Павел Торубаров - Дурная привычка

Я собрался растолкать Леху и поделиться с ним своими соображениями, как мое внимание привлек новый звук, доносившийся снаружи сквозь грохот урагана: кто-то пинал ногами жестяную банку, а та, в ответ, обиженно дребезжала, подпрыгивая на камнях.

Я выглянул из окна на улицу, но сквозь плотную занавесь воды, падающей с неба, ничего не увидел. Не помогли ни ПНВ, ни тепловизор. Однако, звук приближался. Я подобрался и приготовился стрелять, при необходимости. Через несколько секунд сквозь струи дождя на поломанный асфальт перед домом вылетела старая смятая трехлитровая жестянка из-под масляной краски и весело запрыгала по лужам. А еще через секунду за ней шагнул зомби. Это было необычно: мертвяки предпочитают в холодную погоду сидеть в укрытии, а этот, смотри-ка, гулял! Я не стал стрелять: зомби в нашу сторону даже не смотрел. Он деловито доплелся до банки и наподдал по ней ногой. Вернее, попытался. Удалось это не сразу. Две или три попытки пнуть импровизированный мяч зомби провалил: промахиваясь по банке, он терял равновесие и начинал размахивать руками, пытаясь устоять на ногах. Наконец, ему удалось попасть по жестянке, и та отлетела вниз по дороге. Новоявленный футболист радостно заухал и пошел догонять свою игрушку, растворившись в темноте. Теперь только звуки пинаемой банки напоминали о необычной картине, которую мне довелось увидеть. Вскоре за шумом дождя пропало и дребезжание жестянки.

Я отошел от разбитого окна и присел у стены, где меньше капало. Дождь не собирался заканчиваться или утихать. В доме, особенно в отлогих местах было полно воды, но меня это не заботило — костюм, купленный у Воронина, честно отрабатывал свою цену. Однако, лужи не интересовали меня еще по одной причине: на меня напала странная апатия и полное безразличие ко всему, что не имеет отношения к моей цели. Я сидел у стены и думал только о том, как мы пойдем через Припять, на каждом шагу встречаясь с тяжелым прошлым, как мы достигнем завода, как спустимся в подземелья. До этого момента я довольно отчетливо представлял наш маршрут, будто во мне открылся дар предвиденья. А что произойдет после того, как мы спустимся в подземелья, для меня было прикрыто плотной шторой. Плотнее, чем дождь за стеной. Когда наступило время лехиного дежурства, я растолкал напарника и рассказал ему о странном видении. Ледокол только пожал плечами в ответ. Я улегся в облюбованном «Долговцем» углу и уснул.

Я думал, что во сне вновь встречусь с Охотником и задам ему несколько вопросов, появившихся у меня недавно. Но учитель не пришел, наверное, решив, что мне самому надо найти ответы. Или я просто так измотался за этот рейд, что спал без сновидений.

Наступило утро, меня разбудил Ледокол. Дождь за стеной все не прекращался, но стало светлее. Теперь можно было, хоть и с трудом, рассмотреть, что происходит на другой стороне улицы. По проезжей части, когда-то ровной, а ныне изломанной катаклизмами, чахлыми деревцами и травой, потоками бежала дождевая вода, неся в себе мусор, поломанные ветки и комья грязи, смытые где-то выше по течению. Выходить из дома в такую погоду было бы полнейшим безумием, если бы мы не находились в Зоне, где каждый день — безумие. Мы решили рискнуть, надеясь, что ливень даст нам некоторую фору пред мутантами и снайперами «Монолита».

Как только мы покинули гостеприимные стены разрушенного жилища, дождь, будто ожидая этого, пошел на убыль. Пока мы перебирались на другую сторону поселка, он прекратился совсем. Осталась только мелкая водяная пыль, висевшая в воздухе. Идти, правда, от этого легче не стало: холодный ветер все так же задувал, пригибая к земле деревья и нас. Зато, теперь можно было четко видеть почти все аномалии, во влажном воздухе и на мокром грунте проявившие себя во всей красе. Особенно привлекательными выглядели «Электры», расцветающие сиреневыми молниями при каждом порыве ветра, и «Воронки», рисующие маленькие водяные смерчи на земле.

Мы уже добрались до протоки и, двигаясь вдоль нее, приблизились к основному руслу, когда на пути встала первая серьезная проблема — псевдогигант. Каким образом он забрел на заболоченные берега реки, только Зоне известно. Мутант оказался в ловушке: дожди размыли и без того нетвердый грунт, превратив зыбкую почву в трясину. Единственный проход, обнаруженный нами через топь, вел по небольшой насыпи. С одной стороны это возвышение ограничивало свежее болотце, с выступающими на поверхность кочками, а с другой сухая площадка через небольшую балку упиралась в каменистую проплешину на самом берегу Припяти. Но до той проплешины было около трех-четырех метров бурного потока, стекающего в реку. При желании, можно было, обойти насыпь по болоту, перепрыгивая с кочки на кочку. Ни у меня, ни у Лехи такого глупого желания не появилось: кочки на болоте запросто могли оказаться «Контактной парой» (или «Разрядником» по-другому). Посему, нам надо было добраться до насыпи и обойти псевдогиганта. А тот вышагивал взад-вперед по сухому пространству, ограниченному топями, непроходимыми для него. Проскочить насыпь необходимо было бесшумно, не привлекая внимания «Монолитовцев», если таковые бродили поблизости. Признаться, гениальных идей на этот счет у меня не было. У Ледокола, похоже, тоже. С горя я присел на сырой валун, откинул забрало и приготовился обдумывать сложившуюся ситуацию. Попутно, можно было покурить.

Леха присел рядом и тоже уставился на гору мяса, маршировавшего по насыпи как часовой. Завалить-то псевдогиганта в такой ситуации не сложно, только хлопотно. С островка он никуда не денется, раз до сих пор не ушел. Значит — закидаем гранатами. Каким бы мощным мутант не был, но и у него имеется свой резерв прочности. Только, такой вариант не подходил — очень шумный, а нам нужна была скрытность.

Зона известная шутница! Загнала нас к черту на рога и смеется над беспомощностью двух сталкеров, упершихся в стену! Нам оставалось только уйти и поискать другой проход. Сколько это займет времени, не знал ни я, ни Ледокол. А время сейчас было на вес золота, ибо по свежим прогнозам с Янтаря, очередной Выброс намечался на сегодняшний вечер.

Псевдогигант неожиданно прекратил строевые упражнения, замер на месте, а потом принялся топать своими огромными ножищами так, что земля затряслась. Мы сначала не поняли, что произошло. И лишь когда над водой метнулась черная гибкая тень, едва уловимая глазом, до меня дошло — химера. Универсальный убийца, животное, которое существует только для того, чтобы лишать жизни других. Мощь, напористость, кошачья грация, цепкость бульдога, полное презрение к боли, развитый интеллект, телепатические способности делали это существо страшным противником. Страшнее всех мутантов вместе взятых. Химера прекрасно маскируется — мимо нее можно пройти в двух шагах и даже не заметить. Только когда когтистые лапы порвут тебя на кусочки, ты поймешь, с кем столкнула тебя Зона. Добавить к этому поразительную живучесть, достигаемую не только высокой скоростью регенерации, но и дублированием жизненно важных органов, так получается неуязвимая машина убийства. Завалить химеру, на моей памяти, никому не удавалось, тем более — только в два ствола. Схватка с химерой всегда заканчивается в ее пользу. Поэтому, лучше с ней не встречаться.