Василий Мельник - Русский фантастический боевик 2007

Я знаю, что такое — когда уже мертвый, а все равно бежишь. Я наизусть выучил, что такое бег.

Бег.

Скрюченные пальцы давят на изогнутую сталь спускового крючка, черная осенняя листва вздымается совсем рядом, от влажных поваленных стволов осин летят щепки. Вокруг — звенящий гул выстрелов и хрип жизни, оставляющей полусгнивший ноябрьский воздух леса. Скоро — холод… Можно умереть, но нужно выжить. Приходится совмещать одно с другим, щелкая фиксатором, переворачивая «рожок» и ускоряя бег…

А вдруг еще не поздно остановиться?…

«Ритм сердечных сокращений не стабилен, будет произведена инъекция препарата Heart-stab» —

вдруг выдал зеленую надпись компьютер, и в правую ляжку впилась невидимая иголочка.

Я негромко выругался, подергивая на ходу ногой.

«Аритмия больше не наблюдается. Возможно побочное действие препарата».

Интересно — какое?…

— Леша, — прозвучал привычный шепоток Дениса в наушниках. — Леша, слышишь меня?

— Да.

— Леша, ты снайперскую позицию займешь. Выберешь удобную высоту и будешь нас прикрывать. А мы господ зэков внизу, прямо в расщелине сжимать будем — они ведь табуном скорее всего попрут… У «АКЛ» оптика есть, хорошая оптика, со стабилизацией всякой электронной. Сам разберешься, в общем.

— Да уж, — буркнул я. — Мне сердце вон только что отстабилизировали. Умельцы чертовы, встроили в комбинезон этот раздутый дерьма всякого. Нашел ты кандидатуру, конечно. Нечего сказать…

— Отставить.

— Есть.

— Приказ понятен?

— Так точно.

— Вот и хорошо, вот и ладненько. — Денис замолчал, оставив в наушниках шумное дыхание. Через минуту добавил: — Леша, я ведь знаю, что ты лучше всех нас стреляешь. Знаю. — Он помолчал еще немного. — Может, и выберемся, ребятки. Главное, армию дождаться. Челноки с солдатиками прилетать начнут… там полегче будет. Может… Ведь мы выбирались, а…

Прокомментировать эти слова командира никто не рискнул. И правильно.

Впереди уже вырастали крутые горные образования, в ущелье между которыми уходила дорога. Перспектива на Луне была очень непривычна для глаза.

Да, тактическое преимущество здесь явно у нас. Но лишь только при условии, что лунники не выберут другой путь. В этом случае они беспрепятственно доберутся до шаттлов. И тогда мы проиграли. Но с чего бы им идти в обход? Они же не знают, что мы тут, что мы прилетели с приветом от Земли… Ладно. Много рассуждать даже в мыслях не рекомендуется. Буду лучше надеяться, что Дорчаков принял верное решение.

Моя забота теперь маленькая — правильно отъюстировать прицел. На движущихся целях.

Стемнело вмиг. Это вам не долгие пылающие закаты на Черном море, и не постепенная метаморфоза цвета в горах Северного Урала. Буквально за несколько секунд наступил полумрак, слегка разбавленный призрачным зелено-серым светом выпуклого глаза Земли, висевшей в этот момент почти в зените.

«Температура +88,2 градуса по шкале Цельсия, продолжает падать» —

появилось через некоторое время перед глазами.

— Лешка, тебе вон туда забраться надо бы… — сказал Денис, показывая стволом автомата на крутые скалы по правую сторону от нас.

Да, место здесь действительно неплохое для засады. Если удастся накрыть лунников прямо в этой расщелине — можно даже надеяться на… Черта с два. Не на что надеяться. Не во что верить. Не о чем жалеть…

Тут рядом что-то вспыхнуло, озарив ближайшие Утесы оранжевым светом, и в динамиках раздался ко-Рогкий хрип, переходящий в свист. Сергея мгновенно разнесло на куски — по-видимому, метеорит пробил кислородный баллон.

— Серега! — заорал Смоламой. — Серега…

В полумраке я увидел, как блеснули белки за стеклом одного из шлемов — это Берметов отвел глаза от потемневшей, уже замерзающей кучи.

«Температура +3,5 градуса по шкале Цельсия, продолжает падать».

— Всем занять позиции, эфир не засорять, — сказал Денис. — Леха, скорее наверх дуй, тебе еще с оптикой разбираться.

Я, сглотнув, стал взбираться на довольно крутой склон, усыпанный острыми шипами выступающих твердых пород. Молодой ведь был. Жалко.

— Опачки… — раздался голос Минотавра. — Идут, кажется.

Я заторопился. Выбрал удобную ложбинку, откуда просматривалось все ущелье, улегся и щелкнул выключателем оптического прицела. Глянул на экран. Так, это расстояние, угол, а где поправка на ветер? Тьфу, какой тут к дьяволу ветер? Если только ветер времени…

Так. Это уже никакая не растровая пленка — обыкновенные жэ ка. Но какое качество! Хоть изображение черно-белое, все равно — потрясающе! Да и на кой в сумерках цвет, спрашивается?…

На жидкокристаллическом экране прицела при включенной системе ночного наблюдения была видна каждая деталь рельефа в сотнях метров от снайпера.

По привычке щурясь, я приглядывался, примеривался. Вот еще несколько грибочков вспухло от падения проклятых каменных капель. Серега, Серега, малец совсем… Вот какой-то затейливый узор на дне кратера… Интересно, оптика или все-таки что-то другое? Может, инфракрасные волнушки? Разобрало, блин!..

Я заворочался, по-змеиному изгибая рукава скафандра, перевернул автомат и глянул на переднюю панель прицела. Стекляшка! Ох, сволочи японцы, что вытворяют!

Ну? Где мобильные мишени для юстировки?

— Ребятки, напряглись, — шепот в самые уши. Это Дорчаков. — Если мой проапгрейженный теодолит не врет, то идут пираты из форта «Сателлит». Черную метку тащат.

Поудобнее устроив затекший было локоть, я плавно повел стволом по горизонту. Слева направо. Через несколько секунд на экране появилось несколько светлых точек.

Большим пальцем левой руки слегка двинул сенсор, расположенный на цевье. Приближение. Нет же — лишка дал! Неудобные перчатки, несмотря на то, что у наших космических презервативов они адаптированы под оружие.

«Температура -23,5 градуса по шкале Цельсия, продолжает падать» —

мелькнуло сбоку.

Прохладно будет этой ночкой… Хочется продолжить мысль: лунной. Аккуратно трогаю сенсор зума еще раз. Ой. Они что, всем табором сразу?!

— Денис, их там человек семьсот-восемьсот, — сказал я, примерно прикинув количество бредущих по дороге лунников.

— Вижу. Еле двигаются, а еще называется — на свободу вырвались. Хотя семьдесят километров с оружием в зубах по чужому миру протопать…

— Товарищ подпол, вы просили не осквернять эфир болтовней, — с издевкой просипел Берметов.

— Вот и не оскверняй…

Ребятки умеют завести себя перед боем. Адреналин дергает жилы, сердце вбивает литры крови в аорту, словно сваи. Скоро — бег. Старт — выстрел. Финиш — смерть. Скоро…