! – обрадовался Туголуков. – Наши «политобозреватели» тоже составляют, чуть ли не тотализатор открыли! Сверить дашь?

– Ну что же это за тотализатор будет? Инсайдерская информация. – Я почти серьезно отклонил провокационное предложение. – Знаешь… Я убежден, что Смотрящие в своих планах и расчетах вообще не обращают внимания на экономику страны, ее численность и военно-политический вес. Их интересует лишь «перспективность» в рамках некой задачи – радикально снизить количество народов и народностей без потери работоспособности цивилизации в целом, и даже увеличения ее. Есть у тебя опыт многонационального общежития, воздействия на другие народы, умения обходиться без резни, способность выживать в условиях регулярных внутренних межнациональных конфликтов – бери «селективку», владей на славу. Нет – не обессудь, вертись на верхней полке. Поэтому, к примеру, я думаю, что маленькой Швейцарии «селективку» дали. А вот полякам, коих ты упомянул, за что бы ее давать? Они же всю жизнь гордились своей мононациональностью и упрямой грызней со всеми, без исключения, соседями.

– Со Швейцарией ты, Александрович, перегнул, – проворчал атаман, несогласно качая большой мохнатой головой.

– Вот увидишь… Тотализатор организуете, говоришь? Ставки как начнете принимать, мне сообщите – включусь, – усмехнулся я.

– Думаешь, вот так просто?

– Да разве же это просто! Попробуй определи-ка годных. Швеция и Норвегия: кто из них подойдет, по твоему мнению? Но и это еще не все, возьмем Японию…

– Какая Япония! За то, что они всех островных аборигенов вырезали в свое время? Сколько они сидели на своих островах, закрытые, как шпроты в банке?

– А тут может быть другой момент учтен. Притягательность, собственно, самой японской культуры. Японцы заставили весь мир на себя смотреть – кого обезьянничать, а кого завидовать. Вся молодежь с ума сошла по этим мангам и аниме, в сладких соплях виснут на косплеях. А взрослые тысячу раз повторяют всю эту муру про японские боевые искусства, трут про «расчудесные» недосабли-катаны… Вспомни-прикинь да у молодняка спроси – сколько из них мечтали оказаться в Японии, стать японишкой, а? Учат язык – модно. Я уже не говорю про сумасшедшее техническое оснащение нации. Японцы создали вокруг себя сильнейший культурно-притягательный магнетизм – и вот это Смотрящих может заинтересовать как перспективный фактор.

– Однако же есть государства с репутацией, с весом, с большой численностью населения. Так неужели они недостойны?! – возмутился Семен.

За что боролись, называется.

– Это в нас староземная инерция говорит, – почти весело сказал я, поднимаясь с места. – А у них ее нет, им плевать. Представь, что раз Смотрящих не устроили итоги развития всего человечества, то им неинтересны и все былые заслуги отдельных народов, кроме перспективных, с их точки зрения, практик. Только, и только это… перспектива в ассимиляционном процессе.

Будучи уже на берегу, мы вынуждены были тормознуть с отходом – к причалу станицы с пенным буруном подлетел Гена Самохин, старшина рыбаков-островитян.

Выскочил из лодки, торопливо поздоровался со всеми и тут же кинулся прессовать Дугина, подписывать у него требование на новый карбюратор к лодочному мотору. Главмех начал было кочевряжиться и проводить среди браконьера воспитательную работу, но, поймав мой нетерпеливый взмах рукой, быстро поставил подпись.

Едем дальше.

Подставив корму слабеющему северному ветру, «Дункан» быстро шел по течению к устью Листвянки: следующий пункт посещения – Кордон.

Здесь меня тоже встречали, но уже без техники: узковата тропинка вдоль реки, а шире рубить «кордоньеры» не собираются, им тут просторы не нужны – не те это люди. Насколько же они другие по сравнению с казачками, от коих мы только что пришли.

И без техники нормально: ломанемся через тайгу пешком, тут не так уж и далеко, а моему «курсаку» от ходьбы только польза будет. Да и ноги хоть разомну на природе. По очереди поздоровались с Пантюховым-старшим, не торопясь, обстоятельно. Гонта тут же выслал передовой дозор: после нападения паков все на взводе. Дозор засел на двух участках пути, справа по ходу движения, наставил стволы на лес и ждал, пока мы пройдем. Что-то мне эта возня начинает надоедать.

Уже сейчас жители Кордона понаставили вокруг себя растяжек с «сигналками», впрочем, такие «системы» сделали вокруг всех поселков. Зимой особого смысла нет, снег тут будет лежать толстым слоем, просто так по нему не пройдешь, а вот по весне, пока поселки не разжились собаками в требуемом количестве, планируем кругом поставить датчики движения и даже веб-камеры. Вот только зверь постоянно тревожит сигналки: ненадежная практика, нужно совершенствовать.

Больше всего меня в этом селении впечатлила волейбольная площадка в окружении вековых кедров, на которой играли дети, – ну просто курорт, больше никто не догадался такое сотворить. И я забыл про нее, а ведь был заказ на волейбольную сетку и мячи! Рядом с площадкой – баскетбольный щит на сосне. Так… Нужно было с собой Лагутину брать. Что-то у нас спорт в наполеоновские планы развития не вошел, поправить.

Отдельно стоящий блок коптилен дымит практически постоянно, потрясающие ароматы плывут над тайгой. Сейчас многие понаделали их, но очень и очень немногие способны выдавать на-гора такой вкусный продукт. Опытные теплицы заработали вовсю, на будущий год обещается серия пробных посадок на открытом грунте.

За месяцы сделано многое. На Кордоне есть и гараж, закончено строительство склада готовой продукции, в стороне у речки – цех разделки дичины. Курятник, ну это сейчас модно, птицеводство – тема номер раз в анклаве.

– Пантелей Федорович, тут такое дело. А я ведь к вам, уважаемый, с особым вопросом, государственным. Договорились мы с арабами…

И далее рассказал ему, подробно и в красках, как нужен медикам на Кордоне крошечный санаторий – рекреационный блок, крепкая красивая рубленая хижина, с медсестрой, санитарочкой и легким сервисом со стороны «кордоньеров».

Про красоту места спел.

Про «больше негде» и «никто не справится».

Про особый характер жителей этого замечательного селения.

Про целебность одного только взгляда мудрого и дальновидного старшины Кордона.

Про грядущие перспективы в плане рабочих мест, про неизбежный рост общественно-социальной значимости поселка в анклаве не забыл сказать.

И на закуску пообещал, что первый теленок достанется Кордону – а как же!