Анна Тьма - Клинок Белого Пламени

Альтис едва заметно вздрогнул. Сказать правду он не может. Придется врать напропалую. Главное, чтобы ложь была правдоподобной и соответствовала общепринятой легенде. И вообще, надо сделать это вранье официальной для всех версией.

– Ну-ка, припомни, кем Ален приходится Карине?

– Племянником, – сразу ответил Лёнька. – Ты занял его тело, да, учитель? А Алинка откуда взялась? Вот тут я запутался.

– Эх ты, горе-ученик, – по-доброму, с затаенной грустью улыбнулся Альтис. – Она же воевала в моей сотне. Она погибла, но Ален не пожелал отпускать душу любимой сестренки. Когда умер Ален и я остался один, то прятал спящую душу Алинки, пока не стал собой и не смог создать для нее новое тело. Теперь понял?

Рыжий паренек с таким восхищением смотрел на демона, что тому стало слегка не по себе.

– Учитель, а ты точно не бог? Может, ты миром ошибся, когда решил появиться на свет?

– Обалдуй! – рыкнул Альтис. – Я точно не бог и не собираюсь им быть! Я лучше богов, потому что демон!

На следующий день погода, до того баловавшая путников солнцем, испортилась.

– Это не стая Дождя? – поинтересовался Траэллита, глядя на серое небо, затянутое свинцовыми тучами, необычными для открытого моря. – Не нравится мне это. Море тревожится.

– Если это они, то хорошо замаскированы, – ответил Арох. – Даже Жулька их не чует.

У Альтиса было свое предположение. Помолчав, он его все же озвучил:

– Это демон глубин, братцы. Моррий.

– Брось, ему же нет пути на материальный уровень бытия! – отмахнулся Арох.

Стримбор согласно кивнул.

– Я бы не был так уверен, – негромко сказал Траэллита. – Моррий более могущественен, чем хочет казаться. Очень умный и изворотливый враг. Я бы не рискнул повернуться к нему спиной.

– Коган, а что думаешь ты? – Арох взглянул на Ястреба, который пока не вмешивался в разговор.

– Думаю, что погода хреновая, – ответил тот, встопорщив перья. – А еще я думаю, что вы разводите панику на пустом месте. Если предстоит сражение, то надо не языками трепать, а оборону готовить. А потом чайку спокойно попить до нападения.

– Таран в своем репертуаре, – улыбнулся Альтис. – И опять прав. За дело, братцы?

Следующие полдня на корабле кипела бурная деятельность. «Дитя бури» готовили ко всему возможному и невозможному. Такую защиту, пожалуй, еще ни один корабль не получал. Некроманты старались едва ли не больше всех остальных.

Но в этот день никто не напал. Только дождь к вечеру усилился.

Альтис метался по каюте, с рычанием сшибая на пол все, что еще умудрилось устоять или уцелеть. Новая вспышка в сознании заставила его сжать виски и стиснуть зубы. Он сходил с ума. Просить помощи он ни за что не стал бы – не позволяла гордость и намертво въевшаяся привычка держать дистанцию.

Кое-как переждав очередной приступ, демон вышел из каюты. Постоянно оглядываясь, чтобы ни с кем случайно не столкнуться, выбрался на палубу. Тугие струи ливня мгновенно промочили до нитки. Пламенный благодарно подставил лицо воде и едва устоял от новой вспышки.

Волны на море были немногим больше обычных, шторм не спешил начинаться, только дождь… Странно. Дождь в открытом море без шторма…

Альтис втянул в себя воздух сквозь крепко сжатые зубы, медленно выдохнул, пробормотал проклятие на головы всех богов разом и пошел на нос корабля. Забравшись на бак, он прислонился спиной к мачте и попытался взять свое безумие под контроль. Но новое видение свело на нет все усилия.

…Кровь стекала на дощатый пол, он стоял посреди жуткой лужи. Липкая, горячая. Ее запах сводил с ума и будоражил Зверя. Пять обезглавленных трупов, еще не успевших даже начать остывать. Бесстрастное лицо ублюдка и убийцы, вытиравшего мечи об одежду умерших. Узкие щелки зрачков выискивают последнюю жертву в этом доме. Зверь редко дарил столь милосердную смерть своим жертвам. Короткий точный удар в затылок в шейные позвонки, чтобы жертва не чувствовала боли, – и почти сразу ровный срез. Он обезглавливал только детей…

– Коган, тебе не идет долго думать! – возмутилась Алина, уже минуты три ожидавшая действий противника.

На полу каюты были разложены «Лабиринты снов», и компания коротала ночь за игрой. В тесный круг богов сегодня затесались Алина, принцесса Карэн и Василиса. Стримбор уже успел проиграть и выбыть, Карэн участвовала с подсказками не вступавшей в стратегический поединок Василисы.

– Пропускаю, – еще полминутки подумав, вздохнул Ястреб.

Алина замерла, прислушиваясь к чему-то внутри себя, пока остальные участники игры делали ходы. Положила карты и фишки на пол.

– Василёк, сделай пару ходов за меня, – рассеянно сказала она, поднимаясь и покидая каюту под удивленными взглядами богов.

Выйдя на палубу и сразу насквозь промокнув, Алина тихим добрым словом помянула свои предчувствия и погоду.

– Тесс фиор, – шепнула она заклинание, и огонь тонко растекся по телу. Сразу стало лучше. Повертела головой, пытаясь понять, откуда то и дело накатывают волны черной ненависти. Уверенно направилась на нос корабля и не ошиблась.

Демон сидел, уткнувшись лицом в колени и сцепив руки на затылке. Нечеловечески острый слух уловил тихий отчаянный стон. Она забралась и села с Альтисом бок о бок. Когда он поднял голову, Алину не испугали узкие щелки зрачков Зверя.

– Ты слышишь это?.. – едва прошептали бескровные губы.

Девушка молча кивнула. Что-то сметало барьеры памяти мага, ярко воскрешая тяжелые воспоминания. Что-то целенаправленно ломало его волю и сводило с ума. Альтису казалось, что это его воля и самоконтроль дали сбой… Лишь когда Алина оказалась рядом, он смог смутно уловить внешнее воздействие.

– Ты уже не справишься сам, – сказала она. – Слишком долго тянул. Ты же знаешь…

– Я не могу, – качнул головой демон.

– Никого нет, Альтис, – шепнула девушка, обнимая того, кто для нее давно стал больше, чем братом. – А я – часть тебя.

Со следующим видением он заговорил. Демон просто рассказывал все, что терзало его. Все, за что ему хотелось себя убить.

– …А помнишь, Линка, помнишь того малыша, которому я голову отрезал на глазах у матери? Он был болен. У него мозг загнивал, и жить оставалось от силы недели три. Я убивал тех, кому не мог помочь! Тех, кто был болен, тех, на ком лежали метки проклятых, тех, чья жизнь была хуже смерти… Я чудовище, да?.. Алинка, я детоубийца!..

– Ты достаточно силен, чтобы им быть, – прошептала Алина. – Лучше ты, чем беспринципные ублюдки, не щадящие никого. Ты жесток, Альтис… Но оправданно жесток.