Бертрам Чандлер - Темные измерения

— И еще там был незнакомый человек среднего роста и совершенно не запоминающейся внешности, одетый в бесформенный серый комбинезон. Обычно на таких людей дважды не смотрят. Но в рубке «Скитальца» он выглядел воробьем среди ястребов и потому привлекал внимание.

«А он непрост, — внезапно подумал Граймс. — И опасен — кто бы он ни был…»

— Коммодор Граймс, — сказала Эйрин голосом, близким к баритону.

— К вашим услугам, мэм, — с достоинством ответил коммодор. В конце концов, она когда-то была императрицей. Соня у него за спиной невежливо фыркнула.

— Бросьте, коммодор. Вы природой не предназначены для придворных экивоков.

— Это уж точно, — тихо заметила Соня.

— Коммодор Граймс, позвольте узнать, какого дьявола вы с вашим корытом делаете в нашей Вселенной?

— Могу спросить вас о том же, миссис Траффорд.

— Если я один раз перескочила в чужое время, притом случайно, не стоит думать, что это вошло у меня в привычку.

— Как и у меня, — лениво отозвался Граймс. Тут он слегка покривил душой… но Эйрин и ее людям лучше остаться в неведении.

— А это что за странная посудина, похожая на морского ежа? Вы должны знать. Мы видели человека в скафандре, который стартовал с нее в вашем направлении.

— Полагаю, один из ваших. Его капитан утверждает, что это вооруженный разведчик Имперского флота «Карающий».

— Он не имеет к нам никакого отношения, — твердо произнес Траффорд. — У нас есть «Карающий», но это легкий крейсер. Я-то знаю, я там служил.

— Эйрин, может, вы будете столь любезны и введете меня в курс дела? — спросил бесцветный человек. Голос вполне соответствовал его внешности. — Кто эти люди?

— Мистер Смит, позвольте вам представить коммодора Граймса из флотского резерва Приграничья, — произнесла могучая блондинка. — В его непотребной Вселенной Приграничье — отдельное государство. А это коммандер Соня Веррилл, по совместительству миссис Граймс, из Федеральной Исследовательской и Контрольной службы. Федерация — что-то наподобие нашей Империи. Единственный, кого я еще знаю — мистер Мэйхью, офицер псионической связи. А этот джентльмен, коммодор, — мистер Смит, управляющий директор СПРУТа. Они наняли нас, чтобы добраться до Аутсайдера.

— Аутсайдер находится в территориальном пространстве Конфедерации Приграничья, — твердо заявил Граймс. — Более того, мы уже установили на нем свой вымпел.

— По космическим законам, недостаточно просто водрузить флаг, чтобы заявить права на планету, планетоид, спутник и так далее. Для законной заявки должна быть основана автономная колония. Я очень сомневаюсь, что вы это сделали. Но даже если и так, Аутсайдер все равно принадлежит Империи.

— Которой Империи, мадам? — сардонически вопросил чей-то голос.

— Мне удалось наладить связь с «Карающим», — прошептал Дэниэлс. — Это капитан Фландри.

— Это еще кто, черт побери? — возмутилась Эйрин.

— Капитан «Карающего», — пояснил Граймс. — Но давайте продолжим дискуссию о пунктах космического закона. Насколько я могу судить, эта штуковина не является ни планетой, ни планетоидом, ни спутником. Это покинутый корабль…

— Его можно считать спутником, — возразила Эйрин. — Искусственным.

— У спутника должна быть планета, вокруг которой он вращается.

— У, черт… еще один космический юрист на мою голову. Ладно, ты прав. Это покинутый корабль. А ты высадил призовую команду? Может, и буксирный трос прицепил?

— Мой вымпел…

— Засунь свой вымпел… сам знаешь куда!

Даже на экране было заметно, что Траффорд шокирован и смущен. Таллентайр делал героические попытки подавить усмешку, а Смит даже не пытался.

— Гхм, — неодобрительно заметил Граймс.

— Какие у вас очаровательные друзья, коммодор, — восхитился Фландри.

— Просто знакомые, капитан.

— Как угодно. Я предлагаю всем трем сторонам встретиться и обсудить дела цивилизованно, сэр.

— Я подумаю над этим предложением, — неохотно согласился Граймс.

— Могу ли я настаивать, чтобы это было сделано как можно скорее… или еще раньше? Пока наши корабли еще не начали палить друг в друга — но кто знает, что может случиться, когда появятся еще два судна?

— Он прав, — вставила Соня.

— Какие еще два судна? — вмешалась Эйрин. — Мы знаем только про вальдегренский эсминец, «Адлер». Кто второй?

— Хотел бы я знать, — вздохнул Граймс.

— Ну что, коммодор? — спросил Фландри. Граймс пожалел, что Дэниэлс не может настроить визуальный канал. Он бы предпочел видеть лицо собеседника.

— Ну что, коммодор? — эхом отозвалась Эйрин.

— К вам пойдем или ко мне? — попытался пошутить коммодор, но шутка прозвучала вяло.

— Лучше на нейтральной территории, — заявил Фландри. — Пока вы тут болтали, мой первый лейтенант высадил разведывательную партию на тот странный куполообразный корабль в десяти километрах от «Карающего». Его владельцы дышали кислородом, хотя не были гуманоидами. Все системы жизнеобеспечения исправны и работают до сих пор.

— Шаарский корабль, — сказал Граймс.

— Шаарский? — хором переспросили Эйрин и Фландри. В наступившей тишине капитан спросил:

— А кто эти чертовы шаарцы и на что похожи?

— Неважно, — отмахнулся Граймс. — Шаарский корабль вполне подойдет.

Шаарский корабль и впрямь оказался подходящим местом для встречи. Он прекрасно сохранился: внутреннее освещение работало, жужжащие кондиционеры подавали чистый безвкусный воздух. Сколько лет это продолжалось? Вряд ли очень долго. Мохоподобная растительность в специальных контейнерах, которую шаарцы использовали для генерации кислорода, не одичала и явно не страдала от недостатка в органических отходах, служивших ей пищей. Но от команды — королевы-капитана, принцесс-офицеров, трутней и рабочих — не осталось даже высохших экзоскелетов. Бортжурнал по-прежнему лежал в рубке на подставке, но людям не стоило даже пытаться расшифровать эти мудреные письмена.

Ни дать ни взять современная «Мария Селеста». Одна из нескольких «Марий Селест» на орбите Аутсайдера.

Шлюпки с трех кораблей встретились у шлюза. Челнок с «Дальнего поиска» вел сам Граймс. С ним были Соня и Мэйхью. Эйрин привезла с собой Триаланн и Стэнли Смита, человека из СПРУТа. С Фландри был только квадратный, похожий на гориллу молодой офицер, которого он представил как лейтенанта Буголски.

Конечно, официальные представления состоялись не раньше, чем все собрались в рубке шаарского корабля. Вокруг была масса инструментов и приборов, отчасти знакомых (хотя и приспособленных для когтистых лапок членистоногих, а не человеческих рук), отчасти завораживающе непонятных. Сидениями служили многочисленные люльки из хрупкой на вид паутины. Но поскольку на корабле отсутствовала искусственная гравитация, можно было и постоять, не испытывая особых затруднений.