Фантастика 2026-145 - Ярослав Яловецкий

Я шла по вагону, выискивая себе пустое купе. Отворив очередную дверь, я увидела… бомжа, спящего на одном из сидений. Да, это же Люпин, осенило меня. И что он тут делает, если Блэка ловить уже не надо. Неужели в Хогвартсе без оборотня нельзя было обойтись?

Оставаться рядом с опасным пассажиром не хотелось и я прошла дальше по вагону. В последнем купе обнаружилась Лаванда. Чуть позже к нам присоединилась Парвати. А последнее пустое место неожиданно занял Долгопупс.

— Ты давно виделась с Малфоем, — внезапно спросил Невилл, когда мы уже подъезжали к Хогсмиду.

— Несколько дней назад встретила его с отцом на Косой аллее, когда закупалась к школе. А что? Я там многих видела, с Поттером даже мороженое у Фортескью ела, — удивилась я вопросу.

— О, меня Гарри тоже мороженым угощал неделю назад, он там в Дырявом котле половину лета прожил, — поделилась информацией блондинка.

— Да так, ничего, — немного обиженно ответил Долгопупс и уставился в окно.

Странный он, подумала я, но внимание на не совсем адекватном поведении Невилла заострять не стала.

Очередная песня шляпы и распределение на третьем курсе интереса уже не вызывали. Дамблдор представил Люпина, Северус демонстративно выражал свою неприязнь. Двойной шпион и не может скрыть своих эмоций — не верю. Скорее это негласный сигнал для слизеринцев.

Учеба проходила в привычном режиме. Интерес вызывали только новые предметы в моем расписании. Мне понравилась профессор Бабблинг, преподающая руны. Видно было, что она любит и знает свой предмет. Дамой она была весьма требовательной и строгой, но это даже хорошо.

Профессор Вектор, читающая арифмантику, вела свой предмет скучновато. Слушать можно, но особого интереса он не вызывал. Может и правда нужно было выбрать уроки Хагрида? Хотя, помнится, что после первого урока с гиппогрифами третьекурсники до конца года кормили флоббер-червей капустными листьями. Не веселее арифмантику.

В первые же выходные я отправилась на свою любимую полянку за теплицами. За лето она подзаросла травой, но мне это не мешало. Я планировала провести за фриволите весь день до самого ужина. Хотелось побыстрее сделать хотя бы часть заказа для Сметвика. Не столько из-за денег, сколько из-за желания помочь его пациенткам. Из моей сумки раздавался аппетитный аромат пирожков, взятых с собой в качестве обеда.

Через час после начала работы у меня появилось стойкое ощущение, что за мной следят. Я несколько раз отрывалась от плетения и осматривалась, даже обходила полянку целиком, но ничего подозрительного не заметила. В какой-то момент стало понятно, что слежка ведется из Запретного леса. И вроде знала, что ничего опасного оттуда не может проникнуть за защитную границу, но было страшновато.

Вскоре к ощущению слежки добавились настораживающие шорохи в кустах. Там явно кто-то был, но рассмотреть его, не входя в лес, было невозможно. Искать себе приключения я не собиралась, поэтому собрала вещи и ушла, решив перенести работу на следующий день.

— Гермиона, ты сегодня рано. Мы думали, опять до самой ночи будешь свое кружево плести, — высказала общую мысль Лаванда, когда я вернулась в спальню задолго до ужина.

— Вдохновения что-то нет, — соврала я, опасаясь, что мне могут запретить мои посиделки за теплицами.

Во всем есть свои плюсы, от безысходности сделала все домашние задания на ближайшие три дня. А вечером вспомнила про карту Мародеров.

— Клянусь, что замышляю только шалость, — прошептала я пароль, предварительно задвинув шторки балдахина.

На моей полянке ожидаемо никого не было. Что интересно, карта показывала не только территорию Хогвартса до границы школьного двора, но и территорию за ними. Но не сплошной полосой, а какими-то кусками. Где-то больше, а где-то меньше. Видимо, это были тропы по которым в свое время успела пробежать славная четверка в своих звериных обликах. До этого я не обращала внимания на этот нюанс артефакта, теперь же он мог пригодиться.

В воскресенье после завтрака я снова была за теплицами. Сегодня помимо какао и пирожков взяла с собой еще и карту Мародеров. До обеда ничего не происходило. Я спокойно выплетала руны узелок за узелком, отрешившись от мира. Решив немного передохнуть и подкрепиться, достала какао и пирожки. По поляне разнесся вкусный аромат выпечки, а следом опять появилось ощущение слежки.

Стараясь вести себя естественно, я незаметно достала карту и прошептала пароль. Себя за я нашла быстро. В ближней теплице к Хогвартсу находилась точка «Помона Спраут», которая даже в выходной обязательно что-то поливала или подвязывала. А в Запретном лесу у самой кромки я заметила точку «Сириус Блэк». И что теперь делать с Бродягой?

Я порывшись в сумке вытащила старый номер «Пророка», который сохранила на память. В нем как раз описывался двойной суд над Петтигрю и «невинным узником Азкабана». В какой-то момент мелькнула мысль, а вдруг он в тюрьме с ума сошел? Но я успокоила себя тем, что в этом случае защитная граница его не пропустит. Наверное.

— Мистер Блэк! — Прокричала я, обращаясь к кустам, указанным на карте. — Не бойтесь, выходите, я вас пирожком угощу.

В кустах что-то зашевелилось, но выходить оттуда никто не торопился, но и уходить не спешил.

— Мистер Блэк, я вижу вас на вашей же карте. — обратилась я к кустам повторно, — Сейчас кину вам газету, в которой написано, что вас давно оправдали. Просто никто не знал, как вам это сообщить.

Я скомкала газету в плотный комок и кинула в кусты. Мой импровизированный мяч пролетел немного дальше. Но тут уж, что поделать, я не охотник из квиддичной команды, чтоб точно в цель квофлы кидать.

Шорох веток и листьев сменился звуком разворачиваемой бумаги. Несколько минут ничего не происходило, а затем над поляной разнесся пронзительный собачий вой. Не знаю. Чего в нем было больше обиды и тоски или радости и облегчения. А еще спустя какое-то время на поляну вышел очень худой, грязный и заросший человек.

— Добрый день мисс…, простите, не знаю, как вас зовут. Вы мне пирожок предлагали?

— Добрый день, мистер Блэк, меня зовут Гермиона Грейнджер. Я учусь вместе с вашим крестником Гарри Поттером. Присаживайтесь, — немного волнуясь пригласила я бывшего заключенного, раскладывая оставшиеся пирожки и наливая ему какао.

Кружку пришлось наспех трансфигурировать из ножниц, и ручка у моего творения осталась именно от них. Но Сириус претензий не предъявлял. Он с аппетитом поглощал пирожки, хорошо,