"Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 - Анна Чернышева

Утренний триумф прошёл при всеобщем ликовании народа и продолжался более часа. Всем не терпелось посмотреть на нового правителя, разгромившего легионы ромейского императора. Евпла не очень привлекало это торжественное мероприятие и он, воспользовавшись свободным выходом из Верии, направился в Антиохию к своим родным. Что бы не происходило в государстве, а семья намного важнее. Через два дня он уже обнимал своих жён и детей, отвечая на их вопросы и выслушивая ответы на свои…

– Какие у тебя думы о речи Аристофана, которую он произнёс перед патрициями Верии после своего триумфа? – спросил Флориан Керуларий, спустя пару седмиц после возвращения Евпла.

– Ты о том, что Сенат будет сформирован лишь после окончания войны? Мысль здравая, поскольку единоначалие в подобные смутные времена может принести больше пользы. Сенаторы лишь будут раздувать щёки и набирать себе политические очки, вместо того, чтобы действительно стремиться решить важные проблемы.

– Я тоже так думаю, друг, – улыбнулся Флориан. – Сенат хорош в мирное время, а в нынешнее они просто будут заняты говорильней. Не знаю, заметил ли ты, но Аристофан предлагает дать женщинам, платящим налоги, те же права, что есть у мужчин.

– Да, – махнул рукой Евпл. – Это интересная идея, но я думаю, она популистская. Генерал хорошо знает, что Сенат, если он вообще соберётся в ближайшие годы, не проголосует за подобное нововведение. Хотя, нельзя не согласиться, что многие законы, по которым мы до сих пор живём, приняты очень давно и их следует пересмотреть.

– Ромейские императоры в последние десятилетия уже начали какие-то законодательные изменения, – кивнул чиновник, – но их явно недостаточно. К тому же, я почти уверен, что их принятие было вынужденным, а не добровольным.

– Поясни, пожалуйста?

– Я попробую. Представь, на дороге лежит довольно большой камень и на протяжении многих лет повозки наезжают на него своими колёсами, и те часто приходят из-за этого в негодность. В конце-концов, магистрат выносит постановление выкопать этот камень. Я называю это решение вынужденным. Если бы чиновники действительно заботились о всеобщем благе, то такой камень был бы убран уже давно, ещё во время прокладки улицы. Так и с законами, – их изменяют не потому, что императоры вдруг стали прозорливыми, а потому, что по ним жить всем давно уже невыносимо.

– Не хочешь ли ты сказать, что Аристофан заснуть не может, если не примет очередное постановление об улучшении жизни граждан? – с ехидством спросил Евпл.

– Нет, конечно. Большинство правителей заботятся лишь об удержании власти. Чем же хороша нынешняя ситуация, так это тем, что правителю Асии, если он сумеет в конце-концов удержать власть, придётся больше думать не только о патрициях и военных, но и о жизни простых людей. Но, рано или поздно, такой настрой иссякнет, и всё потонет в коррупции и беззаконии. Надеюсь, в ближайшие годы хоть что-то изменится в лучшую сторону.

– Неужели ты стал антикоррупционером? – уже открыто стал потешаться Евпл.

– Нет, конечно же. Я лишь использую лазейки в законах, поскольку если не сделаю это, то найдутся другие желающие. Вряд ли кто обвинит меня в том, что я вынуждаю давать мне взятки, не исполняя свои обязанности. Нет, я лишь предлагаю другой путь ко всеобщему благу.

– А ничего, что слово всеобщий ты прилагаешь далеко не ко всем людям?

– Быть хорошим для всех никогда не получится, – не обиделся чиновник. – Законы всегда ограничивают желания одних в угоду другим. Ты же читал книги, в которых современные философы пишут об идеальных государствах, где всё подчинено общему благу для своих граждан? – и дождавшись ответного кивка, продолжил. – Такого не будет никогда, поскольку противоречит человеческой природе. Всегда найдётся кто-то, чей образ жизни не понравится его соседу. Причём, это может быть взаимным.

– Вижу, наша беседа пошла куда-то не туда, – заметил Евпл. – Какой прогноз ты дашь на ближайший год?

– Если Аристофан ещё несколько раз победит Андроника V, то последний, скорее всего, заключит какой-нибудь мир, поскольку держать войска в одном месте, – это не иметь их в других. Не исключено, что хазарский кахан, глядя на нынешнюю ситуацию, решит, что для него настал благоприятный момент, и следует прибрать к рукам те земли, которые ещё век назад были спорными. Весь вопрос лишь в том, на каких именно условиях будет заключён мир, – обретут ли Асийские провинции независимость или наиболее приемлемым результатом станет признание широкой автономии. В любом случае, после этого денег в провинциях должно оставаться больше, поскольку иначе Аристофана никто не поймёт.

– Если эти деньги всё-равно продолжат разворовывать, то простым людям сложно будет объяснить зачем вообще нужна была эта война.

– Я о том и говорю, – повторил Флориан, – Аристофану надо будет показать, что с его приходом начнутся серьёзные изменения. Не зря же он, к примеру, заговорил не только об организации из местных граждан силах самообороны, что должно серьёзно снизить потребность в стражниках, но и о разрешении всем состоятельным людям собирать собственные вооружённые отряды с обязательством в военное время выступить против захватчиков.

– Мне не очень нравится идея, – признался Евпл, – стать полуофициальным офицером с непонятными обязанностями и полномочиями, но в данной ситуации, возможно, иного пути нет.

– Мне не нравится другое, – патриции начнут уже открыто вступать в конфликты друг с другом провоцируя более значительный передел собственности. Да, вооружённые столкновения происходили и раньше, но хотя бы внешне все пытались сделать вид, что их нет, поскольку подобное было наказуемым. Так что жди в ближайшее время предложений о вербовке, поскольку мало у кого сейчас в подчинении столько проверенных бойцов. Да и маги, которых открыто использовал император фарсов на своей стороне, заявили о себе как о весьма серьёзной силе.

– Ты хочешь сказать, что меня теперь захотят приблизить к себе не только патриции, но и…

– Именно так, дорогой друг, именно так.

Евпл не удивился, когда через полтора года было подписано мирное соглашение между правителем восточной части Ромейской империи и правителем государства Асия. Как ни странно, но император западной части империи так и не вступил в конфликт,