"Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 - Анна Чернышева

– Я не знаю, – честно ответил Евпл.

– Тогда я останусь здесь и буду ждать тебя.

– А если я не приплыву сюда никогда?

Айол лишь пожала плечами – дикари не могут думать о таких далёких временах, поскольку живут, как правило, сегодняшним днём. Расставание было простым – Евпл принёс ещё немного подарков, взглянул на сына и поднялся на корабль. Дикари прощаться не умеют, потому что всегда живут на одном острове, – если кто-то уходит, то, рано или поздно, возвращается.

Собачьи острова стали удаляться, а Евпл смотрел на берег и видел лишь одну фигуру, которая становилась всё меньше и меньше. Долго грустить смысла не было – впереди ждали великие дела!

Более быстрые “Тюхе” и “Евтихий” направились к Паризиуму, а Евпл с двумя капитанами потихоньку поплыли к Лондиниуму, где договорились дождаться Минелли и Лименария. Два дня пути пролетели быстро, и вот Евпл уже торгуется с британскими купцами, почувствовавшими прибыль, но пытающихся это скрыть. После общения с хиндусами подобный торг казался чуть ли не детской игрой, и вскоре более половины товаров удалось продать почти по той цене, на какую и рассчитывали.

Британцы предлагали купить олово и свинец для продажи в Антиохии, дабы ещё разок нажиться на странном парне, но Евпл отказался, дабы не платить в Гавани Бремы на них пошлину. Чтобы попусту не дожидаться своих кораблей, общим советом решили направиться вдоль берега к северу, раз погода выдалась хорошая, и в безоблачные дни солнце освещало Туманный остров. А вот ночи стояли тёмные, поскольку от луны осталась лишь узкая полоска.

Расслабившиеся за год вахтенные вовремя не заметили, как с длинных и узких лодок через борта стали перелезать люди, но ударить в судовой колокол смогли, хоть и поздно. Пока находящиеся в трюме члены команды проснулись, пока схватились за оружие и поднялись на палубы, вахтенных порубили в куски несмотря на их защитные и лечебные амулеты – так много было нападавших.

Схватка была жёсткой, поскольку Евпл не мог в полной мере воспользоваться атакующей магией и сосредоточился на подзарядке амулетов, имеющихся у команды, мудро решив, что десятки его подчинённых лучше справятся с врагом в палубной толчее. Так оно и произошло – пехотинцы образовали защитную шеренгу, чтобы не дать данам проникнуть в трюм, а и абордажники расправлялись с самыми активными. На “Евтихии” действовали по схожей схеме, вот только защитные амулеты справлялись далеко не всегда.

Как бы не были отважны и сильны даны, настал переломный момент, когда им пришлось бежать к своим лодкам. Вот тут, наконец-то, заработали скорпионы-скорострелы и никто не успел отплыть слишком далеко. Враги попытались ускользнуть вплавь и кому-то это удалось, но уже давно опробованный приём – удар веслом по голове, остановил многих данов. Тех, кто сопротивлялся не очень активно, старались брать в плен, а с агрессивными долго не церемонились, поскольку незваных гостей было ещё много.

Ближе к утру начали подсчитывать потери и они оказались удручающими – почти полсотни матросов уже никогда не увидят солнечный свет. Лечением раненых Евпл в одиночку мог бы заниматься очень долго, но неиспользованные амулеты, обнаруженные в трюме, смогли вылечить всех довольно быстро.

– Кто-нибудь из ночной вахты жив? – спросил молодой судовладелец.

– Нет, господин, – ответил Минелли.

– Жаль, иначе бы они прощались с жизнями очень долго в назидании другим.

Теперь настала очередь разобраться с пленными. Большинство из них были обычными морскими разбойниками, на которых парень вдоволь насмотрелся ещё во фьордах. А вот один щупловатый дан удивил – он имел довольно неприметное телосложение, и если бы не множество различных амулетов на шее и одежде, кои в несравнимо меньшем количестве виднелись и у воинов, то Евпл подумал, что он пленник. Даже Си́грид, не смотря на её любовь к ярким внешним атрибутам, указывающих на связь с потусторонним миром, не имела и половину подобных висюлек.

– Кто-ты? – спросил Евпл по-дански.

Пленник молчал и лишь зло смотрел на парня.

– Я повторю свой вопрос, и если ты не ответишь, то начну отрезать тебе фалангу за фалангой, пока у тебя не останется ни одного пальца на руках и ногах.

– Я Рун сын Хелге сына Алвиса.

– И о чём мне должно говорить твоё имя?

– Я потомственный травник.

– Что-то ты не очень похож на обычного травника, – усомнился Евпл. – Я знаю как выглядят травники северян, и ты имеешь совсем другой вид.

– Откуда ты так хорошо знаешь наш язык? – настала очередь удивляться дану.

– Я жил в поселении клана Морские волки и учился травничеству у Си́грид, дочери Фасту́льфа, сына Ульфа.

– О как! – ещё сильнее удивился Рун. – И почему она учила именно тебя?

– Потому что её сестра И́нгрид-Ильва́ является женой моего отца.

Травник замолк, и Евпл решил дальше осматривать пленников…

На второй день корабли вернулись в Лондиниум и портовые чиновники заинтересовались данами, возжелая устроить горожанам для назидания и увеселения показательную казнь. Евпл не был против и за не очень большую сумму согласился продать всех пленников, о чём данам и было объявлено.

Через час в каюту судовладельца пришёл матрос, которого Рун попросил позвать самого главного.

– Решил попрощаться перед смертью? – язвительно спросил Евпл дана.

– Нет. Я думаю продать свои знания в обмен на жизнь.

– Зачем мне твои знания, травник? – усмехнулся парень.

– Знания о травах тебе совершенно не нужны, но я могу рассказать тебе о рунах, на которые ты так долго смотрел. Я видел, как ты лечил своих людей и догадываюсь, что ты тоже не просто лекарь. Мои знания помогут тебе, а ты поможешь избежать казни мне.

– Если твои знания будут действительно мне интересны, то ты будешь жить…

Казнь трёх десятков данов, промышлявших разбоем прямо у британского берега, стала одним из главных событий года в Лондиниуме, на которое собралось так много жителей, что далеко не всем матросам “Тюхе” и “Евтихия” удалось рассмотреть это действо. Ну а Евпл в это время слушал пленника.

– Руны – это не только буквы, но и средство для заклятий.

– Заклятий? – переспросил парень.

– Да, направленного волшебного действия. Вырезанные в определённом порядке руны могут быть причиной благоприятных или губительных событий. Я могу рассказать тебе об этом со всеми подробностями, но только если ты поклянёшься не только оставить мне