Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

— Сиди здесь, — шепнул он ткани, как живому существу. — Не шурши и не светись.

Ветер со стороны реки пробежался по крыше, словно пьяный по квартире в три часа ночи, но купол уже надёжно спрятан. Ничего не сдуло, ничто не заколыхалось на фоне ночного неба. Ни один случайный прохожий снизу не увидит «что- то странное чёрное на крыше отеля» и не побежит стучать в местную управу.

Дальше всё должно было идти по плану. То есть тихо, аккуратно, без шума и пыли. Но как показала практика, мир Нингол относился к планам Ардора откровенно наплевательски и уничижительно, как агрессор к государственным границам.

Он аккуратно прокрался к техническому люку, провернул внутри его отмычкой, замок тихо щёлкнул, признавая в нём профессионала и по служебной лестнице начал спускаться внутрь здания, рассчитывая просочится в коридор где-нибудь на «служебном» девятом этаже, там, где по разведданным, располагался временный штаб сотрудников разведки Гиллара. Отличное место, чтобы перехватить пару бумажек и по-английски, не прощаясь, кануть в ночи.

Ситуация пошла не туда практически сразу.

Ступенька, покрытая резиной, скрипнув поскользнулась под сапогом, как будто кто-то заранее смазал её мылом. Нога ушла вниз на полступени дальше чем надо, колено гулко ударило в ограждение, тело крутануло вперёд. Инстинкт и опыт сработали одновременно. Он вцепился в перила, повис, но рука соскользнула с металлической трубы по толстому слою пыли, поверх которого кто-то вместо тряпки использовал масляную ветошь.

Ардор впечатался плечом в стену, издав звук, подозрительно напоминающий глухой удар тела об бетон. Для хорошего ночного налёта, уже перебор и где-то ниже, по лестничному пролёту, раздалось ленивое.

— Э? Кто там, бля?

Голос был уставший и раздражённый — идеальное настроение ночного дежурного, поставленного в глухой заднице, пообещав оторвать голову если заснёт и только что выдрали из состояния полудрёмы.

Граф выругался про себя, перепрыгнул через остаток пролёта, спружинил на площадке и оказался перед самым носом у первого «принимающего».

Тот оказался не таким уж сонным. В левой руке — недопитая кружка с местным аналогом кофе (по запаху — напоминающему горячий асфальт), в другой уже готовый к бою короткий метатель. Форма — без знаков различия, но взгляд и стойка выдавали человека, привыкшего стрелять по людям, а не по мишеням. Они ничтожную долю секунды уставились друг на друга, как два кота на одной крыше, только один из котов вот-вот собирался заорать.

Первым, разумеется, рванулся завывать противник, одновременно поднимая оружие.

— Тре… — он не успел договорить «тревога».

Нож, в руке Ардора, вошёл ему в горло чуть ниже кадыка, со звуком, напоминающим одновременно захлёбывающийся чайник и проклятие на трёх языках. Кружка полетела в сторону, обдав стену чёрной жижей, метатель, к счастью, тоже вывалился в сторону, не дернув спуск, но шумно клацнув металлом.

Тело, Дёрнувшись назад, рухнуло на ступени и, по всем законам жанра, громко покатилось по ступеням, уйдя на пролёт ниже.

— Та твою ж… — сквозь зубы прошипел еле слышно Ардор прыгнув следом. — Без тебя бы никто и не узнал, что я пришёл.

Эхо лестничной шахты радостно подхватило стук и утащило его вниз, размножая на каждой стене. И уже через секунду снизу отчётливо донёсся другой голос, ощутимо более бодрый.

— Это что там у вас за фейерверк?

— Боцман с лестницы ёбнулся! — отозвался кто-то, явно не первый день служащий в этом здании.

— А хрена ли он вообще тут делает? — вступил третий голос, хриплый и недовольный. — Опять этот алкаш на автопилоте…

Ардор подхватил труп, и закатил его за угол образованный силовой балкой и обрамлением шахты, прислонив так, чтобы тело заклинило в стоячем положении.

«Если повезёт, — подумал Ардор, — у них сейчас внутренний разбор, и до меня им не будет дела секунд десять. Целая вечность».

Повезло, разумеется, не до конца.

Именно в этот момент сверху — откуда, по идее, никто не должен был прийти — раздался быстрый топот, и над головой барона разверзлась решётка противопожарного люка. С характерным звоном вниз на площадку рухнул пожарный шланг, а следом за ним, матерясь от души, соскочил из люка бравый представитель техперсонала.

То ли судьба, то ли чьё‑то идиотское чувство юмора решили, что одного трупа на одной лестнице мало.

— Я ж говорил, не кладите вы, суки, сюда рукав! — заорал он, не успев сообразить, что на площадке уже стоит кто‑то лишний. — Каждый раз, как лесенку тряханёт, катушка вываливается… — и только тут он увидел Ардора, стоящего боком с ножом в руке и трупом под ногами.

Пауза повисла странная. Оба они на долю секунды оценивали друг друга. В глазах технаря промелькнуло честное: «Я этого не заказывал». В глазах Ардора: «Не е-ёт, уплочено».

Первым двигаться начал егерь. Рефлекс работал быстрее мыслей. Короткий шаг вперёд, точно выверенный удар рукоятью ножа в висок — без смерти, но с обрубленным сознанием и техник рухнул, мягко грохнувшись на шланг, как специально постеленный мат.

Снизу, тем временем, «дискуссия о судьбе боцмана» явно подходила к опасной фазе:

— Ты его проверь, а? — крикнул один. — А то если опять сознание потерял — начальство орёт, чё вы его наверх одну тушу таскаете.

— Да он там уже, наверху, с чёртом играет в кости, — отозвался второй. — Щас я поднимусь, гляну.

Шаги пошли вверх.

«А вот теперь — точно всё не так», — констатировал Ардор.

Уходить тихо вниз — означало ввалиться прямо в поднимающийся патруль. Уходить вверх — обратно на крышу, где, скорее всего, уже небо внимательно мониторят не только звёзды. Вариант «притвориться трупом» он отбросил сразу: размерами и выражением лица не годился.

Оставался третий путь — через ближайшую дверь на площадке, к счастью, не бронированная, а так