Аристократ добивается своего - Марс Букреев

Минута на раздумье! Я могу ударить по полицейскому Мощью. Выскочить на улицу, прикрыться щитом из Мощи от выстрелов его товарищей, прыгнуть в фургон и помчаться прочь. И что потом? Меня объявят в розыск, и рано или поздно, арестуют или пристрелят. Бегать-то тут особо негде. А своими действиями я только докажу свою вину.

Я отошел к стене, на тот случай, если полицейский вдруг начнет палить с перепугу, и крикнул:

— Эй! Не стреляй!

— Где ты? Покажись, руки вверх! — заорал полицейский внизу. — Подними руки и покажись!

Я шагнул к лестнице с поднятыми руками.

— Брось оружие и медленно спускайся!

— Я не вооружен.

— Тогда просто спускайся, с поднятыми руками.

Я принялся спускаться. Полицейский припал к рации:

— Обнаружил человека, возможно убийца.

Когда я спустился, он приказал мне положить руки на стену. Я подчинился. Про себя я уже сто раз проклял и Воронцова, и себя. Угодить в такую ловушку! Но кто бы мог подумать, что Ингвар способен на такое — убить несколько человек, только ради того, чтобы обвинить в этом меня.

Появился второй страж порядка:

— Ух ты ж! — воскликнул он. — Благородный!

— Там труп, Семеныч, — доложил первый. — Прям за едой убили.

— А еще на кухне, и на верху, — подсказал я. — А этого вы уже заметили, наверное.

Я кивнул на тело в жилетке с красной эмблемой.

— Ох, мать!

Похоже, первый из полицейских в упор не видел до этого убитого медбрата.

— Когда я приехал сюда, все уже были мертвы, — произнес я.

— Ладно, твоя милость, следствие разберется, — проворчал Семеныч. — Давай без глупостей, руки за спину.

Когда я завел руки назад, на моих запястьях затянулась пластиковая петля. Ничего себе, нанотехнологии у них здесь!

— И не вздумай глупить, — предостерег Семеныч, — ты, конечно, патриций, но мы при исполнении. Пристрелим, как нечего делать. Пашка, веди его к машине, а я тут все осмотрю повнимательней.

Под конвоем Пашки я вышел на улицу. Возле ворот, поодаль от фургона, стоял полицейский внедорожник белого цвета с синей полосой, и погасшими мигалками на крыше.

— Двигай к машине, — буркнул полицейский.

Не смотря на высокий рост и сложение атлета, Пашка был молод. И судя по всему, не особо сообразительный и внимательный. Как можно было не увидеть труп, прямо под собственными ногами? От шока наверное, ведь не каждый день массовые убийства происходят.

Когда мы шли к внедорожнику, до меня долетел далекий звук. Словно где-то завелся и поехал автомобиль. Я остановился прислушиваясь.

— Чего встал?

Пашка не сильно подтолкнул меня в спину.

— Это ваши? — спросил я.

— Чего наши? Иди, давай!

Я сделал шаг.

— Да спрашиваю, вы одни приехали, или еще экипаж с вами?

— Откуда у нас в Коротчаево еще экипаж, да шагай ты!

Далекий звук работающего двигателя. Он уже смолк, но не оставлял меня в покое. Кто здесь, в такой глуши, может кататься? Да еще, в то самое время, когда в лечебнице поубивали весь персонал.

— Это же убийца! — воскликнул я. — Ты слышал звук автомобиля?

— Ничего я не слышал! — в голосе полицейского появились угрожающие нотки. — Двигай, давай, а то шокером получишь, побежишь, как миленький!

Я снова зашагал к полицейскому автомобилю. А настоящий убийца, тем временем, спокойно сваливаетотсюда, убедившись, что его ловушка сработала. Полицейские не обыскали меня, уж не знаю почему. В кармане лежат ключи от фургона. Надо что-то делать.

Оставив меня стоять у внедорожника, Пашка метнулся к двери водителя. И в этот момент, я подчерпнул Мощь, совсем немного, прогнал по рукам и ударил, совсем чуть-чуть. Пластиковые оковы упали, а я чуть не заорал от боли. Расплавленный пластик все же прикоснулся к коже.

Тут же я рванул к фургону. Пашка, в этот момент, что-то искал в салоне, оставив ноги и зад снаружи. Я увидел его вытаращенные глаза. Он дернулся назад, ударился головой. Лицо исказилось в гримасе боли.

Хотел ударить Мощью по полицейскому автомобилю, но голова недотепы все еще маячила в салоне.

Слава богам, фургон оказался не заперт! Я вскочил на место водителя. Выжал педаль сцепления, дернул рычаг с нейтрали и повернул ключ в замке зажигания. Тут же довернул ключ и, отпустив педаль сцепления, нажал на газ. Лишь бы не заглохла! Фургон дернулся так, что у меня чуть голова не отвалилась, и, рыча двигателем, понесся вперед.

Я пролетел почти впритирку к полицейской машине. Пашка, только выбравшийся из салона, снова заскочил внутрь. Из дома бежал его напарник Семеныч, размахивая руками и что-то крича. Я не специалист по чтению по губам, но готов поклясться, Семеныч точно в этот момент не кричал: «Слава императору!».

Я несся на бешеной скорости, выдавливая с фургона, все что возможно. Сколько времени прошло между тем, как я услышал далекий звук автомобиля и тем, как я стартанул? Минут пятнадцать? Уйма времени, чтобы настоящий убийца успел скрыться!

И я не сомневаюсь, убийца — Ингвар Воронцов!

В зеркале заднего вида замаячил полицейский внедорожник. На этот раз с сияющими красно-синими мигалками и воющей сиреной. Когда он приблизился, я сумел определить, что за рулем сидит молодой Пашка. Он может, и был не особо сообразительным, но водителем оказался рисковым и решительным.

Полицейские догоняли меня. Я жал на газ, матерился, стучал по рулю, но все это не помогало фургону двигаться быстрее. Как бы хорошо было, если бы сейчас мы соревновались не в скорости, а в объеме перевозимого груза. Мои преследователи точно бы проиграли!

Внедорожник, вильнув, скрылся за моим автомобилем, не позволяя увидеть его в зеркало заднего вида. Раздался резкий металлический звук. Потом еще один. Они что, стреляют в меня? Совсем офигели?

Я тоже, повернув руль, заставил фургон сместиться. Ба! Семеныч, как будто коп из полицейских фильмов, высунулся в окно и целился в меня. Скорее, конечно, в колеса. Но меня и такой расклад не устраивал.

Зачерпнув Мощь, я на секунду задумался. Убивать людей, просто выполняющих свою работу, мне не хотелось. Я ведь не из урожденных аристократов, с самых верхов иерархии, все еще грустящих по тем временам, когда их предки имели право запарывать простолюдинов насмерть.

Но и расклад, когда бравый Семеныч прострелит мне колесо, меня тоже не устраивал. В лучшем случае, я снова окажусь под