Александр Абердин - Русский бунт - 2030

За всю историю Ледарии в этом мире действительно не было даже малых войн, не говоря уже о крупных. Не было на ней никогда и рабства. Управляемая мудрыми князьями, ледарийская цивилизация, богатая на талантливых учёных-исследователей и подлинных творцов, быстро развилась и достигла очень высокого жизненного уровня, но после того, как ледарийцы стали звёздным народом, то, столкнувшись с куда более агрессивными народами стала постепенно терять свой былой блеск и увядать. Простодушные, бесхитростные и через чур искренние, ледарийцы в результате куда больше отдавали, чем приобретали и в конце концов были вынуждены начать строить сверхскоростные курьерские крылья и стали, по выражению Михаила Матанина, бомбилами-интеллегентами, которых чуть ли не каждый стремился обвести вокруг пальца, но теперь этому настал конец.

Вынужденное занятие извозом породило привычку, привычка переросла в страсть души, но не смотря на это ледарийцы всё равно остались, как и прежде — учёными-исследователями. Теперь в их жизни появилась новая перспектива, обретя друзей с пудовыми кулаками, несгибаемой волей и умением сражаться из последних сил, которые к тому же имели ещё и умные головы на плечах, космические бродяги могли обрести ещё и возможность снова стать, как и в прежние времена, учёными-исследователями и вместе с тем творцами. Во всяком случае Расане не терпелось как можно скорее осмотреть те три этажа её нового крыла, на которых располагались самые различные научные лаборатории с множеством совершенно незнакомых ей приборов.

Через три дня столица и прилегающие к ней заповедники действительно были накрыты силовым куполом диаметром в полтораста километров, славийцы работали непрерывно чуть ли не по всему периметру сразу, и потому звёздный командор Вирам-Даугар решила отправиться вместе с Михаилом Матаниным и десятью его коллегами в те миры, которые находились в зоне действия больших и малых спутников ретрансляторов. Звёздные капитаны "Семпоара" и "Рионарта", на борт которых также поднялось по дюжине бизнесменов, временно стали звёздными командорами, так как наотрез отказались разбивать большую и дружную семью. В полёт они отправлялись всего на год и должны были встретиться снова на Земле. Славийские бизнесмены рвались в бой и смеясь говорили, что они завоюют Маурану.

— Да что они, заблудились что ли! — в сердцах воскликнул Максим, с грохотом отдуплился и объявил: — Дупель пусто! Рыба!

— Селёдка, — проворчал Николай, выкладывая на стол костяшки домино, — а может быть они того, заболели?

Никита, быстро посчитав очки, рассмеялся:

— Вы как те два киллера из древнего анекдота, мужики. Не волнуйтесь, минут через двадцать они обязательно выползут из подпространства, как ужи из болота. Они же самые хитрые и потому специально гасят скорость. Думают, что у нас нет гиперсканеров.

Максим встал из-за стола и направился к пульту связи:

— Тогда конец игре, парни. Быстро придали себе благостный вид, чтобы порадовать кассамских дипломатов своими глупыми рожами. Они же летят сюда лохов разводить.

— Не скажи, Макс, — возразил Николай, — кассамцы не поленились смотаться на Ардию, правительский лайнер туда погнали с пятью крейсерами эскорта для пущей важности, и вернулись ещё с четырьмя такими же летающими дворцами, а к нам летят с целой эскадрой тяжелых крейсеров. Всего двадцать восемь вымпелов. Такое ощущение, что они с нами воевать собрались. К тому же ещё тридцать тяжелых крейсеров сопровождают второй отряд. Хотелось бы знать, чего они добиваются и что хотят этим доказать? Но настроены они серьёзно.

Усаживаясь в монументальное кресло поудобнее, Максим пожал плечами и со вздохом сказал:

— Сие, Коленька, великая загадка есть и нашему крестьянскому уму она непостижима. В общем за лохов они нас держат. Кстати, посетив Ледарию и увидев силовой купол, некоторые господа из Высшей палаты представителей, а это ещё та шайка-лейка, наверняка призадумались и теперь не знают, что с нами делать.

— Угу, — проворчал Игорь, — ты прибавь к этому ещё тот шухер, который Михаил устроил на Налтиаре, предложив их президенту разжиться по дешевке "Булавами". Нет, вот чего я точно никогда не пойму, как это он всего за пять часов сумел добиться аудиенции для себя и Лео, причём так всё провернул, что этот Ниор-квал-Рамон нашего ледарийского друга чуть ли не облизывал и пообещал расстрелять любую половину своего министерства межпланетных контактов на его усмотрение. Нет, Макс, тебе этому никогда не научиться. Вот это высший пилотаж, а всё, на что способны мы, это так, игра в бирюльки и ведь Налтиара это тебе не какая-то там Мурлындия, а суверенная планета, имеющая семнадцать колоний в своём секторе. К тому же Михаил сумел не только убедить налтиарцев, что Ниор-квал-Рамону нужно срочно встретиться с ним, но ещё и подписал с ним контракт на поставку молибдена, вольфрама и тантала на пятьдесят миллиардов кредитов и слупил с них половину в качестве аванса.

Коммерческие успехи Михаила Матанина уже успели стать на Славии притчей во языцах, но вовсе не он один заявил о себе, как о крупнейшем поставщике тяжелых, сверхчистых металлов, образцами которых были забиты трюмы трёх новых ледарийских крыльев. Предлагал он на продажу и тяжелые славийские ракеты "Булава", но по двести пятьдесят миллиардов кредитов их никто не хотел покупать, а вот за полтора, максимум два миллиарда купили бы с десяток. В ответ на славийский торговец, летавший сверхскоростном крыле построенном из сплава запредельной прочности, который не брали не то что плазменные струи бластеров, но и лазеры, только разводил руками и говорил, что это оружие возмездия за гибель своего мира и дешевле оно никак не может стоить. То же самое говорили и ледарийцы, на больших крыльях которых стояло по пять таких ракет.

Михаил Матанин, прилетев на Налтиару, не стал забивать себе голову дипломатическими реверансами, а сразу же связался с первым попавшимся на его глаза тяжелым крейсеров налтиарского космофлота и доложил его командиру, что он жутко торопится, но тем не менее желает предложить этому миру уникальное оружие возмездия, но об этом желает говорить только с президентом. Генштаб быстро договорился о переговорах, а всё остальное было уже делом сугубо коммерческой техники. Всего за четыре месяца было подписано уже одиннадцать контрактов на сумму в четыреста восемьдесят миллиардов кредитов Маураны и половина была выплачена авансом. Тяжелые металлы покупали потому, что цена была демпинговой, сами металлы, отлитые в вакууме в виде банковских слитков были сверхчистыми, а потому космические верфи брали их в больших количествах, но явно только для того, чтобы варить легированные стали. Славийские бизнесмены предлагали только молибден, вольфрам и тантал, но без рения. Пока что было продано всего десять процентов уже готовых к продаже металлов, так что теперь деньги у Славии водились.