Дэйв Волвертон - Выбор принцессы Лейи

— Что же ты собираешься делать? — спросила Лея.

— Поеду на Датомир, — ответил Хэн. Лея от удивления разинула рот.

— Это территория Цзинджа, — пробормотала она. — Это слишком опасно.

— Прежде чем отказаться от похода, я приказал «Неукротимому» пощекотать диктаторские блок-посты, расположенные вдали от планеты. Цзинджу придется укрепить посты. Таким образом его корабли будут оттянуты от Датомира, и я смогу незаметно туда проникнуть.

— Это нарушение инструкций! — громко сказала Лея.

Хэн отвернулся от самоцветов и, изобразив улыбку, глянул на принцессу:

— Знаю.

Лея нахмурилась. Когда Хэн впадал в такое упрямство, не имело смысла спорить. Соло вновь пожал плечами:

— Никто от этого не пострадает. Я приказал атаковать только беспилотные аппараты. Наши солдаты будут в безопасности… Знаешь, наверно, я слишком долго смотрел на эту планету по голоэкрану. Сегодня она мне снилась всю ночь: я бегал по берегу, мягкий ветер обдувал лицо, под ногами плескалась вода. Так хорошо! И, получив приказ, я сразу решил: еду туда.

— И что ты будешь там делать?

— Если понравится, может быть, останусь. Сколько времени я не ощущал под ногами песка! Вечность.

— Ты просто устал, — вздохнула Лея. — Не отказывайся от похода. Я дерну за нужные ниточки, тебе пойдут навстречу. Сможешь пару недель отдохнуть.

Хэн обернулся и взглянул принцессе прямо в лицо.

— Мы оба устали, — резко бросил Хэн. — Почему ты меня избегаешь, не приходишь ко мне?

— Не могу.

— Давай убежим. Через час меня на «Соколе» ждут Чуви и Трипио. Как знать, может быть, ты влюбишься в Датомир. Может быть, снова полюбишь меня?

Его голос звучал жалобно. Лея почувствовала себя виноватой. За последние дни она практически предала старого друга. Лея вспомнила день, когда Вейдер, заключив Хэна в карбонит, отправил его к Джаббе Хатту, вспомнила общую радость победы над Императором. Вот тогда она его сильно любила.

«Но это было давно», — сказала она себе.

— Слушай, Хэн, мы всегда были друзьями, — услышала она свой голос. — Я знаю, тебе тяжело.

— Значит, всего хорошего? — спросил Хэн. Он подошел к ночному столику и посмотрел на полированный металл Командного Ружья.

— Оно в самом деле работает? — спросил Хэн.

Лея, поняв, что он задумал, закричала:

— Не трогай!

Он щелкнул ружьем и повернулся так быстро, что Лея не успела опомниться. Хэн уже целился в нее.

— Ты не сделаешь этого! — закричала Лея, подняв руку, словно это могло ее защитить.

— Я думал, ты любишь бродяг, — проговорил Хэн.

Из ружья вырвался голубой искристый туман, принеся забвение и ночь.

— Ты уверен, что именно генерал Соло похитил принцессу? — спросила королева-мать.

Хотя она говорила по голосвязи и лицо ее скрывала вуаль, принц Изольдер не смел прямо смотреть на королеву.

— Да, Та'а Чьюм, — ответил он. — Подключенный к сети летающий глаз в прихожей заснял, как принцесса выходит из комнаты с генералом. Она шла точно во сне. У Соло в руках было Командное Ружье.

— Что ты намерен предпринять для розыска принцессы?

Изольдер ощутил на себе тяжесть королевского взгляда. Мать прощупывала его. На Хэйпе обладающие властью женщины любили говорить о «мужской бестолковости», неспособности мужчин хоть что-то сделать как следует.

— Новая Республика собрала тысячу лучших сыщиков, чтобы выследить Хэна Соло. Астарта каждый час докладывает мне о состоянии дел. Кроме того, мы объявили награду охотникам-добровольцам.

Та'а Чьюм тихо, но угрожающе проговорила:

— Посмотри мне в глаза!

Изольдер взглянул на нее, стараясь держать себя в руках. На голове матери был золотой ободок, с которого на лицо спадала желтая, тонкая вуаль. Огни за ее спиной так освещали золото, что казалось, вокруг королевы распространяется аура. Изольдер смотрел в сверлящие его темные глаза за вуалью.

— Генерал Соло — отчаянный человек, — сказала королева-мать. — Я знаю, о чем ты думаешь: ты хочешь сам спасти принцессу Лею из его лап. Но надо помнить о долге перед своим народом. Ты чьюмеда. Твои жена и дочь когда-нибудь будут царствовать. Подвергая себя опасности, ты предаешь свой народ. Генерала Соло ты должен оставить нашим ликвидаторам. Обещай!

Изольдер твердо посмотрел матери в лицо, стараясь скрыть свои намерения, но тщетно: мать слишком хорошо его знала. Она всех знала слишком хорошо.

— Я выслежу генерала Соло, — сказал Изольдер. — И верну свою невесту.

Он ожидал, что мать взорвется, что сейчас на него раскаленной лавой выплеснется весь ее гнев. Он чувствовал его в последовавшей тишине, но Та'а Чьюм была не из тех, кто внешне проявляет эмоции. Спокойно, с легким придыханием в голосе она промолвила:

— Ты, кажется, не слушаешь. В твоем стремлении к безрассудному геройству нет доблести. Я бы излечила тебя от этого, если бы смогла. — Она помолчала. Изольдер ждал, какое наказание ему уготовано. — Увы, ты слишком похож на своего отца. Генерал Соло, вероятно, будет искать убежища у какого-нибудь диктатора, который сможет противостоять Новой Республике. Я соберу ликвидаторов и пошлю флот к Корусканту. Если я разыщу Соло раньше тебя, я убью его.

Изольдер позволил себе опустить глаза. Он очень надеялся, что теперь, когда Лея похищена, мать откажется от своей затеи, останется в стороне. Но надежды были тщетны: Соло похитил ее преемницу. Долг чести требовал предпринять все возможное и разыскать принцессу.

— Я понимаю ваше недовольство, — проговорил он. — Когда я был ребенком, вы часто говорили: «Сила Хэйпа в силе его правительницы». Я часто вспоминал эти слова, и они запали мне в душу.

Экран связи погас. Изольдер задумался. Ему было даже жаль Хэна. Генерал Соло не представлял, какие средства привлечет королева-мать, чтобы с ним расправиться.

Капрал Ризен семь лет исполнял свои обязанности, оставаясь в тени, не вызывая похвал, не привлекая к себе внимания. Любое упоминание о собственной персоне — лишнее, так принято считать в военной разведке. Годы пресмыкаешься и раболепствуешь в надежде, что подвернется какая-нибудь ценная информация.

Вот почему он решил послать рапорт лично диктатору Цзинджу, подписанный только своим именем, через голову всех начальников. Это было справедливо, ведь он единственный, кто заметил — в течение девяти дней три вспышки активности на дальних постах. Несомненно, это — маневр, рассчитанный отвлечь флот Цзинджа. Очевидно, Новая Республика планирует наступление, и предполагается пробить в обороне брешь, достаточную для прорыва флота. Флота, а не одиночного корабля-шпиона. Кто-то тратит большие средства, обеспечивая большой безопасный коридор.