Владимир Михайлов - Медные трубы Ардига

Не знаю, как это у нас получилось, но через уставные десять секунд мы уже сидели в своих креслах перед вторым сектором пульта – именно тем, который работает при нахождении в прыжке, и только там. Лючана, правда, нещадно зевала: она в эти дни помногу спала, это благотворно действует на нервную систему, так что сейчас «Триолет» разбудил ее. Что я могу отнести к недостаткам любой кваркотронной системы, это отсутствие всякой деликатности. Но, бросив второй взгляд на дисплей (первый, естественно, был устремлен в карманное зеркальце), она зевать перестала, а вместо этого промолвила:

– Ой, Ра, это что там такое?

– Я как раз пытаюсь понять, – ответил я. – По внешности вроде бы торгаш, но странноватый: вооруженный.

– Что же странного, – сказала Лючана. – Ты и сам мог бы кое-что рассказать о пиратах Простора.

– Ну, с теми-то мы разделались, – заметил я. – Хотя… лишняя предосторожность никогда не мешает.

– Кстати, а мы сами…

– Наша скорлупа – вроде бы не военный разведчик, хотя… и не транспорт с ценным грузом, а всего лишь мирная яхта. Так что волноваться не стоит.

Это я сказал уже в ту секунду, когда «Триолет» вывел на информационный дисплей сообщение о том, что мы уравновесились и начинаем переориентировку на новый вектор. Я только кивнул, хотя такой способ общения с компьютером не предусматривался; это вышло у меня автоматически, потому что сам я в это время наблюдал за маневром встречного, который тоже менял направление.

– А ведь он идет с тех румбов, куда мы как раз держим путь, – проговорил я. Лючана пожала плечами:

– Вектор не хуже любого другого. Какие миры вообще там находятся, кроме Ардига?

– Посмотрим потом. – Я этим как-то не интересовался, другие миры нам были ни к чему.

– Он уравновесился, – сообщила Лючана то, что я и без нее видел. – Будем выполнять ритуал?

– Проявлять невежливость – не лучший модус поведения в Просторе, – ответил я, потому что встречный уже запрашивал нас, оказавшись более сноровистым в полагающихся действиях:

«Транспорт „Барон Фонт“ приветствует умелых и отчаянных и желает скорого достижения поставленных целей».

(Это вовсе не означало, что мы показались кому-то умелыми и тем более отчаянными: такая формула приветствия сохранилась с давних времен, когда каждый выход в сопространство расценивался как подвиг, и не зря, а встреча в узлах была случаем необычайно редким и требующим каких-то нестандартных слов для приветствия. В наше время это стало как раз стандартом.)

– Письмом, – сказала Лючана с удивлением. – А не голосом. Почему?

– Наверное, привыкли, – пожал я плечами. – Многие так делают.

– Отвечай, что же ты? – поторопила меня жена.

– Да вот думаю: как отрекомендоваться? Вряд ли стоит докладывать: «Разведчик с мира Теллус и его супруга на отдыхе», а?

– Еще чего! Представься просто: «Увеселительная поездка». Не совсем понятно, но привлекательно. Может вызвать легкую зависть.

– Годится.

«Участники увеселительного круиза на борту яхты „Триолет“ благодарят вас за теплые слова и желают „Барону Фонту“ того же самого без ограничений».

Это тоже было ритуальной формулировкой. Ответ пришел незамедлительно:

«Примите визитную карточку. Фирма „Астрокар“, мир приписки Солана, старт двадцать шестого ноль шестого, класс рейса – регулярный коммерческий, походная масса 15000 тонн, груз – продукты сельского хозяйства для миров шестнадцатого сектора Федерации, на борту экипаж в шестнадцать человек, пассажиров нет, мир назначения Милена, предполагаемый финиш пятого ноль седьмого. Простор спокойный, ситуаций не возникало. Капитан Ступ».

Все, как и полагается – кратко и исчерпывающе. Что же, и мы не ударим в грязь лицом.

«Управление аренды средств транспорта. Мир приписки Теллус, старт двадцать восьмого ноль шестого, класс рейса – прогулочный, груза не имеем, мир назначения – посадки не предусмотрены, на борту виртуальный экипаж и два пассажира, предполагаемый финиш второго ноль седьмого. Простор спокойный, происшествий не замечено. Капитан Триолет».

– По-моему, убедительно, – согласилась Лючана. – Постой, они еще что-то…

И в самом деле, новый текст уже возник на экране:

«Дружеский совет: не посещайте космоторию Ардига – пустой номер. Ардиг с двадцатого ноль шестого закрылся для кораблей. У нас был заход туда за грузом, но нас завернули».

Вот еще новости!

«Почему закрылся – не знаете? Триолет».

«Их объяснение: космопорт подвергается капитальному ремонту, предположительно откроется через четыре конвенционных месяца. Ступ».

Ну-ну.

«Сердечно благодарю за совет. Представлю на рассмотрение туристов. Им решать. Триолет».

– Мог и сказать, что сам решит. Он же капитан!

– Мог бы, однако… Чтобы обсудить проблему с бездельниками, ищущими острых ощущений, нужно время, верно? Хороший повод задержаться в узле и дать им уйти первыми.

– Чего ради? Они нам не мешают.

– Пусть остаются в неведении – какое же решение мы примем, – ответил я.

– Да почему?

– Скажем так: интуиция подсказывает.

Лючана только покачала головой – но не очень выразительно, а так, более для порядка. И мы помолчали, провожая глазами тронувшийся в путь по новому вектору транспорт «Барон Фонт».

Интуиция, конечно, имела место, однако были и более конкретные поводы для возникших у меня сомнений. И сейчас, не торопясь покинуть узел, я попытался выстроить их в некую систему.

Одно из сомнений, правда, сразу же, видимо, отпало. Заключалось оно в том, что вектор, по которому «Барон» пришел в узел, не использовался бы кораблем, стартовавшим с Соланы: было еще самое малое две силовых линии, пользуясь которыми, транспорт выиграл бы время, а время – и в Просторе деньги, а не только на тверди миров. Однако раз они заходили на Ардиг, этот крюк получал простое объяснение, и тот факт, что корабль пришел сюда, используя вектор Ардига, не должен был вызывать никаких подозрений.

И не вызвал бы, будь оно единственным. Но не тут-то было. Я для ясности мышления даже составил небольшую табличку:

«1. Космопорт Ардига закрыт, борта не принимаются».

Допустим. Предположим даже, что информация об этом задержалась – Ардиг все-таки настолько отдален от секторов, включающих в себя по нескольку миров, что там могли и не торопиться с рассылкой предупреждений, а другие миры, получив их, не стали бить в большие колокола, поскольку сообщения регулярного с Ардигом не было, да и чартером транспорты заходили туда нечасто – лишь по мере накопления того, чем они там промышляли: удобрения. Допустим. Но нас ведь отправлял с Теллуса не кто-нибудь, а высокое должностное лицо Службы. А уж если Служба не знает о закрытии космопорта пусть и отдаленного мира, значит, конец света уже наступил. Нет, Иванос знал бы. А если так, то не стал бы не только советовать нам воспользоваться для отдыха этим миром, но даже, строго говоря, не организовал бы эту экспедицию.