Николай Грубов - Не стань лишним

— Ты все равно осторожнее здесь ходи, то, что никого нет еще ни о чем не говорит.

Осмотрели и дом, и склад, и гараж. Никого не обнаружили, нет и следов разрушения.

— Впечатление такое, что искали все-таки что-то, ты как думаешь?

Рита обессилено опустилась на скамейку стоящую перед входом в приезжий дом.

— Ничего не понимаю. Людей, скотину и технику забрали, а вещи на месте. Все перевернуто, как будто действительно что-то искали….

— А может кого-то? — Задал вопрос, подошедший Олег. — Коршунову явно это не нужно, а вот Дедов может послать сюда людей для поиска. Он-то знал, что тут твои хорошие знакомые живут?

— Не просто знакомые, они входили в наш клан. — Заметила расстроенная Рита. — Если это Дед то он, убедившись, что тут нас нет, на этом бы и успокоился. Зачем ему забирать фермеров, скотину, технику?

— Ну не знаю, может, ему таким образом отомстить захотелось тебе, или показать, что все может с тобой сделать. Слушай, а если он их как заложников взял?

— Ага, и технику со скотом тоже в качестве заложников забрал. — Съехидничал Михаил.

— Ну это-то как раз понятно, не оставлять же на разграбление другим, желающих всегда много что-то на халяву раздобыть. Хотя с Коршуновым ссориться ему совсем не с руки. Вероятнее всего тут побывали по наводке того же Деда братки Терпилы, они к грабежу весьма неравнодушны, хапают все что можно. А они могли и не знать, что эта заимка принадлежит Коршунову.

— Ладно ребята, давайте сами устраиваться будем, ночь на дворе, раненого обиходить надо, мертвого похоронить да и просто поспать. У меня уже и так почти сил нет, я не знаю, откуда у вас силы берутся. — Михаил направился к машинам.

— Мы с Олегом еще сходим на скотный двор, мы быстро.

— Не забудьте только, что не у себя дома находитесь, осторожность соблюдайте.

Михаил и Элла осторожно перевели пришедшего в себя Василия в дом, уложили на кровать в спальне, сделали перевязку и вкололи ему укол с чудодейственным лекарством.

Шумно вошедших в помещение Олега и Риту он встретил сердитым шиканьем:

— Тихо черти, Вася только заснул.

На кровать рядом с Васей положили ребенка. У Михаила можно сказать упала вниз челюсть.

— Это откуда?

— Ему надо тоже укол сделать — проговорила Рита — он совсем уже дошел, бедняжка, забился под сено в яслях, мы только по стону и обнаружили его. Судя по его изможденному виду, прятался уже давно.

— Совсем маленький еще, наверное, полный шприц ему не надо вливать — Михаил торопливо готовил новый шприц — А там больше никого нет? Может, стоит еще поискать?

— Да, это верно…. пойдем Рита, поищем, может еще, кто есть. Просто побоялись выйти. — Засуетился Олег.

— Вряд ли кто-то будет еще. Два других ребенка были уже большими, они бы не дали этому малышу пропадать. Вы посмотрите, как изможден мальчишка, наверняка дня три ничего не ел. Вода видимо, в бочке есть, а вот покушать нет ничего, а домой побоялся идти. Что-то его сильно напугало или кто-то.

— Интересно сколько ему годков? На вид лет пять. Надо приготовить бульон, попоить его. Да и обтереть влажным полотенцем не мешает, пахнет от него нечистотами сильно. Давай Рита на кухню вместе с Олегом, приготовьте, что сможете, покушать, и бульон тоже. Там в машине у меня лежали мясные консервы, с них пока бульон приготовьте. Элла тебе надо поухаживать за больными, не забудь протереть мальчика, да и одежду сменить желательно. А я пойду, вырою могилу, похоронить пора Рино, а то уже запах от него нехороший пошел.

Через час он позвал всех попрощаться с Рино.

— Я мало знал этого человека, вам же удалось прожить с ним рядом долгое время и я знаю, как тяжело прощаться с человеком которого любил. Жизнь это миг, зажглась звездочка, погорела немного и погасла. Одна горит дольше другая меньше, но все равно это только миг. Был человек, и нет его. Хорошо когда есть, кому про него помнить. Мы тебя Рино никогда не забудем. — И Михаил первым бросил горсть земли в могилу.

Элла зашлась в рыданиях, стала что-то говорить на испанском языке:

— Rinaldo, carino, perdona me es puedes. Que seas mejor alli que aqui. Lo siento querido[3]!

Рита тоже добавила еле слышно:

— Прощай мой брат, я тебя буду помнить. Я виновата, что втянула тебя во все это, прости, если слышишь. Я хотела только, чтобы нам всем было хорошо. Я за тебя отомщу, вот увидишь.

Уже почти засыпая, все пожевали безо всякого аппетита приготовленный ужин, и тут же улеглись спать, остался только Михаил дежурить.

— Олег, я тебя часика через четыре разбужу, иди спать. — Пообещал он своему молодому напарнику.

Только утром проснувшийся Олег понял, что дежурного тоже сморил сон. Правда никто их отдых не нарушил, и ночь прошла спокойно.

Повторный осмотр только убедил всех, что пришедшие сюда неизвестные забрали всех людей и куда-то увезли. Понять, кто это был, не представлялось возможным, но почему-то все склонялись к мысли, что тут поработали люди Терпилы. Рита и притихшая Элла прибрались в доме, приготовили завтрак, а мужчины занялись изучением груза и оружия, что взяли с места, где им пришлось расстрелять бандитов. Ничем другим Михаил назвать это побоище не мог. Чистый расстрел. Но как он считал, бандиты это заслужили и никаких мук совести за собой не заметил.

— Жаль пришлось быстро оттуда уезжать. Нужно было заснять на фоторужье все это дерьмо. Ведь специально фоторужье брал. Ну не специально для этого случая, да и кто мог знать, что такое случится. А так какой никакой, а документ. Бумажку можно было бы, потом оформить. Как думаешь Олег, прав я или нет?

— Конечно, прав. С бумажкой ты человек, а без бумажки ноль. У нас, у людей я имею в виду, всегда так было, так и останется на все грядущие века. Но раз никто больше кроме нас это не видел, то и говорить кому-то, во избежание ненужных приключений на одно интересное место, нам, ни к чему. Не хватало еще, чтобы на нас повесили и хозяев фермы. Я правильно думаю?

— Ну да, но Петру надо будет все рассказать, когда вернемся.

— А когда мы поедем назад? Ты, кстати, не спрашивал, какие мысли насчет этого у нашей принцессы?

— А вот сейчас и спросим.

Вышедшая Рита позвала мужчин в дом завтракать.

— Это моя мечта. Жить вот так в своем доме, заниматься своим личным и нужным для семьи делом, и чтобы жена позвала меня завтракать, так как заждались уже все дети, и стынет каша. С чем она кстати? Ага, с мясными консервами. Это лучше чем с «таком». — Михаил, приговаривая все это, вымыл руки и сел за стол. Как там Василий? — Обратился он к Элле. — Вы ему третий укол сделали? А мальчик? Оклемался немного? Он что-то говорил? Бредит только. Ну, это естественно. Испуг, голод, одиночество — даже для взрослого выдержать подобное сложно, а ребенку выдержать вообще запредельно. Хорошо еще, если умом не тронется. Ум-м-м, не каша, а мечта. Молодцы девоньки, умеете готовить.