Андрей Земляной - Крылья Родины

На технической площадке стояли еще три «Орлана» и незнакомая Баркову машина очень необычных очертаний. Короткие стреловидные крылья и тонкий вытянутый корпус с узкой клинообразной щелью воздухозабора. Весь облик машины, несмотря на скрадывавшую формы толстую ткань, был настолько хищным и стремительным, что казалось, машина летит, даже когда находится в покое.

Анатолий подошел ближе и стал жадно, словно подросток, осматривать машину. Видя, что никому нет до него дела, он осмотрел все, до чего мог дотянуться, и в паре мест заглянул под брезент.

— Что, интересно? — Пожилой мужчина в замасленном комбинезоне подошел откуда-то из-за спины и остановился рядом.

— Не то слово. — Барков восхищенно коснулся обшивки кончиками пальцев. — Мечта!

— Су-72 «Сапсан». Полсотни тонн сухого веса и двенадцать тонн оружия. Машина хорошая, но тебе на ней не летать, ты уж извини.

— А чего так? — Барков заинтересованно и несколько разочарованно посмотрел на техника.

— А смысл? Существующие машины и так быстрее и крепче, чем люди. А тут характеристики такие, что человека просто размажет. Это беспилотник. Только заводчане все еще разбираются с интеллектуальной системой боя и системами управления.

— Как беспилотник? — Старший лейтенант удивился. — Их же почти не делают?

В свое время все страны отдали дань этому увлечению, но в реальном бою оказалось, что мало-мальски мощная система постановки помех просто лишает машину связи, и в лучшем случае она автоматически поворачивает домой. В худшем ее, лишенную возможности маневрировать, просто сбивают, словно сидячую утку. Но даже в том случае, если канал управления не потерян, задержка в управлении, связанная с удаленностью оператора, лишала его возможности вести воздушный бой. Беспилотники еще применялись для тактической разведки и ударных операций против технически примитивных армий, но на современном поле боя ему было абсолютно нечего делать.

— Да там что-то умники намудрили с мозгами, и вроде как получаться стало, но вот уже который день возятся со своей аппаратурой. То вроде все заработало, и мы готовим птичку, а потом отказ, и все по новой. Здесь не только система связи, здесь вообще все новое. Говорят, броня держит попадание луча «калоши» до полутора секунд, а это, как ты сам понимаешь, довольно много. Еще стоит комбинированная силовая установка. Турбина, совмещенная с прямоточником, и ракетный движок для высоких орбит. Сейчас решетка закрыта, но в принципе он может взлетать даже вертикально на гравитронах. Говорят, с «тарелок» стянули технологию.

— Ты смотри! — Майор с резкими, словно рубленными, чертами лица толкнул в бок своего собеседника, привлекая внимание к тому, что происходило на экране. А там и в самом деле творилось неладное. Пара, выполнявшая групповой полет на низкой орбите, видимо, зашла на мишень для стрельбы, но в какой-то момент из брюха истребителя вырвался сноп огня, и его закрутило в сторону второй машины. Именно столкновение двух «Орланов» и увидел Анатолий. От удара машины сцепились и, видимо, потеряв управление, начали падать к земле.

— Писец, — прокомментировал ситуацию опытный майор и пояснил для замерших вокруг пилотов: — Пара спасателей сейчас ищут одного щегла в девятом секторе, а другая пара на профилактике.

— А мы? — Один из офицеров вскинулся, словно кто-то усомнился в его качествах.

Майор горько усмехнулся:

— Не успеем. Через пять минут они войдут в Европейский сектор и их просто разнесут в пыль, чтобы не рухнули на землю. Там же топлива тонн десять у каждого. Рванет так, что мало не покажется.

— А на этой птичке? — Анатолий тронул за рукав техника с побелевшим словно полотно лицом, не отрывавшего взгляд от экрана.

— А на этой или не успеешь, или ты просто труп. — Техник отвернулся.

— Но пилотский ложемент там есть? — Барков, чуть прищурившись, посмотрел на мужчину.

— Есть. И интерфейс стандартный.

— Давайте рискнем? — Анатолий развернул мужчину к себе лицом. — Ведь погибнут почем зря! А я парень крепкий.

Техник несколько секунд помолчал, казалось, о чем-то размышляя, и потом, бросив: — Давай! — широкими шагами двинулся в сторону хвоста истребителя.

— Пономаренко! — гаркнул он куда-то в пустоту, и из этой пустоты материализовался щуплый мужчина средних лет с тестовым комплектом под мышкой. — Топливо?

— Так уже с час как заправили, Петрович. — Пономаренко нервно поправил радиогарнитуру на бритой голове. — Перед полетом, а когда эти полет отменили, я выгружать не стал. У нас же по техрегламенту десять часов может стоять…

— Загружай боекомплект тройку и отключай от систем, выпускать будем.

— Тащ полковник… та как же? Это же…

— Бегом, Пономаренко. — Начальник техслужбы открыл неприметный лючок сбоку от корпуса и взглянул на Баркова, оценивая ширину плеч. — Дырка маленькая, но ты уж как-нибудь. У тебя пять минут, пока я буду решать с выпускающим и будет грузиться Бэ-Ка.

С трудом просунувшись через узкий лаз и ободрав руки об острые кромки какого-то прибора, Анатолий устроился в ложементе и, отметив гораздо более высокую скорость заполнения костюма гелевым составом, откинул голову назад, активируя привод нейрошлема. С легким жужжанием колпак надвинулся на голову, и мир привычно вспыхнул яркими красками.

— Система внутреннего управления включена. Доброго дня, пилот. Контакт с системами произведен. Оружие — ноль, топливо — один на один.

— Доброго, «Сапсан». Проверка основных систем управления.

— Норма.

Старший лейтенант оглянулся в виртуальной кабине. Собственно расположение приборов и индикаторов могло быть любым. Некоторые пилоты создавали для себя оригинальные конфигурации, похожие то на старинный Як-3, то на легендарный Су-27. Все равно никаких органов управления, даже виртуальных, не требовалось. Пилот определял лишь глубину, скорость и направление маневра. Все остальное делала электроника истребителя. Уже не было нужды следить за режимами систем, а шанс совершить техническую ошибку вообще равнялся нулю. Но взамен от пилота требовалось высочайшее умение ориентироваться в небе на запредельных скоростях и способность эти скорости переносить, оставаясь в сознании.

— Температуру в кабине чуть понизь до плюс восемнадцати, вентиляцию посильнее и осушение на максимум.

— Сделано. Получены выпускные данные. Открыт канал на командный центр.

В голове прорезался сильный мужской голос:

— Значит, так, старшой. Заход у тебя будет только один. Если не справишься за пару минут, уходи на базу. Выдерни хоть одного. Так хоть есть шанс не просто так слетать.