Мюррей Лейнстер - Космические скитальцы

— Уже вернулись? Так быстро? Вы опережаете все графики! Вот Вернер, он тоже только что вернулся с топливной станции, где изучал ситуацию.

Бордман несколько изменился в лице, как будто его укусила пчела. Но вежливо кивнул, в то время как Вернер постарался улыбнуться — впрочем, безуспешно. Он сидел совершенно бледный.

— Мой пилот с корабля сейчас со мной на земле. Лейтенант Барнс, — представил Бордман. — Весьма многообещающий молодой офицер. Благодаря ему мы сэкономили много часов при посадке. Лейтенант, это начальник сектора Сандрингам и мистер Вернер.

Садитесь, Бордман, — пропыхтел Шеф. — Вы тоже, лейтенант. Как там на горе, Бордман?

— Мне кажется, вам это известно так же хорошо, как и мне, — отозвался Бордман. — По-моему, я видел там видеокамеру.

— Совершенно верно. Но разве что-либо сравнится с инспекцией на месте? Вот вы только что оттуда: как обстановка?

— Обстановка неадекватна тому, какие существуют объяснения замеченным мною явлениям. Но в целом все очень плохо. И степень тяжести ситуации зависит от вязкости грязи по всему острову. То, что внизу, под грязью, напоминает гороховый суп. Это совсем никуда не годится! Но какова вязкость спрессованной почвы на поверхности: надеюсь, она суше, чем на дне?

Сандрингам вздохнул.

— Хороший вопрос. Я послал за вами, Бордман, когда дело ухудшилось и почва была на грани скольжения. Это могло начаться в любой момент. Средние значения вязкости в трех случаях составляют десять к шести. Это дает нам некоторый запас времени. Но явно недостаточный.

— Не совсем достаточный, — нетерпеливо перебил Бордман. — Ирригацию необходимо остановить!

Начальник сектора скривился в гримасе.

— Я не имею никакого влияния на жителей. У них свое правительство. А вы помните, конечно: “Гражданские учреждения и правительства могут пользоваться советами представителей Колониальной Инспекции и обращаться к ним с просьбами, но в каждом случае такой совет или просьба должны использоваться ими только с выгодой для себя и ни в коем случае не являться предметом соглашения quid pro quo [21]”, — Сандрингам мрачно усмехнулся. — Это означает: нельзя вмешиваться. Они мне всю плешь проели за те пятнадцать лет, что я пытаюсь ликвидировать ирригацию! Я советовал вообще от нее отказаться, но им этого не понять. Ирригация означает больше пищи, а пища для них — это почти все. Вот они и рвутся в бой. За последний год они выстроили два новых завода по опреснению воды.

Вернер нервно облизнул губы. Он заговорил, и голос его звучал куда выше и пронзительней, чем помнилось Бордману:

— Теперь они узнают! Что бы ни случилось, это сослужит добрую службу!

— А сейчас они требуют, чтобы мы пустили их на территорию Резиденции, — сказал Сандрингам. — У нас нет ирригации, и поэтому наша территория не соскользнет в море, заявляют они. И вот они требуют, чтобы их пустили сюда, и они будут прятаться здесь, пока их земли уйдут под воду. Либо — пока земля не высохнет и не станет устойчивой.

— Почему мы должны пускать их сюда?! — гневно закричал Вернер. — Они сами виноваты в случившемся!

Сандрингам замахал руками.

— Я не занимаюсь абстрактным администрированием. Для этого есть компетентные специалисты. Мне нужно только разобраться в ситуации. Проблем море! Бордман, вы уже работали на заболоченных планетах и имеете опыт по этой части. Что нам сделать для замедления скольжения, не дожидаясь, пока весь остров уйдет под воду?

— Нам понадобится не так уж много, — заметил Бордман. — Дайте время, и я найду способ. Но случись сейчас большой шторм, и все будет кончено. Цифры по вязкости близки к безнадежным.

Шеф оживился.

— Сколько у нас времени, Вернер?

— У нас его нет! — выпалил тот. — Единственный выход — попытаться перевезти как можно больше людей на твердую почву в Арктику! Нужно наполнять лодки до отказа! И следует отправить два космических корабля за помощью, чтобы собрать флот и эвакуировать как можно больше людей!

Бордман поднял руку, прося внимания.

— Интересно, в чем состоит реальная проблема, — сказал он. — Ведь дело не только в скольжении почвы! Почему бы не пустить сюда поселенцев, которые дождутся лучших времен, — вот и лейтенант Барнс подумал об этом.

Сандрингам посмотрел на Барнса, который залился румянцем.

— Наверное, у вас есть причины не делать этого, сэр, — пробормотал он.

— Да, и даже несколько, — сухо ответил Шеф. — Мы слишком дол^о не пускали сюда колонистов. Если мы сейчас разрешим им это, начнется настоящая паника и драка за право войти первым. Это приведет к настоящей трагедии!

Он перевел дыхание.

— Им повезло, что Резиденция находится здесь. Можно сказать, само Провидение к ним благосклонно. Узнаем позже! Но десять дней назад мы обнаружили следующее: на складе топлива для кораблей начало зашкаливать приборы. Они не регистрировали утечку топлива. А утечка произошла. Вы знаете, что топливо безвредно, пока заморожено. И знаете, как оно действует, будучи размороженным. Смешиваясь с влагой на почве, оно не только взрывоопасно, но еще и приводит к коррозии — проедает дыры в других контейнерах. Можете себе представить, на что это похоже?!!

Бордман почувствовал настоящий страх.

— Найти бы того человека, который все это устроил с топливом! — воскликнул Вернер театральным голосом. — Он же всех нас погубил! Пока мы не переместимся на твердую почву Арктики.

— Вот еще почему нельзя пускать их сюда, Бордман, — сказал начальник сектора. — Наши топливные склады выходят к скалам. Разлитое топливо — а оно уже разогрелось — потечет по скалам, разъест остальные контейнеры, а потом просочится в почву и смешается с водой.

Бордман ощутил мороз по коже.

— Я полагаю, что они ходят на цыпочках, затаив дыхание, стараясь ничего не уронить. Теперь мне ясно, почему нельзя было садиться на ракетных двигателях!

Его охватил ужас. Топливо для космических кораблей совершенно безопасно, пока заморожено изготовителем. Это химико-энергетическая смесь, атомы которой удерживаются прочными связями. Нужно много энергии, чтобы разорвать эти связи. Когда топливо разогревается или катализируется, оно проходит следующую стадию. Оно приобретает модификацию, избежать которой позволяет замораживание. Изменяется конфигурация молекул. То, что было неподвижно благодаря холоду, становится крайне нестабильным. Достаточно взмаха пера, чтобы произошла детонация. Крик может вызвать взрыв. В норме, оно взрывается по одной молекуле в двигателе корабля, будучи катализировано в специальных условиях. Корабельное топливо содержит измеряемую фракцию энергии космического взрыва. Но лучше использовать ее только в двигателях корабля.