Геннадий Дмитричев - Злой гений Дитриха Прусса
Глава 6 «ВОСПИТАТЕЛИ И ВОСПИТАННИКИ»
Пробуждение было тяжёлым. Долгое время Жан не мог понять, что с ним и где он. Перед глазами всё ещё проносились странные фигуры, в ушах стояли визг и вопли, отдалённо напоминающие человеческие. Но постепенно в голове прояснялось, сознание возвращалось. Он открыл глаза, и всё вспомнил. Жан понял, что тот высокий человек с горящими глазами и уродливый карлик вовсе не приснились. Ему стало так страшно, что он сжался в кресле и вновь зажмурился. С новой силой захотелось домой. Но когда вновь открыл глаза, перед ним опять встала всё та же белая больничная стена. В палате было светло, даже чересчур светло, так что резало глаза. И вдруг мальчик ощутил в состоянии что-то новое; ноги и руки были свободны. От ремней и следа не осталось.
Он с трудом встал на ноги и осмотрел комнату — никакой мебели, кроме мягкого кресла. И никакого намёка на дверь или окно, как будто он находился в замкнутом модуле. Странная палата! Уверенность в том, что находится в больнице, не проходила. Он нажал первую попавшую кнопку на стене и услышал за спиной шорох. Резко обернулся. Части стены не было, в проёме стоял человек в белом халате. Жан отчего-то испугался и судорожно вцепился в спинку кресла. Но это был не тот, со злыми кошачьими глазами, что представал перед ним некоторое время назад.
— Ну-у, как наши дела? — спросил человек в белом халате. На его лице сияла добродушная улыбка. — О, ты уже на ногах, прекрасно — прекрасно.
— Доктор, где я? Что со мной случилось? — спросил Жан, ибо был уверен, что перед ним врач.
— С тобой, мой мальчик, приключилось небольшое несчастье. Но сейчас, насколько я вижу, всё в порядке. Скоро отец навестит тебя и, если будешь хорошо себя вести, поедешь домой. А теперь разреши осмотреть тебя.
Упоминание об отце немного успокоило Жана. Он позволил усадить себя в кресло и осмотреть.
— Прекрасно, прекрасно, — повторял доктор, прослушивая и ощупывая его. — Ну, всё отлично, — сказал он, выпрямляясь и пряча стетоскоп в карман. — А теперь, думаю, мы можем совершить небольшую экскурсию. Я познакомлю тебя с нашими маленькими пациентами.
Они вышли в коридор. Жан с любопытством огляделся. Доктор дружески хлопнул его по плечу:
— Ну, пошли.
«Странная клиника, — думал Жан, пока они шагали по длинному и узкому, будто вырубленному в скале, коридору. Кое-где с потолка свисали каменные сосульки — сталактиты, которые росли только под землёй. Когда-то он уже слышал о подземных лечебницах, где, если не ошибался, лечат бронхиты и астмы. — Но у меня-то нет бронхита… Может быть, что-то другое?! Почему доктор не сказал, что со мной?»
— Мы под землёй? — спросил он.
— Да, это подземная клиника. Ты наверняка слышал о таких, — Жан почувствовал, как напряглась рука врача, лежащая на его плече.
С левой стороны коридора он заметил дверь или, вернее, вырубленный в виде двери, проём. Проходя мимо, почувствовал запах моря. Так пахло, когда они с отцом отдыхали на Лазурном берегу. Хотя Жан и не успел ничего рассмотреть — в проёме было темно — ему показалось, что слышит характерный шум моря.
Доктор подвёл его к другой, на этот раз закрытой двери, в конце коридора, и нажал на кнопку на небольшой панели. Створки, с лёгким шорохом, отъехали в стороны, и открыли крошечную комнатку, которая, по всей видимости, была лифтом. Он не ошибся, как только они вошли, лифт тихо заурчал, но поднимался он или опускался, Жан не мог определить.
В первое мгновенье, когда вышли из кабинки, создавалось впечатление, что они вообще никуда не поднимались и не опускались. Их встретил точно такой же, длинный и узкий, коридор. Однако различия всё же были: по сторонам коридора располагалось несколько дверей, облицованных, как и его палата в белый пластик. Доктор подвёл его к одной из них.
— Сейчас я познакомлю тебя с нашими малышами, — сказал он.
Жан услышал детские голоса. Доктор открыл дверь и ввёл его в большую комнату. Полы, стены и даже потолок были обиты толстым красным ковром. На полу возились с десяток малышей лет трёх — четырёх. В стороне, на низкой скамье, сидели два человека в белых халатах. Внешне всё походило на детскую группу, в какую, когда-то, ходил и он сам.
При их появлении эти два человека встали и направились к ним.
— Ну вот, — сказал доктор, поведя рукой в сторону детей, — это наши маленькие пациенты. Можешь взять пока какую-нибудь игрушку, — после этих слов он повернулся к подошедшим.
Жан огляделся. Почему-то ему стало неуютно. Почему возникло это чувство, он не мог объяснить. Поднял с пола большой чёрный пистолет. Тот оказался неожиданно тяжёлым. «Как же дети с ними играют?!» — недоуменно подумал Жан, переведя взгляд на малышню.
В это время один из них подковылял к нему. В руке он тоже держал пистолет. И не простой, а пистолет-пулемёт, даже на вид страшно-тяжёлый. Такие он видел когда-то в тире, куда их с отцом, однажды, пропустил знакомый полицейский.
— Ты кто? — спросил малыш.
— Жан, — ответил Жан.
— Идём, я тебя буду убивать, — потянул мальчуган его за руку.
Прислушивавшийся к их диалогу доктор довольно грубо подтолкнул мальчика:
— Иди, иди.
Малыш неохотно повиновался.
— А что с ними? — спросил Жан.
Но доктор, казалось, не слышал его, наблюдая за удаляющимся человечком. Потом всё же ответил:
— С ними уже всё в порядке, скоро их заберут родители.
— А я?
— С тобой тоже всё в порядке, — улыбнулся доктор. Он перевёл взгляд на пистолет, в руках Жана: — Неплохая игрушка, не правда ли? Почти как настоящий.
Тем же путём они вернулись назад, вновь никого не встретив в коридорах. Это обстоятельство немного удивило Жана. Создавалось впечатление, что народу здесь полно; проходя мимо дверей, слышал приглушённые голоса. «Почему они, как кроты, сидят в своих норах?» — подумал он.
В палате доктор сделал ему укол, объяснив это как успокоительное средство — в отличие от большинства сверстников, Жан доверял людям в белых халатах — и ушёл. Дверь за ним бесшумно задвинулась.
Оставшись в одиночестве, он встал с кресла, хотя доктор предупреждал, что делать этого не следует — лекарство могло подействовать в любую секунду — и подошёл к той части стены, которая отодвигалась, но никаких признаков двери не обнаружил. Несколько раз нажал на кнопку, затем подёргал за рычажки рядом, но ничего не происходило.