Роберт Силверберг - Пришельцы с Земли

Дело покатилось, подумал Кеннеди. Эмоциональное соучастие миллионов. Мыльная опера космического масштаба. Прошло немногим более месяца с тех пор, как псевдоколония, детище Кеннеди и Сполдинга, стала известна миру, и все это время жизнь с Мардж становилась сложнее и сложнее. В открытую, конечно, ничего не говорилось. Мардж вообще ничего не говорила о работе Кеннеди. Но вечерами они подолгу молчали, в то время как прежде проводили такие вечера в оживленной беседе. Теперь заметна была скованность в отношениях. Близость исчезла, их постоянное подтрунивание друг над другом стало каким-то вымученным.

И все же, думал он, может быть, она сможет преодолеть себя. Диноли, Вацински и остальные в агентстве высоко оценивали то, что он делал для проекта, он широкими шагами поднимался по должностной лестнице, с чем нельзя было не считаться. И в сегодняшний праздничный день он надеялся, что ему удастся навести каким-то образом мост и вновь сблизиться с Мардж. Он сделал крутой вираж, и машина взлетела по крутому пандусу на Джойлендский мост.

Парк Джойленд занимал 40 акров Плавучего острова, построенного в проливе Лонг-Айленд на рубеже веков во время Ярмарки Мира 2000-2001 годов. Теперь, конечно, остров не плавает, а прочно заякорен. Однако в дни Ярмарки он действительно свободно перемещался по проливу, и попасть на него можно только паромом, гонявшимся за быстро перемещавшимся островом. На поддержание огромных двигателей острова шло слишком много горючего, 30 лет назад их сняли и остров поставили на прикол в миле от берега, хотя прежнее название за ним сохранилось.

Мост на острове сиял тонкой полоской в полуденном солнце, на него нельзя было смотреть без рези в глазах. Кеннеди приостановился у пункта сбора мостовой пошлины и смотрел, как сотни машин, одна за другой, катили по пролету моста. Нижний уровень был пуст — к наступлению темноты он заполнится машинами, возвращающимися по домам. Он вложил доллар в руку сборщика пошлин и пришпорил свою машину, которая вынесла его на мост.

Переезд занял 15 минут, припарковка еще 15 минут. Наконец, все обязательные формальности выполнены, и он был волен делать что угодно, с парковым чеком в кармане и шутовским колпаком на голове. У Мардж на голове тоже красовалось нечто невообразимое — огромная оранжевая шляпа с миллионом извивающихся бумажных полосок, придававших ей вид Медузы-Горгоны. Его головной убор был поскромнее — черно-серый цилиндр гробовщика. Повсюду виднелись римские шлемы и увенчанные рогами шлемы викингов. Все было запружено толпами полуголых людей, жаждущих отдыха и развлечений. Согласно обычаю грань пристойности соблюдалась, но в стремлении охладить разгоряченные тела почти все оставили на себе лишь самый необходимый минимум одежды, на их фоне, те, кто боялся сгореть и оставался в платьях и рубашках, выглядели перекутанными. Полицейские в зеленой униформе служителей парка следили, чтобы перегревшиеся и перепившие не покалечились и вовремя оттаскивали их в тень. «Да, это Всемирный праздник, — думал Кеннеди. — Когда перешагивают через условности и все тревоги оставляют позади».

— С чего начнем? — спросила Мардж. — Вечная проблема — такой широкий выбор развлечений, что трудно было выбрать.

Сверкающий плакат объявлял об очередном запуске большой ракеты. На западной оконечности острова было незастроенное место, откуда стартовали пассажирские ракеты. Они взлетали на высоту 60-70 миль, откуда можно было полюбоваться земным шаром, а затем опускались обратно на то же место. С 2039 года, когда гибель ста человек из-за небольшого просчета в вычислениях омрачила веселье, не случалось ни одной аварии. Билет стоил всего 10 долларов, но Кеннеди не испытывал желания лезть в ракету.

«Русские горки», питейные заведения, комнаты смеха, летние эстрады, плавательные бассейны, галерея восковых фигур… Развлечения на любой вкус, даже низкопробный.

Они купили билеты на «русские горки» и надежно пристегнулись. Вагончик, оснащенный реактивным двигателем, резко взял с места и пошел крутить вверх и вниз, совершал самые невообразимые виражи. Всегда существовал дополнительный риск — врезаться во впереди идущий вагончик, поэтому на переднем бампере был установлен щит, отражающий пламя дюз. Но, конечно, вероятность была мала и щит редко выполнял свое предназначение.

Они вышли из вагончика, держась друг за друга, изнемогая от смеха и головокружения. Рука об руку они прошли к ближайшему бару и взяли по двойному виски во внешнем окошечке. В сумраке внутреннего помещения Кеннеди различил мужчину лет шестидесяти, который скакал в пьяном танце, в финальном прыжке он неуклюже начал валиться на пол, но тут подоспел вездесущий охранник парка и подхватил его у земли. Кеннеди отхлебнул из стакана и улыбнулся Мардж. Она ответила ему улыбкой, в которой, хотелось верить, была неподдельная теплота.

Они направились вниз по главной аллее мимо дешевых балаганчиков, на которые прежде не обращали внимания. Но в этот раз Мардж остановилась и потянула его за руку.

— Посмотри сюда!

— Пойдем, Мардж, ты же знаешь, тут все — сплошной обман. Я хочу в комнату смеха.

— Нет, подожди, Тед, посмотри.

Он взглянул пристальнее. Среди прочих стоял новый киоск, которого он прежде не замечал. Над ним мигала лампочками надпись: «Пошли письма на Ганимед». Зубастый зазывала с голой грудью улыбался, навалившись на прилавок. Рядом с ним стояла женщина в желтых шортах и бюстгальтере-ленточке, она, сосредоточенно нахмурившись, заполняла какой-то бланк, похоже — телеграфный.

— Подходите, друзья! Отправьте свои наилучшие пожелания смельчакам на Ганимеде! Всего один доллар за сообщение из десяти слов! Пусть они узнают, что вы думаете об их геройских подвигах!

— Ты видишь, Тед?

Кеннеди кивнул.

— Давай подойдем. Я хочу выяснить кое-что.

Зазывала расплылся в улыбке.

— Желаете послать письмо на Ганимед, друзья? Всего один доллар.

Он протянул им желтый бланк и ручку.

Женщина кончила писать и вручила свой бланк зазывале. Кеннеди разобрал только имя адресата. Миссис Хелен Дейвенайт, жертва аппендицита. Пожелание скорейшего выздоровления, подумал он.

Он спросил спокойным тоном:

— Это ведь новый киоск?

— Самый новейший! Поставили только на прошлой неделе. И дела, надо признаться, идут очень хорошо. Не хотели бы вы…

— Секундочку, — сказал Кеннеди. — А чья это была идея? Вы знаете мистера Вацински или Поджиоли?

— Вы что, частный сыщик? Тогда не мешайте, тут люди ждут. Заходите друзья! Леди, не уходите, смелые пионеры на Ганимеде ждут от вас весточки!

Слева от него толстая женщина средних лет начинала свое письмо словами: «Дорогой доктор Хорнсфолл…»