"Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 - Анна Чернышева

— Ничего, придумаешь, — попробовала улыбнуться женщина. — У тебя вся жизнь впереди.

Половину следующего дня молодой маг выбирал из наследия ушедших богов наиболее перспективные, с его точки зрения, предметы. Конечно, он не собирался забирать всё, что предложила графиня, а та и не настаивала. Утром повозку запрягли, да ещё какие-то сундуки привязали к ней накрепко.

— Я приказала положить в сундуки некоторые ненужные мне теперь вещи. Только ты открой их лишь после того, как прибудешь в Артуду, не раньше, — сказала Портия, когда Олег уже собирался уезжать. — Может быть, мы когда-нибудь ещё увидимся.

Повозка тронулась и выехала с внутреннего двора. К женщине подошла её дочь.

— Уехал.

— Уехал, — повторила Портия.

— Он не догадался?

— Нет, конечно, я была очень убедительна. Всё прошло так, как мы с тобой и спланировали.

— Коррийн тоже ничего не заподозрил, матушка?

— Куда ему! Он столько лет провёл в четырёх стенах, что такие сложные интриги никогда не научится плести.

— Значит, можно готовиться к свадьбе?

— Можно, Лавена.

— Это хорошо, — девушка развернулась, и пошла было в замок, но остановилась. — Почему ты не пошла к нему вечером? Он так на тебя смотрел и тогда, и сейчас.

— Мне он неинтересен. А вот ты, если захочешь, непосредственно перед свадьбой можешь его навестить.

— Я не в его вкусе. Он на тебя запал, — грустно усмехнулась Лавена.

— Ничего, грусть от упущенной возможности будет его съедать будущие месяцы, а тут неожиданно являешься ты, так похожая на меня. Он не устоит, поверь.

— Ты уверена, что он — маг из другого мира.

— Почти да. У него нет жезла, он не использует заклинания, но исцеляет от сложных заболеваний простым касанием рук. На его шее ты видела золотую цепь, а на пальце перстень, которыми владел мой дед. Я продала их осенью надёжному столичному скупщику, а тот возьми и неожиданно умри вместе со всеми своими головорезами. Это не совпадение, поскольку я встречалась в молодости с одним подобным магом. Я тебе не раз говорила, что, к сожалению, ты не унаследовала от него дар.

— Значит, теперь есть возможность, что может унаследовать мой ребёнок?

— Ты всегда была очень умной, дочь моя.

***

Всю дорогу в Артуду Олег прокручивал в своей голове произошедшее и ни в чём не мог себя упрекнуть. Его заманили в ловушку, он с честью из неё вышел и отомстил. Жаль, конечно, что Портия так и не сделала первый шаг, а он не посмел после всего случившегося. Жаль. Какая же она шикарная женщина!..

Кстати, что графиня положила в дополнительные сундуки? Да их ещё так перевязали, что придётся потратить много времени, чтобы снять с повозки. Ладно, всё можно посмотреть в «Крепких щитах», благо ехать на таком хорошем средстве передвижения, в которое запряжены очень резвые кони, будет не очень долго. Олег вернулся к своим мыслям о чудо-материале, которое должно скрывать магический взгляд и почти не заметил, как приехал в столицу.

К сундукам удалось добраться лишь на второй день. Молодой человек стоял перед откинутыми крышками и недоумевая смотрел на стопки дорогой мужской одежды. Когда первое впечатление прошло, Олег догадался, что это всё принадлежало Лайло Саркедоу. Пришла идея всё это выкинуть, но ненависть к графскому сыну прошла ещё в дороге, а расчётливость никуда не делась. Носить принадлежавшее той сволочи не хотелось, но и тратить свои немногочисленные деньги на новую, тоже. К тому же такое количество костюмов бывший наследник вряд ли успел заносить до потёртостей. Скорее всего, их он надевал не более нескольких раз. Пусть остаётся. Будут памятью о Портии.

Когда Мирим увидела своего любовника в дорогой одежде, то возревновала и начала кидаться первыми попавшимися под руку вещами, крича обидные слова о мужской природе. Поначалу это было забавно, но быстро наскучило, а портниха только разошлась, позабыв о своём непростом состоянии. Пришлось незадачливому моднику позорно бежать, не обращая внимания на изумлённых прохожих. Вот тебе и подарочек от графини.

А вот Эльме новый аристократичный вид Олега очень понравился. Она в очередной раз сравнила молодого мага со своим мужем, и счёт опять был не в пользу законного супруга. После того как они отдышались, Эльма приступила к домашнему заданию, — рассказу о генеалогическом древе купеческой семьи. У её мужа имеются неженатый брат и две незамужние сестры. У свёкра — два брата и две сестры. У всех четверых имеются семьи и дети.

Сколько Олег не раздумывал, получалось, что особых проблем с наследством нет. Вот только братья свёкра могут начать тяжбу при условии рождении девочки. В случае рождения наследника, закон будет на его и Эльмы стороне.

Как известно, язык у человека без костей. Франаун Вайвбилк, воодушевлённый почти быстрым и, к тому же, лёгким выздоровлением, разболтал своим знакомым о путешественнике, излечивающего болезни дымом и мазями. Те, естественно, не поверили, но цветущий вид известного волокиты вскоре убедил их в правдивости невероятного рассказа. Не сказать, что все вот так сразу бросились лечиться от всяких болячек, но некоторые решили рискнуть и не пожалели.

Всё, поведанное Франауном, совпало с личным опытом. Главное — почти моментальный результат. Вот только Олегу особой прибыли эта популярность не принесла, поскольку никто травнику, как его иногда называли, несмотря на торг, больше десяти серебряных монет давать и не думал. Ну не маг же он, чтобы большие деньжищи запрашивать!

Возможно, стоило бы не увлекаться такого рода деятельностью, но тут был один момент, отказываться от которого попаданцу не хотелось, — знакомство со столичными дворянами. Почти все из них не были аристократами, а по большей части младшими сыновьями баронов и графов, но никто и не обещал, что герцоги и короли образуют очередь к травнику. Проблему с низкой оплатой попаданец сразу решил простым образом, — теперь он в дорогой одежде посещал возможных клиентов, называл себя гостем из далёкого государства (для большей значимости ещё и изменив имя на более представительное — Олегус), и, таким образом, почти поднялся до уровня безземельных дворян, и тем приходилось соглашаться с аргументами о более высоком уровнем оплаты. Хотя, и в этом случае больше пятнадцати цербов давали немногие. Но и то хлеб.

Из травника, специализирующегося на лечении срамных болезней, Олег быстро переквалифицировался в заморского терапевта,