Олег Кукса - Камикадзе на прогулке

Никак до них руки не дойдут.

Темный, почти черный цвет я выбрала потому, что с цветом волос мне ничего поделать не удастся, а красить волосы — целая морока. Да и не было у меня сейчас краски для волос: пострадать от Черной Лихорадки — этого я не предусмотрела. Во время душа я, кстати, провела еще один обряд очищения и привела кожу почти к естественному ее оттенку. Надеюсь, на черном она будет выглядеть посветлее, контрастнее.

Теперь макияж. Затем, глядя в зеркало, я попробовала пару стильных причесок. Не знаю, кто из моих вивисекторов-гроллов придумал этот трюк и вмонтировал в мои гены, но волосы у меня, когда я расчесывалась, могли принимать тот вид, который был мне нужен. Я могла носить сложнейшие, сногсшибательные прически без риска их испортить резким движением головы. Из-за этого многие светские дамы и сеньориты Лос Анжелеса мне жутко завидовали и все время просили познакомить их с моим парикмахером. И обижались, не веря, когда я говорила правду — мол, делаю прически сама. Ну где я нашла бы здесь парикмахера!? На главной военной базе юга Корто?

В итоге я немного выпрямила волосы, остановившись на прическе с двойной волной из локонов. Получилось очень даже ничего — это была, пожалуй, одна из немногих во мне переделок, которой я оказалась вполне довольна — так я могла носить прелестную и сложную прическу почти без заколок не боясь, что она растреплется. И, главное, маскироваться во время наших разведывательных и карательных рейдов на территорию врага. Очень помогает, знаете ли. У меня был запас из нескольких самых любимых причесок, но сегодня я хотела попробовать из-за моих черных волос что-то новое, словно специально изменила имидж, покрасив волосы.

Из шкатулки с драгоценностями выбрала брошку с драгоценными камнями, два изящных браслета и подарок на мой день рождения — колье с бриллиантами, которое мне удавалось надевать так редко. Хм, может действительно стоит взять драгоценности с собой в Лос Анжелес? Но там у меня, в моем особнячке, была шкатулка побольше этой.

Серьги я не признавала принципиально — прокалывать уши или еще что-нибудь ради того, чтобы выглядеть поизящнее — нет уж, увольте.

Я задумчиво посмотрела на шкафчик-сейф с оружием. Времени все же хватило бы, чтобы незаметно спрятать в платье парочку так любимых мною метательных ножей или пистолет. Но, я же не в незнакомом городе — Фернандо и Пабло Каррера держали поселение в строгом порядке. Бандиты сюда свой нос совать побаивались. Хорошо вооруженный и снабженный энергосимбионтами отряд ветеранов войны с Рейдерами — это фатально, с какой стороны не посмотри. Пора, Светочка, тебе отвыкать по поводу и без повода таскать на себе оружие.

Ладно, оружие долой. Хватит пары метательных ножей в сумочке…

Это платье, на мой взгляд, имело слишком глубокий вырез спереди и сзади, но, по мнению моей подруги, очень известного модельера, Амалии Флорес, выглядела я в нем очень шикарно. Я благодарила Бога за то, что ее домик оказался так близко к жилищу Луизы Райс и моей квартирке в Лос Анжелесе, и мы познакомились на дне рождения Луизы. Не то, чтобы Амалия не была известна в определенных кругах. Очень даже изветна! Но в моем ураганном ритме жизни мне было не до разглядывания глянцевых журналов мод, понимаете ли.

По мнению Амалии, моя изменившаяся в последние два года фигура требовала большей открытости. Так что я полностью доверилась ее мнению. По крайней мере, она согласилась по моей просьбе немного уменьшить разрезы в платье по бокам, хотя и была опечалена тем, что я собираюсь прятать такие красивенькие бедра. Ноги как ноги — чего на них смотреть? Другое дело, я была полностью согласна с тем, что длина юбки должна быть как можно короче — выше колен. Если я не могу бегать в платье, это значит, что такое платье я не надену. Я всегда должна быть готова к бою. Неудобная, сковывающая движения одежда — не для меня.

Последний раз посмотрим в зеркало.

Ткань приятно блестела и переливалась оттенками. В общем, очень даже ничего — сойдет. Вот только сережки, надо признать, были бы не лишними. Ну да ладно, обойдемся и без них.

Меня еще смущал немного вид спереди. Слишком сексуально. В некоторых местах немного более полупрозначно, чем мне хотелось бы — все, конечно, не рассмотришь, но простор для фантазий есть. Но я знала, что такие платья следует носить уверенно, с гордо поднятой головой.

Доверимся мнению модельера.

Тем более, я хотела на Дэниела произвести впечатление — а то он видел меня не в самом лучшем свете. Старый, исцарапанный, обожженный в боях комплект молекулярно уплотненной немецкой брони, сделанный на заказ, выглядит, знаете ли, не очень изящно. Да и имеет дурно пахнущий, застарелый запашок. Не для того броня служит, чтобы производить впечатление на молодых, красивых мужчин, которые нравятся молодым девушкам.

Время! Господа офицеры — на выход.

Подробнее 2ур. 97

Перед тем, как уходить, я глянула на медицинские карты двенадцати пациентов, прибывших с торговым караваном из Нового Веймара в надежде на внеплановую операцию в моей операционной. Та-ак, ранняя стадия рака легких и три оторванные в Мясорубках ноги — в общем, мелочи жизни, несмотря на осложнения, за которые не взялась ломать голову медицинская бригада Нового Веймара. У них был переносной гролловский комплекс, купленный еще до начала Семилетней Войны, и они не решались оперировать тех, кто, попав в беду, добирался в госпиталь Нового Веймара спустя пять-шесть дней, а не сразу же. Тем более за синтез коленного сустава они не брались. Таковы уж немецкие врачи. Не уверены в успехе операции — не берутся за нее. А сплавляют все на север, мне, дуре, со своими торговыми караванами, идущими в Лос Анжелес.

И как всегда, без предупреждения — в надежде на быструю внеплановую операцию.

Не то, чтобы я была против таких незапланированных операций. Но только, если у меня было хоть два-три часа свободного времени. Поверьте, к сложной операции нельзя подходить наспех — тут нужна полная концентрация. Нельзя отвлекаться ни на что постороннее.

А сейчас… Мыслями я уже настраивалась на предстоящий бой. Да и была сейчас еще далеко не в оптимальной форме — все же сказывалась усталость после тяжеленного марафона на Перевале Смерти и сражения с Джатуром из Семьи Джемира сегодня утром. Да и, если хорошенько подумать, свою долю синтез-операций я сегодня уже выполнила, подлечивая горе-работорговцев.

Нет, сегодня ни за что серьезное я браться не буду — сил не хватит. Нужно хорошо отдохнуть перед боем. Сначала немного востановлюсь — а там уж посмотрим, останется ли время. Может, и успею вылечить пять-шесть пациентов перед тем, как мы отправимся выбивать бубну Рейдерам, захватившим форт.