Фантастика 2026-194 - Мария Геррер

Егеря доложили князю, что кабан найден, и можно начинать его загон. Мужчины устремились в чащу. Дамы, естественно, не присоединились к охотникам, и большинство осталось на поляне обсуждать светские новости. К Екатерине подъехала супруга губернатора на великолепном сером иноходце в яблоках и милостиво поздоровалась с девушкой.

– Хорошо, что вы чаще стали появляться в обществе. Вам давно надо было прекратить жизнь затворницы. На благотворительном аукционе вы мне очень помогли, и я вам бесконечно благодарна.

– Рада была помочь, – девушка не знала, что еще сказать в ответ на такое внимание. – Мне было не сложно это сделать.

– Ваша скромность вас украшает, – Ольга Васильевна была искренна.

Дамы из окружения губернаторши расплылись в счастливых улыбках – они тоже рады, что госпожа Несвицкая присоединилась к их тесному кругу. Девушку мутило от такого лицемерия. Еще недавно почти все они знать ее не желали. Екатерина неопределенно улыбнулась и тихонько отъехала от дам. Пусть продолжают сплетничать – ей это не интересно.

Она направила своего коня по просеке, подальше от общества, просто наслаждаясь окружающей красотой и вдыхая свежий воздух полной грудью. Шум охоты перемещался из одного конца леса в другой. Собаки бешено лаяли. Видимо, охота проходила успешно, и кабана должна была скоро настигнуть его печальная участь.

В конце просеки на своем вороном коне показался Генрих – он не принимал участия в загоне. Конь гарцевал под ним и горячился. Фон Берг махнул ей рукой, приглашая куда-то. Девушка пустила коня галопом, и они понеслись в глубь соснового бора.

Через некоторое время раздались беспорядочные выстрелы и собаки стали захлебываться от лая. Кони вздыбились и нервно заржали. Прошло несколько минут, и раздался одиночный выстрел – контрольный. Охота закончилась. Они повернули на лай собак и скоро оказались на поляне, где собралось все общество.

Посредине поляны лежал крупный кабан с огромными желтыми клыками. Под ним растекалось пятно крови. Рядом с ухом виднелся след от последнего выстрела, сделанный практически в упор – кабана не так просто убить. А раненый зверь готов дорого продать жизнь. Собаки лаяли и сходили с ума от желания вновь вцепиться в свою жертву. Они были, как всегда, отважны, и смело висли на кабане, задерживая его бег до того, как подоспели охотники.

В эффектной позе с роскошным ружьем наперевес, стоял губернатор. С него можно было писать парадный портрет. Статный мужчина лет пятидесяти с роскошными пышными усами и бакенбардами, тронутыми сединой, походил на мужественного короля. Его ружье было произведением оружейного искусства – серебряные накладки с гравировкой и тонкой резьбой, инкрустация перламутром. Конечно же, первый меткий выстрел, сваливший кабана, принадлежал ему. Остальные охотники открыли огонь только после него – субординацию никто не посмел бы нарушить. А контрольный выстрел произвел егерь – он отвечал за безопасность охоты. Даже теперь острые клыки матерого кабана внушали ужас.

Неожиданно раздался протяжный вой. Собаки тоже завыли и заметались. Одинокий выстрел пронзил лес. Несколько охотников и егерь поскакали на его звук. Екатерина и Генрих присоединились к ним.

– Похоже, это волк, – заметил барон.

Через несколько минут они добрались до нужного места и Генрих резко осадил вороного. Охотники окружили лежащую на земле большую волчицу. Ее подстрелил один из егерей – она давно совершала набеги на ближайшую деревню и задрала уже не одну овцу.

Агат храпел и не желал приближаться к мертвому зверю. Генрих спешился и подошел ближе. Из чащи вышел егерь, держа за шкирку на вытянутой руке волчонка. Тот скулил, огрызался и беспомощно мотал лапами.

– Нашел волчье логово. Странно, что в нем был всего один щенок – возможно, остальных она успела спрятать в безопасном месте. Крупная, зараза, – егерь кивнул на волчицу.

Екатерина соскользнула с коня и подошла к Генриху. Егерь отпустил волчонка на землю, и тот стал затравлено озираться по сторонам. Он был маленький и пушистый, как обычный щенок. Екатерина подошла к нему и присела рядом на корточки.

– Осторожнее, это зверь, – тревожно предупредил ее барон. – Ему уже месяца два и зубы у него острые. Это не собака, учтите.

– Он очень напуган. Весь дрожит…

Девушка медленно протянула к нему руку в кожаной перчатке и осторожно погладила по голове и спине. Он уткнулся ей в ноги и замер.

– Что будет с волчонком? – спросила Екатерина, поднимаясь в полный рост.

Все молчали и смотрели на Генриха. Вопрос задала его невеста, и решение оставалось за ним.

– Не знаю. А что вы хотите? Забрать его? – поинтересовался он у девушки.

– Я не хочу, чтобы его убили. Ведь его убьют?

– Вряд ли кто-то в деревне захочет держать на своем подворье волка, – уклончиво ответил барон.

Волчонок сидел в ногах девушки и не двигался. Будто искал у нее защиты.

– Так можно мне его забрать?

– Да, безусловно. Но куда вы его денете?

– Не знаю. Не в квартире же его держать. Но я не могу его здесь оставить.

Губы фон Берга тронула невольная улыбка:

– Я понял. Вы хотите, чтобы я взял его в поместье. Правильно?

– А можно? – с надеждой спросила Екатерина.

Она была похожа