Фантастика 2026-145 - Ярослав Яловецкий

Как и ожидала, Арифмантику я сдала легко. Цыганка своими успехами и неудачами не делилась, а вот Михаэль со своего экзамена вышел недовольный.

— Представляешь, меня пытались завалить, — возмущался француз.

— Ты уверен? — Усомнилась я.

— Уверен ли я в том, что в Шармбатоне не изучают те заклинания, которые использовал этот викинг в спарринге? Да я в этом убежден! Если бы отец дополнительно со мной не занимался я бы слил этот бой на первой же минуте, — размахивая руками эмоционально рассказывал Михаэль

Профессор ЗОТИ Бьерн Бавре действительно чем-то напоминал древнего викинга. Мощное тело медведя, борода и длинные волосы, заплетенные в сложные косы. Для полного сходства ему не хватало только шлема с рогами и топора.

— Ну, программы в разных школах могут отличаться, это нормально. Я вот вообще не учила УЗМС и теперь смутно представляю, как буду его сдавать, — попыталась я сбить Бонаккорда с теории всеобщего заговора против одного отдельно взятого француза. Что характерно Радан молчала и в разговор не вмешивалась. Хоть и слушала очень внимательно.

К Чарам, которые шли следующими наша троица готовилась тщательнее. Блондин даже отказался от своей ежевечерней тренировки на поле для квиддича, которую я регулярно наблюдала, попивая чай на собственном балконе.

Но этот экзамен мне показался на удивление легким. Хотя у цыганки явно были какие-то проблемы. Мы с Михаэлем так и не дождались, когда она выйдет из кабинета и отправились на обед без нее.

— На целительском факультете Чары — это один из профильных предметов, может поэтому с Марты спрашивают строже, — беспечно пожал плечами шармбатонец.

Мне сухенькая старушка, представившаяся профессором Демирой Бурк понравилась. Спрашивала по делу, уточняющие вопросы задавала со знанием предмета. Чувствовалось, что она может многому научить. Хоть занятий еще и не было, но я уже знала, что на Чары буду ходить с удовольствием.

Дальше в моем расписании стояли Древние Руны, которых я ждала больше всего. Даниил Смирнов должен был приехать непосредственно в вечер перед экзаменом. Директор обещала, что обратно в отпуск он уже не уедет. Так что я надеялась дополнительно получить пару неофициальных консультаций. Главное было произвести положительное впечатление на преподавателя. Для этого я даже выпросила у профессора Декиты перечень тем, которые студенты Ильверморни изучали на Рунологии с третьего по пятый курс.

Как и указывалось в обзорных брошюрах школы, до сдачи местного аналога СОВ основной упор делался на классический старший и младший футарк. Руны русичей углубленно изучались на шестом и седьмом курсе, а до этого давались лишь обзорно: дети знайте, что и такое бывает.

— Добрый день, мисс Грейнджер. Если вы сдадите сегодняшний экзамен, я стану вашим преподавателем Древних Рун, обращаться ко мне можете профессор Смирнов, — с легким русским акцентом поприветствовал меня довольно моложавый русоволосый мужчина с козлиной бородкой. Я поздоровалась в ответ и приступила к выполнению первого задания.

Уже с первых вопросов я поняла, что Михаэль тогда не врал и не ошибался. Его действительно валили на ЗОТИ, как и меня сейчас. Практически половина вопросов теста касалась славянских рун, а не распространенного футарка. Если бы не мое фриволите и кружевные артефакты, меня бы сейчас даже к практическому заданию не допустили.

— Что-то не так, мисс Грейнджер? — Спросил преподаватель с такой ехидной улыбочкой, что я поняла, он прекрасно знает, что именно «не так» в этом тесте. После этого выпада, козла он мне стал напоминать сильнее. И на личные консультации идти перехотелось.

— Все в порядке, профессор, просто с мыслями собираюсь, чтоб точнее сформулировать ответы, — ответила я, пытаясь удержать самое наивное выражение лица, на которое я только была способна.

— Ну-ну, — не поверил ни единому моему слову Смирнов. Усевшись за стол, рунолог принялся усердно читать какой-то журнал, обложку которого мне было не видно из-за стопки книг, лежащей на столе.

Я принялась строчить ответы, стараясь писать максимально полно и четко. Большая часть вопросов касалась толкования того или иного символа, но были и задания о биографии известных мастеров или истории создания различных артефактов.

В качестве практики мне предложили разобрать и объяснить пять готовых рунных цепочек и составить две свои по заданным параметрам. И здесь из семи практических заданий четыре оказались по рунам русичей. Славянин явно ждал, что я взорвусь, но я лишь крепче сжала зубы и начала усиленно черкать пером на пергаменте, выводя нужные символы.

Мои действия заинтересовали преподавателя и не выдержав, он отложил журнал, вышел из-за стола и встал у меня за спиной, заглядывая через плечо. Минут десять он наблюдал за моей работой, а потом ткнув пальцем в одну из рунных формул заявил:

— Эта связка не будет работать.

Я лишь мельком взглянула в указанные символы. В этой строчке я была полностью уверена, потому что именно эту последовательность я использовала в своем самом первом поясе, созданном для Малфоев.

— Эта связка вот уже три года прекрасно работает в Мунго. Главный целитель Сметвик может это подтвердить, — парировала я. Вышло немного раздраженно, но этот козел меня достал. Стоит тут, действует на нервы.

— Вы ставите под сомнение мои слова? — Изумился Смирнов.

Я отложила перо и полезла в свою сумку. Да, я притащила с собой тот самый номер «Пророка», в котором Гиппократ пел хвалебные оды моему артефакту. И фото пояса с этой самой спорной связкой там тоже было.

Признаюсь, изначально я собиралась, то ли нагло хвастаться, то ли набивать себе цену, напрашиваясь в личные ученицы мастера. Но за последние два часа я резко передумала. Теперь же я до последнего планировала скрывать свои наработки, особенно работу с шерстью единорогов.

Сейчас же мне просто хотелось ткнуть носом этого самовлюбленного профессора. И мне это удалось. Даниил выхватил у меня из рук газету и сначала пристально рассматривал кружевной пояс в руках колдомедика, а потом стал внимательно читать статью Скиттер. Хоть плетение на колдофото видно было и не четко, но последовательность рун прочитать было можно.

Я же на преподавателя отвлекаться не стала, чтобы не потерять мысль, и продолжила выводить экзаменационную связку. Перепроверив работу трижды, я отложила перо. Смирнов в это время перерисовывал рунную цепочку пояса себе в блокнот, пытаясь развернуть газету так, чтобы увидеть все символы.

Заметив его старания, я