Владимир Контровский - Дорогами Миров
В отличие от магического купола, отсекавшего Уют от ярящихся стихий первобытного Нейтрального Мира, Энтераон имел обычный вход, ворота, ведущие внутрь белокаменного кольца — как любая постройка любой гуманоидной цивилизации. Створок у ворот не было, словно строители желали подчеркнуть, что запираться здесь не от кого. По обе стороны проёма, аккуратно разрезавшего камень стены сверху донизу, стояли две огромные статуи, обращённые лицами одна к другой — изваяния смотрели друга на друга и сквозь друг друга. В камне чётко прорисовывались только черты прекрасных лиц — мужского и женского — и вьющиеся волосы. Тела каменных титанов определённых форм не имели — женская фигура походила на окаменевший бурлящий водный поток, закутанный в белую пену, мужская — на клубящееся тёмное грозовое облако. Древнейшие символы Инь и Янь, начало и конец Мироздания, вечно любящие и вечно ненавидящие, тянущиеся друг к другу, как две половины единого целого, и отталкивающиеся — как непримиримые противоположности того же самого целого. Забудьте распри, входящие в Кров Согласия — они ничто пред ликом Вечности. Если творившие Энтераон Волшебницы хотели сказать именно так, то у них и это получилось. И тем не менее, ни Хетта, ни Карисса своих притязаний не оставили… Неужели жажда Власти превыше всего, даже Вечного?
Маленький отряд вошёл в проход между каменными исполинами. Утоптанная земля тропы сменилась аккуратно пригнанными мраморными плитами — стыки между ними были не толще волоса. Толща стен осталась за спиной, и перед ними во всём своём великолепии раскинулся Энтераон — изнутри.
Больше всего это напоминало огромный цирк. Круглую площадь в центре окружали поднимавшиеся ярусами ряды широких сидений — много, тысячи и тысячи. Широкая мощёная дорога, ведущая от статуй, впадала в эту площадь, словно река в озеро под крышей волшебного голубого неба Уюта. И дорога, и центральная площадь-арена громадного амфитеатра были пусты, — но почти все места по периметру Энтераона заняты. Словно небо раздробилось на осколки и пролилось вниз потоком голубых капель — в основном здесь присутствовали Хранительницы. И только слева от мест напротив входа — почётных мест — на голубом фоне резким контрастом проступал жёлтый цвет: почти вся дружина Янтарных прибыла сюда вместе со своим Таном по имени Торфин.
Шаги по мрамору плит рождали гулкое эхо. Тишина была полной, несмотря на то, что в Энтераоне собралось несколько тысяч Магов. И эту ждущую тишину потревожили произнесённые холодным голосом Владычицы Кариссы слова:
— Чародеи Шести Доменов! Перед вами Неведомый Маг, Властелин Пограничного Мира… и мой друг. Я рада представить его нашему собранию.
Катри ощутил на себе взгляды тысяч внимательных глаз, смотревших на него с самым разным выражением — от простого любопытства до откровенной неприязни. Были и попытки заглянуть в его сознание, но такие поползновения Эндар пресёк сразу — и весьма решительно (вероятно, получившие по рукам даже испытали лёгкую боль). Ничего, пусть почувствуют сразу, кто он…
Кто из присутствующих Хетта, Катри понял сразу — соперницы сидели рядом в самой середине почётных мест. Внешне обе Волшебницы очень походили друг на друга, не говоря даже о почти полной идентичности одежд — за исключением украшений. Взгляды обеих были исполнены льда, но у Хетты примешивалась ещё и неприкрытая враждебность (с долей опаски — и она, очевидно, безуспешно пыталась вскрыть сознание Неведомого Мага). А рядом с Хеттой в спокойной позе отдыха восседал плотный широкоплечий мужчина, с пробитыми серебряными прядями короткими чёрными волосами и загорелым лицом, отмеченным многочисленными шрамами. С плеч мужчины свободными складками спадал золотистый плащ, и это не оставляло ни малейших сомнений в том, кто этот Маг — Тан Торфин собственной персоной. Сознание Янтарного не задёргивала защитная вуаль, и Катри потянулся к нему без колебаний (ведь его самого только что пытались прочитать!). Викинг не сопротивлялся, хотя и заметил, конечно, чужую магию. Но то, что Эндар сумел прочесть в мыслях Жёлтого Мага, заставляло задуматься — и было над чем.
Прежде всего, Неведомый Маг с изумлением понял, что Хетта не обманывала Торфина — она действительно собиралась сочетаться с ним узами брака (разумеется, после победы). В данном случае любовное влечение не слишком много значило для Инь-Ворожеи (хотя и оно присутствовало), расчёт обнаруживался даже не при слишком пристальном рассмотрении. Как и сам Катри, Хетта прекрасно понимала начальную нестабильность будущего королевства и все вытекающие из этого возможные осложнения. Она собиралась заручиться постоянной поддержкой личной гвардии, и этой гвардией должна была стать дружина Тана. Бродяга Вселенной вполне мог надеяться стать Королём Шести Доменов — Владычица предложила ему не только любовь. А это значит, что биться он будет упорно… Предварительные переговоры уже состоялись, и именно этим объяснялось то, что в Энтераоне присутствовала не вся дружина Торфина. Почти два десятка Викингов отказались остаться в Мирах Шести Доменов — любой Искатель имеет право оставить своего предводителя, если тот намерен изменить бродячий образ жизни на сидячий. Они сбились в две ватаги под водительством своих Атаманов и ушли, как только окончательно поняли, к чему клонится дело. Из девяти ватаг у Тана остались семь — но это больше шестидесяти опытных в магии бойцов, впятеро больше, чем магов-людей у Катри. Оставалось уповать на то, что Звёздный Викинг всё-таки выберет единоборство — ведь Неведомый Маг мог бы привести с собой больше воинов, если рассчитывал меряться ратной силой.
Впрочем, кажется, поединка можно избежать — Катри чувствовал, как смотрят на Неведомого Мага четверо Хранительниц, сидевших рядом с главными виновницами всего собрания — две рядом с Кариссой, справа, и две слева, возле Хетты и Торфина. Уязвлённое равнодушием Кариссы мужское самолюбие Властелина теперь могло потешить себя — все четверо Владычиц малых доменов и не собирались таить свой откровенный интерес к загадочному пришельцу. Только сейчас Катри смог оценить в полной мере дальновидность и хитрость Кариссы. Логика простая — Хетта опирается на Торфина, Карисса — на Неведомого Мага, но последняя отнюдь не собирается брать своего якобы друга в мужья (Эндар не сомневался, что Карисса тем или иным способом известила о своих намерениях всех четверых вассальных Владычиц). Значит, любая из четырех может попытаться завоевать сердце Властелина и сделать Неведомого Мага своей опорой. Магия Инь — страшная сила, а трон Королевы поначалу будет весьма шаток — усидит ли на нём Карисса? Оставалась единственная причина, удерживавшая сторонниц Хетты от того, чтобы немедленно её оставить — никто из четырёх Валькирий не знал точно пределов силы Неведомого Мага (а вдруг опора окажется непрочной?). Карисса и здесь не сделала ошибки — в Пограничном Мире она посетила Властелина почти что тайком, а детали магического сражения с Чёрными Разрушителями остались малоизвестными. Да, конечно, Неведомый Маг выглядит внушительно, и попытки подсмотреть он отбил играючи, но неведомое и есть неведомое — выстоит ли пришелец из Юного Мира (маг—самородок, скорее всего) против Тана Золотых Викингов? Вот в чём вопрос…