"Фантастика 2026-200". Компиляция. Книги 1-24 - Дмитрий Ласточкин

вас так, что ни один демон не заметит, — подал голос египтянин. — И так же тихо выведем. А если придется, поднимем шум, пустив погоню по ложному следу. Царь заинтересован в мире между нашими странами и жаждет наказать виновных, пусть и не своими руками. Право на месть освящено богами, кто мы такие, чтобы противиться их воле? Но перед этим царь желает поговорить с Владимиром Федоровичем.

— Это возможно, — кивнул отец. — Но я буду присутствовать. После произошедшего особого доверия меж нами нет.

— Этот момент обговаривался, и царь не возражает. Ожидайте, через четыре часа он будет тут.

Египтяне дружно, как по команде, встали, быстро поклонились и вышли за дверь.

— Так какой у нас план-то? –посмотрел я на оставшихся.

— Все просто и сложно одновременно, — вздохнул отец. — Действовать будем так…

* * *

— Ваше Величество, — синхронно поклонились мы, встречая фараона Египта.

— Сиятельные Романовы, — доброжелательно кивнул нам Тутмос, одетый как бедный горожанин.

На нем была серая, покрытая какими-то сомнительными пятнами накидка, круглая шапка, с которой свисала ткань, прикрывающая лицо от ветра и чужих взглядов.

— Давайте без чинов, — предложил он, — нам надо многое обсудить.

Расселись уже за привычным столом. Сейчас мне больше предстояло слушать, а не говорить. На все вопросы, касающиеся моего спасения, будет отвечать отец. Далеко не все нюансы стоило знать фараону.

— Прежде чем мы начнем, я хочу извиниться перед тобой, Владимир, — склонил Тутмос голову. — За то, что позволил ситуации выйти из-под контроля. Законы гостеприимства попраны, мое слово нарушено, я опозорен перед богами и людьми. И эту ношу я буду нести до конца дней своих. Поэтому я приношу тебе и твоим родителям искренние извинения. Цену за мою ошибку мы обсудим позже с канцлером или вашим императором. Сейчас же я хочу спросить лично у тебя — чем я могу сгладить все произошедшее лично перед тобой?

— Отпустите Каому в Рязань на учебу, как и договаривались, если она сама этого захочет, –ответил я. — И не разрывайте нашу помолвку. Опять же, если она этого не захочет.

— Ты желаешь оставить все договоренности в силе⁈

— Дети не отвечают за просчеты своих родителей. Као мне нравится, и я бы не хотел ее терять. А кто она по происхождению, мне все равно. Но никакого на нее давления — только ее желание.

— О, поверь мне, она очень этого желает! Ночи не спала, все плакала и проклинала меня. Кажется, ты ей сильно в душу запал. А для меня счастье дочери всегда было на первом месте.

— Прекрасно. Больше лично мне ничего не нужно. Достаточно будет отомстить тем, кто все это затеял, а там можно и выдохнуть.

— Мы сделаем это!!! — его лицо исказилось в гневе. — Но расскажи мне, как ты спасся? Где тебя держали?

— Старая гробница рода Ра, –ответил за меня отец.

— Но мы там проверяли и ничего не нашли.!

— А в ее закрытой части?

— Там такой нет! Мои маги все тщательно изучили.

— Есть, просто завязана она на кровь рода Ра, и знают о ней лишь единицы.

— Если так, то вопрос остается открытым — как Владимир выбрался?

— Он прошел ее. Всю. Все этажи, выйдя с другой стороны, очень далеко от входа.

— Невозможно!!! — отшатнулся фараон. — В глубинах гробниц живет зло. Никто из вошедших не вышел обратно. Мы не знаем, что там творится!

— Ничего особенного. Ожившие мертвяки, мумии, крысы — ими мой сын и питался. Еще там почти нет эфира, а теми крохами, что набирались, пользоваться было нельзя, потому как это привлекало тварей. Про всякие хитроумные ловушки, что мой сын сумел преодолеть, я молчу.

— Расскажите! — подался он вперед, и его глаза заблестели лютым любопытством. — Я понимаю, что это по праву ваша тайна, но все, что можно… Что вы позволите… Я хочу услышать.

Я помолчал, собираясь с мыслями. Прошлое наваливалось образами — темнота, песок, кровь. Но я уже научился отделять важное от того, о чем лучше молчать.

— Я спустился в гробницу, — начал я. — Старую. Ту, о которой говорили жрецы.

— Гробница Ра? — он подался вперед.

— Да. Я знал, что внутри ловушки — Менкау просветил. Магические и простые. И я знал, что магию там тратить нельзя — гробница жрет ее быстрее, чем ты успеваешь накопить. Позже я узнал, что она еще и всяких монстров привлекает.

Отец молчал, смотрел на меня поверх кубка — я сам не заметил, как они появились на столе.

— Я укрепил тело эфиром. Сделал это еще на входе. И пошел. В полной темноте, потому что свет пришлось экономить.

— Как ты вообще шел? — спросил он.

— Сначала просто. Шаг за шагом. А потом учился слушать.

Я замолчал, вспоминая. Те первые шаги в пустоте, когда каждый звук казался смертельным. Как я полз по полу, чтобы не наступить на плиту. Как свистели дротики над головой.

— Там были механизмы, — сказал я. — Древние, но работающие. Я научился их слышать. Пол под ногами, воздух, тишина — все подсказывало, где опасно.

— И ты прошел?

— Прошел. Не сразу. Учился на ошибках.

Я не стал говорить о первой ловушке, о том, как едва не лишился головы. Не стал рассказывать, как часами стоял над плитами, выбирая путь. Это было неважно.

— Что было дальше? — спросил фараон.

— Коридоры. Залы. Тупики. Я потерял счет времени. Там, внизу, время течет иначе. Или его нет вообще.

Я провел рукой по лицу, вспоминая голод. Как он приходил тупой, животной волной, от которой сводило желудок.

— Пришлось есть то, что находил. Крыс в основном.

— Крыс? — он поморщился, а отец усмехнулся.

Ну да, теперь-то ему весело, а когда он слушал эту историю впервые, его аж корежило от отвращения и гнева.

— Сырых. Эфира не было, чтобы их поджарить. Просто ловил в темноте и жевал. Со временем перестал замечать вкус.

Он покачал головой, но ничего не сказал.

— А потом начались мумии, — продолжил я. — И другие твари. Я нашел там меч — старый, ржавый, но он держал удар. Им и отбивался.

— Ты дрался с мертвыми?

— Дрался. Много раз. Они не чувствуют боли, не боятся смерти.