Олег Маркелов - Токсимерский оскал

— Это наша национальная борьба. Ей много поколений. Она почти столь же древняя, как и народ улюков, населяющий Илакию, — девушка примирительно улыбнулась.

— Очень занимательный вид борьбы. — Токе сейчас не был искренен, и старец в отличие от девушки почувствовал в его словах фальшь.

— Не желает ли наш гость немного размять кости? — Старик жестом руки приглашал принять участие в тренировке.

— Нет, спасибо, я не знаю правил и лучше посмотрю. — Токе вообразил себя борющимся с ветхим и легким старцем и судорожно начал придумывать оправдания отказу.

— Это не страшно. Это же боевое искусство. А для боя нет правил. — Старый улюк добро улыбался. — Попробуй и ты, возможно, откроешь для себя что-то новое.

— Я немного иначе представляю себе бой. Не думаю, что мне стоит… — Токе замолк, натолкнувшись на насмешливый взгляд юной улючки. — Что?..

— Ничего. — Она весело огляделась по сторонам. — Похоже, ты просто боишься, что не сможешь быть самим собой без секиры или меча.

— Не говори так, девочка! — Старик посерьезнел. — Настоящий воин не бывает лишь с мечом. Воин — это понимание себя таковым, это сила духа и доблести. А он настоящий воин, которому неведом страх и сомнения в своих силах. Мы все убедились в этом, и иных подтверждений не нужно. Извинись.

— Прости, мне просто очень хочется, чтобы ты попробовал. — Девушка стала похожа на маленькую нашкодившую девчонку.

— Хорошо. — Токе понял, что это игра, а игру нельзя воспринимать слишком серьезно, так же как и нельзя бояться показаться в игре смешным. — Я попробую.

Уже выходя на свободный участок палубы, туда, где ждал его старец, токе вновь почувствовал себя глупо. Он смотрел сверху вниз на этого высушенного временем старика, ощущал тяжесть и мощь своих налитых дикой силой мускулов и не мог даже представить, как будет сейчас бороться. Остановившись и чувствуя на себе взгляды всей команды, а главное, юной улючки, он не мог заставить себя начать действовать.

— Не волнуйся, я не рассыплюсь. — Старик все так же спокойно и добро улыбался. — Просто нападай, как ты это делал в портовой таверне.

Решившись, токе шагнул вперед, выбрасывая кулак. Он не бил, а лишь имитировал, откровенно давая старому улюку шанс. Старец не предпринял никаких действий, лишь посторонился от руки токса.

— Если ты не приложишь силу, я тоже не смогу ничего сделать, — покачал улюк головой. — Наши предки создавали эту систему для противодействия нападающим. Противодействия адекватного. Но если ты не будешь действительно нападать, самым логичным будет и не защищаться.

Токе еще раз окинул взглядом притихшую в ожидании команду, покосился на расслабленно стоящего с мудрой улыбкой старца и вперил свой взор в юную улючку. Она все так же усмехалась, не озвучивая своей насмешки. Но шкодливые искорки в ее глазах говорили лучше всяких слов. И тогда токе ударил. Он не начал бой, превращаясь в хищного зверя, но ударил почти по-настоящему, сознавая, что если старик не успеет, то травм ему не избежать. Но старик успел. Токе изумленно почувствовал, как проваливается в тягучее движение старца, увлекаемый его мягким, но плотным захватом. Его собственный удар, неуловимо скорректированный улюком, потащил своей энергией и само тело, не найдя точки приложения. Направление движения изменилось, позволяя силе тяжести взять верх, и огромный токе, беспомощно мотнув ногами в воздухе, всем своим весом грохнулся о палубный настил. Пару мгновений он позволил себе поваляться, глядя в ясное небо с легкими клочками редких облачков и пытаясь понять череду с ним произошедшего. Затем легко, словно сам был слеплен из клочков облака, взлетел на ноги и принял стойку, уже близкую к боевой. Вокруг все молчали, зачарованно наблюдая. Даже насмешка в глазах девушки сменилась детским восторгом от интересной игры. Во второй раз токе ударил коротко, не готовясь и не выдавая цели ни взглядом, ни жестом. Старый улюк, словно бесплотный дух, бросился навстречу удару, за миг уходя в сторону и дальше, почти за спину токсу. При этом он вновь поймал кисть нападающего в мягкие тиски своих ладоней, закручиваясь при этом всем телом по направлению удара. И хотя огромный воин крепко стоял на ногах, он вновь потерял равновесие. Только на этот раз почти побежал вокруг старца, пытаясь найти точку опоры и остановиться. Старик, будто в танце, сделал пару мелких шажков, уклоняясь от токса и уводя, разворачивая его за собой. Длинное и плавное завершающее движение заставило токса спланировать на палубу и гулко приложиться грудью к доскам. Теперь начищенные доски палубы были перед самыми его глазами. Он, больше не разлеживаясь, вновь вскочил на ноги. Однако теперь уже в его движениях проснулся тот страшный зверь, что владел воином в горячке боя. Старик поднял руки, все так же улыбаясь и глядя токсу в глаза.

— Прости, друг, но теперь уже я не смогу продолжать. — Он уважительно поклонился одной головой. — Ты проснулся и готов к бою. Я же к бою не готов. Я лишь старый учитель, но не воин.

— Не готов? — Токе удивленно вскинул брови. — Мне показалось…

— Нет. Уже второй раз мне было тяжело. — Улюк приблизился к гиганту и положил на его бугрящиеся мускулами плечи свои высохшие ладони. — Я не рассчитал своих сил и с трудом справился. А ты, я чувствую, только сейчас приготовился действовать в полную силу. Мы разные. Я человек, который рассказывает, как охотиться на диких зверей, но никогда не покидает класса. Ты охотник, легко справляющийся с ними без науки, ни разу не побывавший на уроке. Тебя научила жизнь и война. Прости нас за это неуважение к твоим возможностям.

— Полно. Какое неуважение. — Токе осторожно положил одну руку на худое плечо старца. — Я и вправду открыл для себя новое. Новое и непонятное. И я прошу тебя, уважаемый, обучить меня своему искусству. Если, конечно, принципы твои разрешают это сделать.

— Я с удовольствием попробую сделать это. Тем более что лучшего ученика было бы сложно желать. — Старик жестом подозвал девушку. — Мы оба постараемся научить тебя этому искусству, насколько это позволит малое время, коим мы владеем. Я уверен, что, опираясь на твой опыт и силу, система единоборства наших предков засверкает новыми гранями. А теперь, мне кажется, настало время хотя бы назвать друг другу свои имена.

— Да, уважаемый. — Токе видел, что насмешка в глазах девушки сменилась восхищенным удивлением, и не мог понять, чем он его заслужил. — Меня зовут Саган. Я рожден в Токсимере, и вся жизнь моя прошла под его славными знаменами.

— Я много слышал об этом великом и гордом государстве токсов, государстве, которое выстроилось на тех же землях, где народ токсов родился на свет.