Андрей Крыжевский - Эвотон: 180

– Пшемислав! – прикрикнул Майкл и, так и не дождавшись реакции поляка, повернул к нему голову. – Взгляни на цвет крови…

Ответственный Поколения испытал уже потихоньку входящий в привычку шок: кровь на теле жертвы, ветках кахо и поверхностях помещения имела… красный цвет! Цвет, значение которого для окружающих затмилось на фоне неопровержимой и ложной идентификации убитого в качестве абсидеума.

– Землянин?! – послышалось от сотрудника лунной колонии, находящегося за спинами Ответственных.

– Нет! – твёрдо проговорил Пшемислав, завершив кратковременный сеанс связи с информационным полем и открыв глаза. – В земном поле его нет! Он – не из наших… Патриец, я думаю…

– Может, лишь наполовину… – предположил Али, впечатлительность которого не позволяла своему хозяину поднять глаза в направлении покачивающегося тела, до сих пор истекающего кровью. И не голубой кровью, а красной!..

– Если Али прав, тогда убийца…

– Может сейчас успешно строить предположения среди нас, – охотно перехватил инициативу Добренко, эффектно погрузив присутствующих в мир тотального недоверия. Только что выдвинутая версия напряжённым пульсом в голове каждого возбуждала воображение, которое наполняло красками кровавые картины с участием остальных собравшихся в помещении. Обстановка накалялась, обеспечив безоговорочную власть тишине и молчанию.

Мгновение спустя случилось то, что заставило большинство потенциальных убийц направить взгляд на Майкла, который внезапно решил покинуть пределы помещения без объяснения причин. Его лицо, преимущественно излучающее лёгкость и безоблачный оптимизм, железными цепями довлеющей агрессии сковывал мрак мести! Разъярённые глаза, погрузившиеся в едва уловимое красное пламя, сверлили единственную уцелевшую часть тела убитого – лоб, который не отличался чем-то особенным.

Выходя из кабинета, он решительно бросил фразу:

– Я покончу с ублюдком! – в каждом произнесённом им звуке чувствовались взлелеянная долгими часами приторная решительность и только что обнаруженная тревожная безвыходность.

Внезапно внимание Пшемислава привлекло какое-то странное обстоятельство, замеченное им сквозь прозрачную внешнюю поверхность здания. Серьёзность ситуации красноречиво проявилась в немедленной реакции поляка, который со всех ног поспешил к прозрачной стенке. За ним тихо последовал Добренко, стараясь не отвлечь своими шагами коллегу. Между тем Ответственный второй Формации скрупулёзно всматривался в скучные лунные возвышенности, залитые солнечным светом. От испытываемых переживаний парень испуганно вздрогнул, когда украинец доверительно положил ему ладонь на плечо.

– Там! – он нерешительно, с опаской, словно осознавая, что за его действиями наблюдают извне, поднял указательный палец в направлении одной из горок. – Я отчётливо заметил чей-то силуэт…

– Я предлагаю разведку местности, – поляк не испытал облегчения от услышанного, потому что молниеносно догадался, что Добренко отнёсся к его подозрениям со всей полнотой серьёзности. Может, и украинец заметил… уверенно стоящего на широко расставленных ногах мужчину в сплошной пустынности лунного пейзажа, голова которого поворачивалась в направлении здания лунной колонии, в направлении их помещения… С такого расстояния!.. Наиболее жутким испытанием являлась пробирающая до костей дрожь, исходящая от возможности прямого взгляда, который провоцирует стремление эмоциональных потоков в мгновение вспахать кожу тысячами мурашек!

– Кто бы там ни находился… – начал Добренко, не теряющий даром времени и уже отдающий через Помощника распоряжение о подготовке двух Этонов для контрольного полёта над подозрительными участками лунной поверхности.

– Вархунд! – послышался разоблачающий и дерзкий крик одного из сотрудников колонии.

Ответственные молниеносно развернулись, приготовившись достойно встретить мерзавца! Украинец без промедления схватился точными движениями за плазменный шок, а поляк бескомпромиссно воспламенил глаза эвотонированием! Но перед ними находился аравиец, заколдованно вглядывающийся в лоб несчастной жертвы. Пшемислава осенило…

Мир погрузился в краски температурных цветов тепловизора! И тогда на лбу ядовито запылало слово, вытягивающее из наиболее недоступных глубин Вселенной ужасающий страх, который разливается в пространстве лишь глухими стонами душ! Убитый пронзительно выкрикивал имя!.. Имя, которое снова полушёпотом повторил Али…

Всё произошло мгновенно… Фидуций схватил нетронутый алмоний с прозрачной полки ладонью правой руки. Ею же – ударил в челюсть израильтянина, чтобы воспользоваться кратковременной паузой. Проведя по ладони землянина сжатым в другой руке ножом, патриец уверенно положил на уже окровавленный порез зелёный плод, зажав его в чужой кисти с помощью пальцев, которые только что выпустили на пол рукоять кухонного прибора! Фантастическая реакция и согласованность действий… «Именно поэтому патрийцы с лёгкостью совершают пространственное перемещение…» – подумала Юва.

Супруга израильтянина закричала и бросилась на бывшего главу Консилиума. Но остановилась, как только тот выпустил нож… В тот же миг Фидуций, предварительно швырнув алмоний в сторону, без лишних движений прикоснулся… Виртуальный мир патрийца распахнул свои врата для гостей.

Спустя мгновение жилище осветилось мощными лучами нескольких прожекторов. Через несколько секунд в отверстии показался высокий патриец, который произнёс:

– Здравствуй, Фидуций!

Хозяин деловито и молча размешивал кашу с расплавившимися примесями специй, алмония.

– Вижу, ты не рад моему появлению…

– Их нет…

– Но поле не ошибается, Фидуций, – заметил патриец, лицо которого сохраняло нейтральное выражение.

– Да, мой приятель… – хозяин повернулся к своему непрошеному гостю. – Юва и… – Фидуций запнулся, теряя так бережно хранимый им до этого момента эмоциональный запал, – землянин убрались из моего дома.

– Но вот Помощник мне настойчиво показывает наличие земных эвотонов в твоей квартире… Как же нам быть?.. – язвительность, до сих пор проявляющаяся в словах гостя, уже не находила своего иного внешнего проявления.

Покрывшийся солидной испариной бывший глава Консилиума взял алмоний со стола и швырнул с неприязнью в представителя своей цивилизации со словами:

– Эвотоны представителя S24.

– Может, ты хотел сказать: Земли?.. Алона?.. – поймав плод и положив неподалёку, ответствовал патриец. – Я не испытываю к землянину отвращения или неприязни. Но мы теперь действуем, как в старые времена, до земного столкновения с абсидеумами. Страж – Злата, я, ты, любой иной представитель нашей цивилизации. С помощью Принципов мы оба понимаем, что поимка и депортация на… Землю, – наигранно произнёс собеседник, – находящегося здесь Алона является правильным решением.