Игорь Чужин - Странник. Переступи через беду и отчаянье

Я не могу бросить Катю на произвол судьбы и без средств к существованию, тем

более что эти деньги мне больше не понадобятся.

4. Переоформить на Катю Лексус.

5. Необходимо обставить свое исчезновение так, чтобы меня считали уехавшим за

границу.

Правоохранительным органам известно, что у меня проблемы с головой и данный факт

не должен вызвать особых подозрений

6. Максимально отвести от Кати подозрения в моем исчезновении, чтобы она не

пострадала.

Это до нищего Игоря Столярова никому дела не было, а за три лимона евро Катю

затаскают по судам, а если не посадят, то начнут выбивать из нее деньги силой.

7. Перенос должен быть произойти с того же самого места, что и в первый раз.

В противном случае может унести к черту на рога и выбирайся потом полгода из

какой-нибудь дыры.

- Игорь ты живой? - окликнула меня племянница через дверь ванны.

- Со мной все в порядке! Включи мой ноутбук и набери в поисковике слова - 'циркониевый

браслет', - откликнулся я и начал вытираться.

Подготовка к переносу продолжалась почти две недели. Дел было невпроворот, а

времени хронически не хватало и Игорь Столяров начал делать ошибки. Дошло до

того, что я только чудом успел заземлиться за металлические перила лестницы, и

сбросить излишки энергии, когда меня начало бить током уже на лестничной

площадке. В противном случае перенос мог произойти прямо в подъезде дома. После

этого случая я решил сбрасывать энергию не только ночью, но и устраивать тихий

час днем.

Много времени и нервов стоил мне перевод денег на счета племянницы, после

которого она стала богатой невестой. Закончив с финансами, я вплотную занялся

съемной квартирой, которая являлась частью плана прикрытия моего исчезновения.

Хозяином жилья являлся гражданин Азаров Виктор Яковлевич, который трудился

доцентом в педагогическом вузе и питал слабость к молоденьким сексуально

озабоченным студенткам, на которых после сексуальных утех был вынужден жениться.

В результате этого обстоятельства он выплачивал алименты трем бывшим женам на

четверых детей. Любвеобильный доцент был очень стеснен в средствах, и это

вынуждало его сдавать двухкомнатную квартиру в центре, а самого ютиться в

однушке в Бибирево. Павел Петрович намеревался продлить выгодный для себя

договор аренды и даже предложил мне небольшую скидку, но я оказался, гордо

заявив, что городская суета противоречит моим духовным принципам. Возвращая

ключи, я рассказал, что уезжаю за границу и собираюсь там поселиться в глуши.

Павел Петрович из вежливости спросил меня об этих принципах, и я вылил на его

голову поток религиозной ахинеи о просветленном сознании и достижении нирваны.

Окончательно добила моего собеседника лекция о том, что для этой цели лучше

всего подходят перуанские Анды. После этой эскапады Павел Петрович решил, что у

его жильца окончательно съехала крыша, и выпроводил меня из квартиры.

Такой же спектакль я устроил в банке, когда переводил деньги на Катю и в клубе 'Звездный',

где закрывал свой абонемент. После беготни по городу и стояния в бесконечных

московских пробках, голова гудела как растревоженный улей, а от общения с

чиновниками буквально тошнило. Если бы не племянница, то я кого-нибудь из этих

уродов обязательно прибил!

Катя добросовестно помогла мне в решении многих проблем, с которыми без ее

помощи, я просто не справился. Основная беготня по чиновничьим кабинетам

свалилась именно на плечи племянницы, плюс все бытовые дела по дому. Я же в

основном ставил последнюю точку в Катиной работе, подписывал документы и давал

взятки, когда этого требовала обстановка.

К концу первой недели мне начала звонить Лена, но я решил не отвечать на ее

звонки, а затем заменил симку в телефоне. Я не хотел втягиваться в новые

разборки с женщиной, которую невольно обидел, к тому же не имея возможности ей

помочь.

За трое суток до назначенного дня перехода, я понял, что ничего больше не

успеваю сделать, а поэтому объявил, подготовку законченной и устроил себе

выходные. Мне необходимо было отдохнуть и залечить мелкие болячки, до которых

раньше не доходили руки.

Все на этом свете когда-то кончается и насупил день, когда я должен был уйти из

этого мира. Фраза получилась двусмысленная, но я реально мог погибнуть, вместо

того чтобы вернуться на Геон.

Как я не пытался все предусмотреть, но постоянно вылезали какие-нибудь косяки, и

проблемам не было конца. Однако больше тянуть время стало невозможно, и перенос

был назначен на 17 сентября. В два часа пополудни я заехал за Катей в институт,

и мы поехали в Болшево. Племянница уговорила меня разрешить ей присутствовать

при переносе, о котором я ей много рассказывал. Правильным решением было бы не

тащить с собой Катю, но у меня имелся к племяннице шкурный интерес. Добираться

до места переноса на такси мне не хотелось, ну привык я к своей машине и ее

комфорту. Лексус теперь принадлежал Кате, и когда все закончится, она должна

была уехать на нем домой. К тому же существовала большая вероятность, что при

переносе что-то пойдет не так, в результате чего я получу травмы и окажусь в

беспомощном состоянии. Присутствие Кати являлась страховкой как раз на этот

случай.

Погода в этот осенний день стояла солнечная, хотя еще вчера вечером моросил

противный холодный дождь. До заброшенной автобусной остановки, откуда произошел

первый перенос на Геон, мы добрались без происшествий и стали ждать, когда моя

аура наберет достаточно энергии для запуска процедуры перехода. Чтобы не терять

времени даром я решил в последний раз проинструктировать Катю, чтобы она не

наделала глупостей, когда я уйду или погибну. Племянница внимательно слушала и

изредка задавала вопросы.

Накопление энергии продолжалось почти два часа, пока мне не стало понятно, что

ее достаточно для запуска процесса перехода. Простившись с племянницей, я

направился к опоре линии электропередач, чтобы находиться как можно ближе к

мощному источнику электричества. Отойдя от остановки на полсотни шагов, я закрыл

глаза и погрузился в транс, морально готовясь к возможной смерти. Энергия