Дмитрий Золотухин - Песчинка в механизме

«Горцы страшны не сами по себе, — как-то отстраненно подумала Элис. — Где-то на Новом Техасе образованные, культурные люди готовятся бросить дикарей против русских, прибывших на Верную во „второй волне“ колонистов. И против древлян, не пожелавших оставаться дикарями. Быть может, транспорты с десантниками Альянса уже на подходе».

— Чо стоишь… — рявкнул Ратибор. — Пошла!

Они вошли в небольшой дворик перед каменным домом. На крыльцо вышла молодая девушка в белом древлянском платье (как там оно называется, сарафан, что ли?). Ее кожа настолько загорела, что казалась почти однотонной с золотыми волосами. Даже под длинной одеждой можно было видеть почти идеальные формы — не то, что у худышки Элис.

— Тебе подарок, Предслава, — Ратибор подал девушки серьги Элис. — Военная добыча.

Улыбнувшись, древлянка взяла сережки и вдела их себе в уши.

— А это, — моя пленница, — Ратибор приобнял Элис за плечи. — Она, конечно, худышка, — тут его ладони скользнули вниз и накрыли груди девушки, — но меня, пожалуй, сможет ублажить.

— Сволочь! — позабыв об осторожности, мисс Дрейк отвесила своему «господину» пощечину. Тот сбил ее с ног ударом кулака.

— Да я тебя…!

— Стой, — вмешалась Предслава. — Либо оставь ее в покое, либо я оставлю тебя. За насильника я не пойду!

— Она же пленница, — искренне удивился Ратибор. — Тебе ее жалко, что ли?

— Я уже сказала, что за насильника не пойду! Ты меня знаешь, если я говорю «нет», значит «нет».

Парень явно был в ярости, но ударить свою невесту таки не посмел.

— Ну, хорошо! — Тут он ухватил Элис за волосы, затащил в какой-то сарай, швырнул на солому, и вышел, закрыв дверь. — Но ты сегодня ляжешь со мной!

Ответ Предславы мисс Дрейк не расслышала. Уткнувшись лицом в мокрую солому, она разрыдалась.

7 августа 2772 г. Планета Верная-3, Горы Беловодье.

Скрипнула дверь. Элис с трудом оторвала голову от соломы и увидела на пороге белый силуэт.

— Предслава? — спросила Элис.

— Ну и запах, — проворчала древлянка.

— Если бы тебя заперли в сарай без еды, воды и туалета, ты бы пахла не лучше, — отрезала Элис, вставая.

— Ну, извини. На, попей, — Предслава подала Элис кувшин с узким горлом. — Можешь сходить вот туда — она указала на деревянную будочку у ограды, — и сделать свои дела. Но не пытайся сбежать. Ночами на улицу выпускают борр.

Выйдя на двор, Элис увидела, что местное солнце уже село, и над западными горами горит вечерняя заря. Это значило, что местный день (занимающий целые сутки) закончился, и уже наступило седьмое августа.

Сходив в сортир, Элис набрала воды из колодца в деревянное ведро и умылась. Подошедшая Предслава подала ей каравай, который мисс Дрейк быстро уничтожила.

Вздохнув, Элис осмотрелась. За воротами как раз стояла борра, похожая на крупную короткошерстную собаку. И от того, что на самом деле зверюга принадлежала к сумчатым, было не легче: разорвать безоружную девушку для нее было проще простого.

Элис подняла голову. Верная здесь стояла почти в зените, озаряя деревню серебристым светом — намного более ярким, чем лунный.

— Любуешься на свою родину? — спросила Предслава.

— О чем ты?

— Ведь вы, выжлоки, пришли со Злой Луны, — Предслава указала на серебристый полумесяц Верной. И, когда Элис удивленно посмотрела на нее, добавила: — Так говорят наши старцы.

— Да? А что еще говорят старцы?

— Ну, — Предслава присела на скамейку и медленно, даже напевно, начала рассказывать.

— В нашем Мире мы, древляне, живем искони, под рукой Перуна и Сварога. Потом со Злой Луны пришли вы, выжлоки. Вы принесли веру в бога Христа, делающую людей слабыми и беспомощными. Вы победили наше войско, сожгли Переславль и обратили равнинных древлян в вашу веру. Вы потопили в крови последнее восстание. Теперь только мы, горцы, боремся против вашей цивилизации.

«Интересно, — ехидно подумала протестантка Элис. — Как можно одновременно обвинять христиан в том, что они слабы и беспомощны, и в том, что они Крестовые походы устраивают? Вы бы определись, что ли».

Но вслух сказала другое.

— Красивая легенда. Одно плохо — ни слова правды в ней нет. Например, планета Верная, которую вы называете Злой Луной, — газовый гигант, не имеющий твердой поверхности. А мы сейчас стоим на ее спутнике — Верной-3.

— А? — простонала Предслава, тщетно пытаясь осмыслить эту космогонию.

— Но главное не это. Вы такие же чужаки на этой планете, как мы. Вы, как и мы, пришли на Верную-3 с Земли…

Предслава выслушала рассказ Элис, не перебивая. Но потом резко сказала: — Я не верю тебе.

— Твое дело, — мисс Дрейк пожала плечами и села на стоящую во дворе плаху. — А вот скажи мне, у древлян и пришельцев бывают общие дети?

— Конечно, — пожала плечами древлянка. — К примеру, Владимир Охотников, который нам помогает, — полукровка. Его отец был женат на выжлочке. Ну и что?

«И что? — мрачно подумала Элис. — Для меня это — несомненное доказательство земного происхожденья древлян. Но Предслава в университете не училась. Поэтому переводим разговор на другое».

— А вот интересно, повстанцы, которых вы призвали на Верную, что о себе рассказали?

— Откуда ты узнала? — поразилась древлянка.

— Радиомаяк, армейское оружие и «глушилки», чужак среди вас, — сухо ответила Элис. — Предслава, я ведь не дура.

— Они мало говорили о себе. Сказали только, что они из чужого мира и враждуют с выжлоками. А что ты знаешь о них? — на сей раз древлянка не пыталась скрыть интереса.

— Долгая история. Я прожила под властью мятежников почти пять лет, и могу сказать — их правители безжалостны даже к своим гражданам. А вы для них — никто. Все, что вождям повстанцев нужно от древлян — чтобы вы оттянули на себя сколько-то имперских сил. И гибель всего вашего племени их вполне устроит.

— Ну, хватит! — резко сказала Предслава. — Я терпела твои речи, но теперь довольно! Пора тебе… отдохнуть. Извини, номера в отеле тебе не приготовили.

Вернувшись в сарай, Элис стукнула кулаком по каменной стене. Ей не удалось убедить древлянку… пока. Но мисс Дрейк не отчаивалась.

8 августа 2772 г. Орбита планеты Верная-3.

Боевая тревога застала командора Дмитрия Кедрова в своей каюте. Пронзительный звук ревуна и мигающий желтый свет залили не столь уж большое пространство капитанской «жилой кубатуры». Поскольку тревога была «желтой», Дмитрий не стал облачаться в скафандр (это делалось лишь при «красной» тревоге), а, подхватив серебристый чемоданчик скафандра, поднялся в рубку.